— Даже не спросишь, о каких деньгах речь?

— Мне все равно, — отвечаю я, гордо задрав нос.

Ну, на самом деле не так гордо, как хотелось бы. Но достаточно, чтобы не выглядеть загнанной в угол мышкой.

— Миллион рублей из долга вычту.

Я вздрагиваю. Огромная сумма, я за год столько не заработаю. В это же время стараюсь держать лицо. Незачем ему показывать мое волнение. Подумает еще, что это сомнения.

Но нет, даже за миллион рублей я на это не пойду. Но это же целый миллион.

— Вижу, что сомневаешься, — говорит Орлов, а сам хмурится недовольно. — Кстати, а я не говорил, что если до конца года долг не закроешь, то натурой придется отрабатывать?

— Что?! Да вы офигели! — срывается с моих губ. — Где я найду семнадцать миллионов за три месяца?

— Сказать, блядь? — угрожающе спрашивает он. В голосе металл. — Я даю тебе возможности. Так соглашайся и делай.

— Но это ненормально! Это не настоящая работа, это... это все какие-то ваши...

— Ну давай, скажи.

— Извращенские развлечения.

— Что? Рыжуля, по-твоему, когда мужчина хочет женщину — это извращение?

— Нет, но...

— Тогда не говори хуйни.

— В этом нет никакого эротического подтекста. Но девушка должна быть фигуристая, со светлой кожей. Ты идеально подходишь. Дам тебе время подумать.

— Да-да, я подумаю. Только ответ вы уже знаете, — отвечаю уверенно.

— Свободна, — говорит Орлов.

Фух. Наконец-то, блин, этот козел от меня отстал. Встаю со стула и спешу к выходу из кабинета. Только бы снова не прицепился. Уже у самой двери слышу:

— Маркова. Бирки срезать не забудь.

— Да, конечно, спасибо, — рассеянно отвечаю и добавляю. — За одежду тоже.

Орлов в ответ только усмехается. Интересно, о чем он в этот момент думает? Наверное, о том, что я совсем какая-то дурочка... Он меня лапал пять минут назад, целовал против воли, а я ему — «спасибо» за какую-то одежду...

Прохожу через open space. Тамара Николаевна встречает меня добрым взглядом и говорит:

— Поздравляю с обновкой, — она так по-доброму улыбается. — А Люду эту, гадину такую, давно пора было уволить.

Молча киваю и говорю, что вернусь к работе. А позже заберу бумаги, которые трейдеры скоро должны будут заполнить. Уже в своем маленьком кабинете я нахожу ножницы и срезаю бирки. Сначала с лифчика, затем с блузки.

Глазам своим не верю, когда на первом читаю «79.000р», а на втором — «129.000р». Офигеть! Нет, офигеть — это не то слово. Конечно, для Орлова это вовсе не деньги.

Но ведь он так ко мне относится... Зачем ему тратить на меня двести тысяч? Неужели пытается подкупить? А может, задобрить, чтобы я стала более сговорчивей?

Нет, сомневаюсь. Снова я выдумываю. Снова возомнила себя пупом земли.

Для Орлова это настолько небольшие деньги, что ему их просто не жалко потратить даже на меня. Все равно, что кинуть кусочек мяса собаке со стола.

Блин, вот у меня ассоциации дурацкие, но именно на это и похоже.

После двух часов работы ко мне заходит Тамара Николаевна и говорит, что уже можно собрать бумаги.

— Если кто-то не заполнил, то передай им от меня «большой привет».

— Хорошо, — отвечаю я.

Выхожу в open space. Начинаю собирать бумаги. Обычная работа, ничего интересного. Пока в помещение не входит старик в деловом костюме. У него седые волосы, они зачесаны назад, а глаза закрывают солнцезащитные очки.

И я бы совсем не обратила на него внимание, если бы рядом с ним не шли два настолько высоких и широких телохранителя, что поверить в существование таких мужиков сложно.

Должно быть, этот старик очень-очень влиятельный человек. На миг он поворачивает голову в мою сторону, что-то шепчет одному из своих амбалов, а затем идет дальше. Направляется он к Орлову, причем входит без стука.

⁂

Минут через двадцать, когда я уже у себя в кабинете, меня вызывает Тамара Николаевна.

— Кать, зайди к Роману Сергеевичу, это срочно.

И слова против не говорю. Просто иду к нему и надеюсь, что хоть в этот раз обойдется. Только открываю дверь, как вижу довольное лицо Орлова.

Он смотрит на меня и говорит:

— Повезло тебе, Рыжуля, что этот старикан тебя заприметил. Ты ныла, что я не даю тебе нормальную работу, ну так вот. Появилась она.

— Эм, что? — Совсем мне пока что не кажется, что речь про нормальную работу. — А можно подробности?

— О, тебе понравится. Иди сюда, Рыжуля, расскажу.

Он это говорит таким тоном, что мне совсем не хочется подходить.

Я подхожу ближе к Роману Сергеевичу. Усаживаюсь на стул перед его директорским столом.

— Расклад такой, сегодня вечером Бурков, этот ебануто богатый старикан, устраивает вечеринку. Он намекнул, что мне следует прийти с тобой.

— Со мной? — я удивленно округляю бровь.

Прекрасно помню, что Орлов почему-то совсем не подпускает ко мне мужиков. А тут такое. Неужели ему просто предложили достаточно денег?! Ну да. Тот богатый старик мог!

— Нет! Я не согласна.

— Выслушай сначала, — жестко чеканит Орлов, велит мне жестом закрыть рот. — Могу прямо тебе сказать: если ты явишься со мной, то он проинвестирует в фонд еба-ать какую огромную сумму денег.

— ... — хочу уточнить, что мне придется делать, но молчу. По лицу Романа Сергеевича вижу, что он сейчас все объяснит.

— На вечеринке ты будешь под моей защитой. Тебя никто не тронет, даю слово.

— Но...

— Что «но», блядь? Ты смеешь сомневаться во мне?! — Орлов встает со стула, упирается кулаками в стол и грозно нависает надо мной.

— Нет! — быстро отвечаю, только бы не злить. — Но я не понимаю, зачем я этому старику.

— Ну, походу, у него тоже охуенный вкус, — ухмыляется Орлов понятной только ему фразе. — А если серьезно. Забей, Рыжуля. Не будешь ты его старый член обслуживать. Не сможешь. Он — импотент.

Напрочь теряюсь. Столько информации, столько всего нужно обдумать...

— Простите, а откуда вы это знаете? — не могу не спросить я.

— А хуле ты думала? Я все слабые и сильные стороны своих партнеров и инвесторов знаю. Это серьезный бизнес.

— То есть я по сути просто должна буду провести с вами вечер?

— Да, потусим с тобой на вечеринке, — отвечает он и усмехается.

Меня в этот момент не покидает странное чувство. Такое ощущение, что Орлов просто надумал этот предлог. Но зачем бы он это сделал? Он ведь может заставить меня поехать с ним. Или решил, что подкупить проще. Кстати, если это настоящая работа.

— Вы сказали, что это настоящая работа. Но ведь это вечеринка.

— Вечеринка, — кивает Орлов, — на которой ты должна будешь светить своей милой мордашкой. Это все твои обязанности. Так что, согласна?

— А в какое время? Я не могу пропускать пары... Да и мама мне вчера скандал устроила.

— Блядь, Рыжуля, пора взрослеть, не думаешь? В десять вечера мы будем там.

— Ну... С мамой я могу договориться, но вот пары... А сколько вы заплатите? — робко спрашиваю я.

— Наконец-то хороший вопрос, — одобрительно кивает Орлов. — Назови свою цену.

— Миллион! — нагло заявляю я.

Я просто не верю, что нет подвоха. Ну а если реально нет, то эта сумма — копейки. Тот старик явно будет инвестировать не два-три миллиона в фонд, а восьмизначные суммы.

— Ни хуя себе загнула! — хмурится Орлов. — Я уже говорил, что у тебя пиздец раздутое самомнение? Ладно, похуй, пятьсот тысяч, и ты будешь улыбаться рядом со мной. — предлагает он.

Пятьсот тысяч?! Блин! Я даже забываю о своем долге. И все равно. Пятьсот тысяч. На целых пятьсот тысяч я буду должна меньше. А нужно лишь съездить на вечеринку с Орловым.

— Улыбку не обещаю, но я согласна.

— Заебись, — отвечает Орлов. — У тебя приложение для заказа одежды есть?

— Нет.

— Скачай. Чтобы к вечеру заказала себе туфли и вечернее платье. Ты должна выглядеть охуенно. Ясно?

— Я не могу себе позволить такие расходы...

— С Тамарой обсуди, пусть выделит тебе деньги от фирмы.