— Я отчет принесла. Тамара Николаевна попросила, — уточняю я, будто это что-то изменит.
Хочу убежать.
Хочу спрятаться.
Только бы все это поскорее закончилось.
Роман Сергеевич так на меня смотрит, что неприятные мурашки по спине бегут. И это он еще не заговорил про деньги, которые потерял из-за меня на бирже.
— Встряла ты — пиздец, — говорит он и каждое слово как удар. — Понимаешь? Что стоишь, ресницами хлопаешь? Я с тобой разговариваю.
— Да-да, понимаю... — тяжело вздыхаю.
— Доставай калькулятор, — вдруг говорит Роман Сергеевич.
Глава 5
— Что?
— Калькулятор, — повторяет он, повысив голос и добавив в него стали. Не любит повторять.
— У меня только смартфон, — пожимаю плечами.
— Ну так включи в нем калькулятор. Блядь, рыжая, не тормози, — раздраженно отвечает Орлов.
— Да, уже включила, — я едва не роняю смартфон из рук.
Неприятно слушать маты. Неприятно, когда тебя называют рыжей. Но что я могу возразить? Кролик не огрызается перед львом.
И смотрит на меня Роман Сергеевич так, будто я всего лишь его очередная навязчивая проблема, от которой очень хочется поскорее избавиться.
— Какая у тебя зарплата?
— Тамара Николаевна сказала, что будет пятьдесят четыре тысячи, — отвечаю я.
Десять минут назад меня очень вдохновляла эта сумма. Теперь — совсем нет.
— Подели семнадцать миллионов на пятьдесят четыре, — приказывает Орлов.
— Угу, — киваю я и начинаю вбивать цифры.
Семнадцать и шесть нулей.
ШЕСТЬ НУЛЕЙ!
Голова кругом идет от таких цифр. Это ведь реальные деньги, не просто циферки на счете.
Пересчитываю нули, слишком сильный стресс мешает сконцентрироваться.
Спустя несколько секунд Орлов говорит:
— Как же ты долго возишься. Триста пятнадцать будет, если округлить.
Я вбиваю последние цифры, жму «=» и смотрю на результат: «314,814». Поднимаю взгляд и понимаю, что Орлов посчитал в уме.
— Триста пятнадцать, — соглашаюсь с ним.
Лучше бы молчала. Не хочу его злить, боюсь, что сорвется на мне.
— Подели на двенадцать.
Быстро нажимаю пальцами на экран.
— Двадцать один, — говорю потерянным голосом.
Всего лишь цифра. Всего лишь — «21» год. Но ровно столько мне нужно работать без зарплаты, чтобы закрыть долг. Мне же к тому моменту сорок один год стукнет.
Пол едва не выходит из-под ног. Чудом удерживаю равновесие. Стараюсь себя внутренне успокоить. Поддержать. Подбодрить.
Орлов смотрит на меня и тяжело вздыхает.
— Тебе плохо? — спрашивает он, словно с издевкой в голосе.
— Нет, всё нормально, — через силу отвечаю я. А сама едва не хнычу.
От осознания этого срока — двадцать один год! — холодок внутри расцветает. Мурашки бегут.
— Уже смекаешь, что придется иначе отрабатывать? — Орлов опасно ухмыляется.
Он вдруг встает из-за стола и подходит ко мне. Снова смотрит сверху вниз: он на полторы головы выше. Но в этот раз между нами еще большая пропасть. Смотреть настолько свысока — это уметь надо.
Я вся просто дрожу. Боюсь лишний раз пошевелиться.
Роман Сергеевич поднимает крепкую руку с массивной кистью и хватает меня за подбородок. Вздрагиваю и жмурюсь. Но ничего не происходит дальше.
Открываю глаза. Он оценивающе на меня смотрит. В глаза, на щеки, но еще больше на подбородок и губы. Вдруг начинает прицениваться. Будто оценивать породистого пса для покупки. Так себя и чувствую.
Никогда и никому я бы не позволила так с собой обращаться. Но Орлов не спрашивает. Он делает, что хочет. Не нахожу в себе силы возразить, но внутри всё бурлит.
Он вдруг крепче сжимает пальцы и начинает вертеть моей головой из стороны в сторону. Снова оценивает. Приценивается.
— Хм, а интересно, — с хрипотцой в голосе удивляется он.
В его глазах сверкает нечто пугающее.
Теперь он не хочет меня убить. Теперь в его взгляде только животное желание. И это пугает до жути!
Мне писец!
Глава 6.
Роман Сергеевич небрежно отпускает мой подбородок. Делаю глубокий вдох, чтобы высказать ему всё, что думаю о таком поведении.
И тут раздается тихий хлопок.
Обжигающее и внезапное прикосновение. В том самом месте!
— Ой! — Я испуганно вздрагиваю.
Ощущаю руку Орлова у себя на ягодице.
Да он в край офигел!
Злость.
Обида.
Досада.
Это так унизительно. За кого он меня принимает?!
Меня накрывает. Нерешительность улетучивается, как дым из трубы.
— Да что вы себе позволяете?! — Я повышаю голос и решительно хмурюсь.
Кулаком бы этому уроду пригрозила, но не решаюсь. Да и не испугается он моего девичьего кулачка.
— Ого, — ухмыляется Орлов, как ни в чем не бывало. — Голос прорезался.
— Это неприемлемо! Вы не можете меня лапать! Просто не смеете! — говорю я, а каждая фраза всё тише и тише.
Роман Сергеевич так на меня смотрит, что вся моя смелость быстро тает, как льдинка в пламени. Невольно сжимаюсь и отступаю. А ведь он просто стоит и смотрит.
— Рыжая, ты не в том положении, чтобы выебываться, — недовольно произносит он.
— Вы потеряли из-за меня много денег, — признаю я, скрещиваю руки на груди и делаю еще шаг назад. — Но это не значит, что вам можно ко мне прикасаться. Я этого не потерплю... — Голос едва не срывается.
— Думаешь, разрешения спрашивать буду? Блядь, — хмурится он, — а может ты как-то иначе отрабатывать собралась?
Орлов делает только два шага в мою сторону. И нависает надо мной, как огромный дикий зверь. Последние крохи моей смелости тают в его властной ауре.
— Что?! — Все-таки хмурюсь я. — Нет! Я не буду ТАК отрабатывать. Нет! Ни за что!
— Перестань визжать, пока я тебе рот членом не заткнул, — Орлов смотрит на меня так, будто изучает под микроскопом неведомую зверушку.
Мне не послышалось?
Вот урод!
Разве можно такое девушке говорить? Совсем офигел, скотина.
— Что?! Да как вы...
— Ты не поняла, блядь? — Грубо говорит он, тянется к ремню.
Вижу это и резко замолкаю. Глаза у меня, наверное, как блюдца. Я молчу и не решаюсь продолжить. Стою и обтекаю. Хочется дать ему пощечину, чтобы думал, что говорит.
— Ну, расскажи. Как ты будешь отрабатывать? — предлагает он.
И убирает руки от ремня. Фух.
— Я... Я пока не придумала, — отвечаю робко.
— Может ты пиздецки хорошо разбираешься в инвестициях? Иксы на шортах или лонгах делаешь?
Молчу. Ничего не отвечаю. Прекрасно понимаю то, о чем он говорит, но на бирже я зарабатывать совсем не умею. Максимум — купить или продать акции.
— А чего? — Орлов вдруг ухмыляется. — Выдам тебе миллион. Сможешь его в семнадцать превратить?
— Нет, — честно отвечаю я.
— Вот и не выебывайся. Будешь так отрабатывать, как я скажу. Ясно? — Он сурово смотрит на меня.
Кажется, что собирается накинуть на шею поводок.
— Нет, не ясно, — Нахожу в себе силы возразить. — Я вам не продажная девка...
— Ладно, хорошо, — Орлов пытается сдержать гнев. — Предложи свой вариант.
— Ну... Мне нужно подумать.
— Нет у тебя времени думать, — Грубо говорит он.
Я молчу. Не знаю, что сказать. Перебираю в уме варианты, но что толку? Стоит подумать про семнадцать миллионов, и все мои способы заработка кажутся просто смешными.
Роман Сергеевич тем временем продолжает меня рассматривать. Даже не скрывает, что он хочет со мной сделать. Похотливый кобель!
Все-таки надо было прислушаться к слухам. Но уже поздно.
— Сколько лет? — Спрашивает он.
— Двадцать, — Отвечаю я.
Даже не хочу знать, зачем ему эта информация.
— Как зовут?
— Катя…
— Фамилия?
— Маркова.
— Ясно. Соски какого цвета? Розовые? — Внезапно спрашивает он, совсем не пытаясь скрыть, что пялится на мою грудь.
Дорогие читатели! Если вам нравится книга, поставьте звёздочку (лайк), как на картинке ниже. Ваш отклик очень помогает истории. Спасибо!
