— А-а, понятно. А где учишься? — поинтересовалась я.

— В ТГУ.

— Серьёзно? — лишь на мгновение я опередила свою подругу — мы с ней удивлённо переглянулись.

— А я тебя ни разу не видела. Я тоже там учусь, — перехватила мой внезапно возникший интерес Алла и уточнила: — возле парка. И Герман, кстати.

— Ну, это не удивительно, — качнула головой Полина, — мы в старом корпусе, на три остановки дальше от вашего. Он, конечно, не чета новому. Я у вас была как-то. А вы на кого учитесь?

— Герман на архитектора, а я на дизайнера, — Алла сделала непродолжительную паузу, призадумавшись и вертя в руке нож. — А мне нравится металл. Вот рукоятку к этому ножу я сама придумала, и рисунок на лезвии тоже моя работа, — девушка гордо продемонстрировала изящный, но удобный столовый прибор.

— Дай-ка поближе посмотрю, — Полина взяла его и повертела в руках, разглядывая с вниманием. — Да, действительно красив, только с каменной ручкой был бы лучше.

— Да конечно! Ничего подобного — камень не может передать всю красоту, как металл! — праведным гневом возмутилась Алла.

— Девочки, не ссорьтесь, — втиснулась в небольшую перепалку я.

— А вот и нет! — продолжала свою политику Полина. — Изделия из камня намного красивее холодного металла. Вот сама посмотри, — она достала из сумочки небольшой бархатный мешочек и вытряхнула из него разноцветные камушки. — Ну как? Посмотрите, как играют даже в тени, а на солнце — вообще, глаз не оторвать. Это мои новые. Я как раз собираю палитру для новой картины.

Представленные экземпляры действительно были очень красивыми. Здесь были и похожий на застывшую каплю прозрачный золотистый янтарь, несколько кусочков того же янтаря молочного, жёлтого и тёмного цвета, не обработанных, а потому проигрывавших первому в красоте, ещё несколько других гладких разноцветных камушков, похожих на гальку, однотонных и с мелкими вкраплениями, либо полосатых. Но, безусловно, большее внимание привлекла другая находка — отколотый кусок от чего-то непонятного. Почти полушарик снаружи был похож на кусок земли, однако, сам скол открывал таинственную красоту перламутрового камня голубого оттенка с тёмными прожилками, его острые края так и манили прикоснуться и погладить блестящую мерцающую поверхность.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я их пока не раздробила, но даже цельные — они красивые, не спорьте.

— Он тёплый! — восхитилась Алла, и я с ней согласно закивала.

Мы трогали их один за другим, гладили поверхность и рассматривали уникальные природные оттенки.

— Я ж говорила вам, — казалось, Полина одержала негласную победу, да не тут то было.

Моя любительница металла так просто сдаваться не собиралась.

— И всё же металл лучше, — теперь Алла достала свой планшет и продемонстрировала домашнюю коллекцию ножей и маленьких клинков. — Правда же красивые? — она увеличила изображение, чтобы лучше был виден узор. — Вживую они ещё лучше. Приходи как-нибудь, ко мне, я покажу.

— Можно подумать я никогда не видела ножиков, — фыркнула оппонентка, поправив очки. — Хочешь сказать, что все сама сделала?

— Нет, не все, но таких, как у меня, ты точно нигде не видела, — Алла нахмурила брови, и некоторое время девушки стояли в напряжении.

Слова Полины задели её за живое. Подруга, словно парень, любила проводить время в гараже. Отец помог ей с оборудованием и поначалу даже учил азам, но Алла быстро всё схватывала, и потом уже самостоятельно изготовляла ножи. Правда, никогда не показывала, как это делала, как я не просила.

— Так, девочки, — брейк! — я хлопнула в ладоши и всучила каждой в руки по тарелке. Пока они вели «дискуссии», закончила оформление, да и усмешки со стороны парней подтолкнули к примирению двух «специалистов своего дела». — Предлагаю мировую — поход в музей! Ну как, согласны?

— Пх, — обе забрали нарезку со складного столика и понесли к расстеленному покрывалу.

«Но я тебе докажу!» — эта фраза читалась в их взглядах, но, к счастью всех, девушки не стали больше воевать друг с другом, а улыбнулись. И в самом деле, нашли из-за чего!

Парни за это время уже поставили шампура над углями, и ароматный запах распространился в округе. Лиля всё продолжала возиться с ёжиком, но бедняжка так устал от её внимания, что все как один предложили даровать ему свободу. Катя который раз обыгрывала молодых людей в карты, и это не удивительно — её бабка была цыганкой, отец — тот ещё шулер, правда, об этом никто не знал, а девушке это и на руку было. Я пригласила подругу как главную заводилу и «решателя» всех проблем. Любые конфликты и недомолвки она умело разрешала стаканчиком горячительного.

Катюха всегда находила нужный подход к окружающим, только вот имела слабость брать на «слабо», в результате напивалась больше всех и забывала с чего всё, собственно, и началось, зато «собутыльники» её уважали — не каждая девушка может перепить мужчин. Но и в этом она была профи. Отец, хоть и имел пагубную привычку играть в казино, голову всегда держал на плечах — на юге он прикупил виноградники и часто уезжал туда, где и производил вино. Ну и как презент, а это больше походило на откуп взамен отцовского внимания, Катя получала посылки с тёмными бутылками.

С самого раннего возраста она привыкла к самостоятельности, что, кстати, не очень хорошо отложилось на её личной жизни. Парни любили с ней поиграть в карты и выпить, но вот с близкими отношениями не торопились. Так и на этот раз вышло.

Жаль, а ведь я так надеялась, что хоть в этот раз она кому-нибудь приглянется, но ни Богдан, ни Роман на неё внимания как на девушку не обращали — для них она была, как «свой парень». Мне хоть и нравился очень сильно Роман, но, как «занятая» девушка, не имела права о нём мечтать. Жаль. Вот если бы встретила его раньше, возможно, у нас что-то и могло выйти. Спокойный, рассудительный, эрудированный, он при всём этом оставался некой загадкой, которую хотелось решить. Я несколько раз пыталась разузнать о нём побольше, не для себя, а для Кати (у Аллы, как раз с этим проблем не было, да и не в её вкусе был, уж точно знаю), но парень легко уходил от всех наводящих вопросов и выглядел неприступным. Единственное, что заметила, так это то, что молодой человек выказывал неприкрытое уважение моему мужу, а это, в свою очередь, заставляло по-новому присматриваться к Максиму.

Богдан в отличие от Романа выглядел большим весёлым клоуном, а именно на него он и был похож со своей несколько лохматой шевелюрой с синими прядями. Вот уж чего никогда не понимала, так это желание молодых людей красить волосы. Ладно, девушки, но парни! Впрочем, нужно признать, что с такой внешностью он выглядел мило. Дополнением к образу клоуна было жонглирование — Богдан виртуозно подкидывал в воздух любые предметы, что вызывало восхищение у всех, но больше всех отличалась Лиля — сестрёнка просто не отлипала от молодого человека и просила научить и её.

— Лен, — она обняла меня со спины за плечи, — ты видишь, видишь, какой он классный! А я и не знала, что он так умеет. И почему Серёжа молчал? Богдан наверняка так делал в лагере.

То, что именно друзья Максима были вожатыми Лили и Серёжи я узнала только сегодня. Сестрёнка рассказывала мне о красавчике-вожатом Романе, но брат эту тему не поднимал. Признался только, что ему понравилось. И, кажется, я стала понимать почему — Серёжа явно запал на Полину.

Я давно заметила, что брат глаз не сводил с этой красавицы, но тот факт, что девушка старше его, Серёжу по всей видимости абсолютно не смущал, более того, даже ещё больше манил. Ну, а если посмотреть на них со стороны, то вполне можно было бы принять и за ровесников — Полина выглядела уж больно миниатюрной на фоне моего рослого брата.

К чести самой девушки, она не относилась к симпатии малолетки положительно, но тот факт, что сама крутилась вокруг Максима, вновь вызывал раздражение. Нет, не ревность, потому что все держали себя достойно, а из-за того… Я и сама не знала из-за чего именно, но всё равно кошки на душе скребли. Сам же муженёк позволял себе дружеские ответные объятия, но каждый раз при этом смотрел на меня — думает, заревную?