Егорыч кивнул, бросил короткий взгляд на Машу и мягко погладил её по руке, словно успокаивая.

— Выходит, замки Бокеевых, да и сами Бокеевы, были лишь разменной монетой для достижения другой цели? — удивлённо спросил князь Долгоруков, сдвигая брови.

— Всё верно, уважаемый князь, — произнёс Вэй Чжэньлун печальным, почти безжизненным голосом. — Я думаю, многое из того, что мы сделали и делаем, — лишь манипуляции. Только сейчас я осознал, что стал вассалом князя Драгомирова по своей глупости, вовремя не догадавшись, что тёмный маг тоже манипулирует моими действиями.

В гостиной повисла тяжёлая тишина. Каждый из присутствующих словно заново осмысливал минувшие события, пытаясь понять, где именно их подвели, где пропустили решающий ход противника.

— Но теперь, раз мы это понимаем, надо решать, как нам действовать дальше, — я обвёл взглядом собравшихся, которые притихли, погрузившись в свои мысли.

Налив себе ещё кофе, я взял цзянь-дуй. Маша, к слову, сумела отыскать повара, который безупречно готовил это китайское лакомство — хрустящее снаружи, нежное внутри, с тонким ароматом специй.

Прожевав кусочек и не услышав ничьих комментариев, я снова заговорил:

— Ладно, пока вы все в раздумьях… Ярослав, Михаил, надо решить судьбу рода Кутеевых. Сейчас на них нет клятвы, они полностью свободны и благодарны. Есть предложение, чтобы этот род присягнул вам на верность. Как вы на это смотрите?

Ярослав слегка наклонил голову, посмотрел на Михаила и произнёс:

— Пусть присягают Михаилу. Императором будет он.

Михаил пожал плечами, но в его глазах мелькнуло что-то вроде усталой решимости:

— Если хотят, то пусть присягают. Лишний союзник нам не помешает. Тем более он носитель ценной информации. Хоть мы уже всё знаем…

— Хорошо. Когда закончим разговор, пригласим Кутеева — или сами сходим к ним в крыло. А то уже пора их отпускать, — я снова взял цзянь-дуй, машинально отметив, как приятно хрустит корочка на зубах.

— А что с артефактом? — внезапно спросил Долгоруков, указывая на предмет, лежащий на столе. — Вы уверены, что он больше не опасен?

Я взглянул на артефакт — невзрачный, будто бы даже безобидный на вид, но хранящий в себе силу, способную пробить руническую защиту.

— Пока он под моим контролем. Но я намерен передать его на изучение профессору Мельникову. Он лучше всех разбирается в подобных вещах. Возможно, сумеет понять, откуда он взялся и как его нейтрализовать.

— Или использовать, — тихо добавил Вэй Чжэньлун, и в его голосе прозвучала не то угроза, не то предостережение.

За окном медленно опускались сумерки, окрашивая небо в багряные тона.

— Итак, — я поставил чашку на стол. — Давайте подведём итоги. Мы знаем, что враг действует через манипуляции, использует наших союзников и даже наши собственные решения против нас. Теперь наша задача — разорвать эту цепь.

Все молча кивнули, в глазах каждого читалась твёрдая решимость.

— Сегодня вечером мы встретимся с Кутеевыми, закрепим союз, — продолжил я, обводя собравшихся внимательным взглядом. — Затем соберёмся завтра, когда вы все отдохнёте. Обсудим укрепление границ, усиление гарнизонов, пересмотр системы разведки. И, конечно, продолжим поиск тёмного мага.

В комнате повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием дров в камине. Пламя отбрасывало причудливые тени на стены, словно напоминая: враг где-то рядом, ждёт момента для нового удара.

— А если он снова попытается ударить? — тихо спросила Елена, впервые за долгое время нарушив молчание. В её голосе звучала не паника, а холодная, трезвая обеспокоенность.

Я посмотрел ей прямо в глаза, стараясь вложить в свой ответ всю уверенность, которой обладал:

— Тогда мы будем готовы. Потому что теперь мы знаем: он играет не с нами. Он играет против всех. И это значит, что у нас нет другого выбора, кроме как объединиться с другими, искать новых союзников.

Михаил слегка наклонил голову, обдумывая мои слова:

— Вы правы. Нам нужно расширить круг союзников. Не только княжеские роды, но и торговцы, ремесленники, даже мелкие бароны — все, кто готов встать на защиту земель.

— И маги, — добавил Ярослав. — Не все магистры родов одинаково надёжны, но есть те, кто видит угрозу и готов бороться.

Вэй Чжэньлун кивнул:

— Я свяжусь с другими кланами Китая. У меня есть связи по всей Китайской Империи. Возможно, там найдутся те, кто захочет присоединиться.

— Отлично, — я слегка улыбнулся. — Каждый из нас возьмёт на себя часть этой работы. Великие князья, составьте список тех, кто раньше поддерживал вашего отца. Попробуем поговорить с ними: возможно, видя наши успехи, они тоже примкнут к нам. Вэй, твоя задача — кланы Китая. Надо обезопасить нас, чтобы Китай не ударил нам в спину под надуманным предлогом.

Долгоруков поднял руку, привлекая внимание:

— А что насчёт разведки? Мы должны знать, где враг нанесёт следующий удар.

— Разведка — приоритет, — подтвердил я. — Князь Долгоруков и Лапа, вам необходимо пересмотреть всю сеть. Усильте наблюдение за разломами, границами и подозрительными личностями. Если понадобится, вербуйте новых людей. Деньги у нас есть.

Лапа кивнул. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнул азарт охотника:

— Будет сделано.

— Ещё один момент, — вмешалась Ли Юй. — Мы не можем игнорировать угрозу изнутри. Шпионы, предатели — они всё ещё могут быть среди нас. Нужно усилить проверку всех, кто входит в замок, и пересмотреть систему доступа к секретной информации.

— Согласен, — кивнул я. — Ли Юй, возьми это под свой контроль. Используй все доступные средства: магию, интуицию, даже свои методы допроса, если понадобится.

Маша, до этого молчавшая, вдруг заговорила:

— А как насчёт слуг? Они тоже могут быть под влиянием. Ли Юй, помоги мне проверить всех, кто работает в замке.

Егорыч положил руку на её плечо:

— Я помогу. Никто не пройдёт мимо нас незамеченным.

Я удовлетворённо кивнул. Каждый знал свою задачу. Каждый был готов действовать.

— Хорошо. Тогда на сегодня всё. Отдыхайте. Великие князья, вечером у нас встреча с Кутеевыми. Завтра — новый день, новые решения. Но помните: мы не одни. И пока мы вместе, у нас есть шанс.

Все поднялись со своих мест, обмениваясь короткими кивками и решительными взглядами. В воздухе витало ощущение единства — хрупкого, но настоящего.

Комната опустела, и я остался один. Взглянул на артефакт, лежащий на столе, затем на окно, за которым сгущались сумерки. Где-то там, в темноте, ждал враг. Но теперь мы знали его правила. И были готовы играть по-своему.

Через два часа я появился в крыле Великих князей. Михаил и Ярослав уже ждали меня — оба собраны, в парадных одеяниях, подобающих столь важному ритуалу.

— Ну что, готовы? Идём в крыло рода Кутеевых. Надо уже принять решение и отправить их домой — как наших союзников, — произнёс я, открывая портал в гостиную крыла, где сейчас жили Кутеевы.

В просторной гостиной, где нас ожидали Кутеевы, а я их заранее предупредил, царила напряжённая тишина. Князь Кутеев, с твёрдым взглядом, стоял рядом с женой, тремя сыновьями и дочерью. Все — в чистых, но скромных одеждах, словно подчёркивая: они больше не пленники, но ещё и не полноправные союзники.

Мы с Михаилом и Ярославом заняли места напротив.

— Князь Кутеев, — начал я, глядя ему в глаза, — вы и ваш род больше не связаны клятвой стихий с князьями Бокеевыми. Вы свободны. Но мы предлагаем вам иной путь — путь союза. Готовы ли вы присягнуть на верность Великим князьям и лично Михаилу, как будущему императору?

Кутеев медленно кивнул, затем сделал шаг вперёд. Его голос звучал ровно, без дрожи:

— Мы готовы. Наш род помнит добро. Вы сняли с нас проклятие, дали крышу над головой, защитили. Теперь мы хотим служить не из страха, а по доброй воле.

Михаил, не говоря ни слова, поднял руку. На его пальце вспыхнул символ власти — древний перстень, передававшийся из поколения в поколение.