Игра продолжается. У кого-то фишек становится больше, у кого-то меньше. Роман Сергеевич пока играет лучше всех. Одна из женщин уже почти все проиграла.

Между делом отмечаю, что Люда — Орлову никакая ни девушка, нет у них отношений. По крайней мере, он ее таковой не считает. Я просто вижу, что он совсем не обращает на нее внимания.

Не ухаживает, ничего не спрашивает. Такое ощущение, что Люда нужна Орлову только в качестве той, кто может утолить его похоть. Ну, если Люду устраивает такой расклад, то флаг ей в руки.

Орлов вдруг окликает парня-официанта, что проходит мимо.

— Принеси мой любимый коньяк, — говорит он.

Парень возвращается через полминуты с бутылкой в руках. Смотрит на Орлова. Он взглядом указывает на меня и говорит:

— Моя ассистентка.

— Держите, — произносит парень, передает бутылку и уходит.

Хорошо, что она уже открыта. Иначе мне бы пришлось возиться. Кстати, специальный бокал он тоже передал мне. Пора налить и протянуть Орлову?

Или нет? Ну почему он не сказал? Стрессую, блин. И так как не в своей тарелке.

А вообще — не очень хочу видеть Романа Сергеевича пьяным. Кто знает, на что он способен? Но его властный голос быстро выбивает меня из раздумий.

— Долго ждать буду? — спрашивает он, обернувшись на меня.

— Секунду, — неловко отвечаю.

Наливаю коньяк в бокал и протягиваю Орлову. Он берет его, недовольно посмотрев на меня, и выпивает почти залпом. Ставит бокал рядом со своими фишками и указывает на него рукой.

Наливаю почти половину и отхожу назад. Так и стою с бутылкой в руках. Чувствую себя максимально нелепо, но... Долг. Я же должна его отработать. Да и потом — ничего такого я не делаю.

— Дамы и господа, перерыв десять минут, — объявляет крупье.

Большинство игроков выходят из-за стола. Кто-то молча, кто-то другие обмениваются впечатлениями и улыбками. Выпивают. Орлов, Люда и еще один мужчина остаются.

Роман Сергеевич снова окликает официанта. На этот раз просит любимую сигару. И официант приносит ее. Вручает мне.

Смотрю на этот коричневый сверток, который непонятно что напоминает, и какую-то странную стальную штучку.

Знать не знаю, что с этим делать.

— М-да, как обезьяна и очки, — с насмешкой говорит Орлов, обернувшись ко мне. — Иди сюда, Маркова, научу.

Что? Как он меня назвал?! Вот козел. Как же хочется возразить, сказать что-нибудь колкое в ответ, но сдерживаюсь.

Подхожу к нему. Сразу же замечаю, как недовольно Люда сверлит меня взглядом. Испепелить готова. Да пошла она на фиг, тоже мне.

Орлов забирает у меня странную штуку с тремя отверстиями:

— Гильотина для сигар называется. Один палец сюда, другой сюда. Сигару в центр. Поняла?

— Да, мне все понятно, — я проделываю, что он говорит.

— Теперь дави.

И я давлю. Но что-то не выходит.

— Да не так, криворукая, — хмурится Орлов. Едва сдерживает злость.

Он властно хватает меня за руку. Чувствую тепло его грубой кожи.

Словно на миг Роман Сергеевич зависает, на его лице даже дергается морщинка. К чему бы это? Но он продолжает.

Сам давит на мои пальцы, как будто осторожно. И показывает, как это работает.

— Ясно, надеюсь?

— Да, — робко отвечаю я.

Срезаю этим устройством конец сигары с одной стороны. Орлов забирает ее и сразу подносит огонь к тому самому месту. Раскуривает.

Я закидываю гильотину для сигар в сумочку, а кончик сигары выкидываю. Коньяк рядом, подолью, когда будет нужно.

В общем, ничего сложного. Если бы только этот урод меня не высмеивал. Да и объяснить можно было как-то помягче. Но я не в том положении, чтобы выделываться.

Перерыв вскоре заканчивается. Игра продолжается. Та самая женщина вылетает первой. Затем и все остальные, включая Люду. За столом остаются только мужчины.

Орлов ухмыляется и комментирует это:

— Наконец-то начнется серьезная игра. Без прекрасных дам, но, впрочем, не с самым гибким умом. Правда, Люда? — он с кривой ухмылкой смотрит на нее. — Это же надо было так нагло блефовать с парой троек?!

Она поджимает губы. Ничего не отвечает и молча уходит. Не смотрю за ней. Я слежу, чтобы бокал Орлова не опустел. А еще готовлю для него вторую сигару, уже приловчилась.

Игра заканчивается минут через двадцать. Роман Сергеевич выигрывает всех и забирает все фишки в свою корзину. Он встает из-за стола и протягивает три серебряных мне.

— Держи, рыжая, обменяешь на кассе, — говорит он с такой интонацией, будто я очень нуждаюсь в его подачке.

Нуждаюсь, на самом деле. Но не в подачке, а в деньгах. Все равно беру фишки. Даже не знаю их номинал, но все равно обменяю. Лишним не будет.

Орлов вдруг замечает кого-то у меня за спиной. Кстати, он уже много выпил, а потому ведет себя...

Несколько не так, как обычно. Роман Сергеевич более расслаблен, позволяет себе еще больше лишнего.

Благо, меня это пока не касалось. Блин, надеюсь, и не коснется.

— Пойдем, Маркова, — говорит он и жестом зовет за собой.

Мы отходим в сторону.

Орлов останавливается и указывает мне на стол, за которым сидят разные люди. По взгляду и жестам понимаю, что именно седовласый старик — это тот самый, с кем хотел встретиться мой начальник.

— Сейчас возьмешь сок и «случайно» обольешь вон того жиртреста. Поняла, Маркова?

— Что? — хмурюсь я. — Зачем?

— Блядь, не зли меня своими вопросами, — мрачнеет Орлов. — Надо так, на хер. Нельзя, чтобы Вологдин подумал, будто я специально искал встречу с ним. Ты поняла меня?

— А последствий для меня никаких не будет? — на всякий случай спрашиваю я.

— Какие, блядь, последствия? Ты со мной. Все, давай, за дело.

Он подзывает официанта с подносом. Забирает у него два бокала сока и вручает мне.

— Сделай красиво, — ухмыляется Орлов.

Этому уроду хватает наглости легонько хлопнуть меня по ягодицам, чтобы я ускорилась. Ворчу себе под нос и хочу послать его. Снова.

Но все равно иду вперед и прикидываю, как я оболью того толстого мужчину соком. Одно радует, за этот вечер я могу закрыть часть долга. Совсем крошечную, но все равно.

Оборачиваюсь и смотрю на Орлова. Стоит мне только на секунду зависнуть, как он напрягает желваки и сверлит меня жестким взглядом.

— Да иду я, иду, — шепчу себе под нос.

Иду к столу, за которым сидят очевидно влиятельные люди. Все в деловых костюмах, некоторые еще и широкие в плечах. Занимаются спортом. Таким людям дорогу лучше не переходить.

Благо, что Орлов указал мне на толстячка, а не на здоровяка с обложки спортивного журнала. В крайнем случае, я смогу от него убежать... А вообще, Роман Сергеевич ясно дал понять, что я под его защитой.

Это... Это несколько «вдохновляет» на подобные безрассудные поступки. Ну и чего таить? Надеюсь я, что такими вот не совсем должностными обязанностями поскорее закрою свой долг.

Да уж. Сейчас о семнадцати миллионах лучше не думать. Практически подхожу к спине этого толстяка и не знаю, как так сделать, чтобы пролить на него сок. Нужно же, чтобы это было случайно.

И тут я вспоминаю, как едва не упала в кабинете Орлова, причем на ровном месте. Нужно как-то воссоздать те ощущения, когда я... Поплыла? Нет, перепугалась рядом с ним.

Оборачиваюсь и зависаю. Орлов смотрит на меня примерно так, как он бы смотрел на добычу, будучи в кустах с ружьем в руках. Совсем мне не нравится этот его взгляд.

Снова ощущая себя несколько нелепой и неловкой. Отлично, это мне и нужно. Теперь только немного доиграть роль и... Я спотыкаюсь, падаю, старательно направляю руки так, чтобы побольше сока пролилось на спину здоровяка.

— А, епта! — выкрикивает он. Вскакивает из-за стола и едва не падает.

Я упала удачно, тут еще и везде мягкий ковер. Поднимаюсь и начинаю извиняться. Не очень мне хочется перед ним извиняться. Лицо у толстяка не доброе.

— Ой, извините меня, пожалуйста!

— Куда ты смотришь?! — хмурится толстяк на меня. Краснеет и тяжело дышит. — В игре не везет, еще ты тут... — Он едва сдерживается.