Надо отдать поручику должное: он не стушевался, а спокойно встал и поклонился.

— Благодарю вас за спасение нашего родового замка, ваше сиятельство. Для меня великая честь познакомиться с вами лично. Поручик Бахтеев Игорь Павлович, — он вытянулся по стойке смирно и отдал мне честь.

— Очень приятно. Так что насчёт разлома? — уточнил я.

— Сейчас впишу вас, выдам пропуск — и можете идти. Только прошу вас: зайдите на обратном пути, пожалуйста. Я не могу нарушать приказы своего князя, — поручик сел на стул, быстро вписал меня в журнал и тут же выдал пропуск в разлом.

— Зайду обязательно, поручик, — я улыбнулся, вышел из домика и направился к проходу в туннель.

Проверив мой пропуск, солдаты открыли ворота.

Туннель, уходящий в глубь разлома к первому рубежу, был такой же, как и во всех разломах: большой в диаметре, ровный, словно его пробурили какие-то гиганты.

Я непринуждённо шёл вперёд, отслеживая ситуацию вокруг с помощью стихии Земли и насвистывая китайскую мелодию, которую услышал в Пекине, когда мы были там вчера.

Через пару километров я нагнал группу охотников. Они ушли вперёд, а теперь смотрели на меня как на идиота, отправившегося на верную смерть.

— Эй, парень! — крикнул один из них, невысокий крепыш с обветренным лицом. — Ты точно в разлом? Не заблудился?

Я улыбнулся:

— Точно. Хочу посмотреть, что тут у вас за звери водятся.

Охотники переглянулись. Самый старший, с седыми усами и цепким взглядом, шагнул вперёд:

— Молодой человек, вы, конечно, ведёте себя странно, но разлом — не место для прогулок. Тут даже опытные охотники не всегда возвращаются. Поэтому мы всегда ходим слаженной группой.

— Я не собираюсь гулять, — ответил я спокойно. — Просто хочу дойти до первого рубежа и осмотреться. Если встретите меня на обратном пути — значит, всё в порядке.

Крепыш хмыкнул:

— Ну, если что — так и быть, кричи. Если будем рядом, может успеем спасти твою дурную голову.

— Премного благодарен, господа охотники, — кивнул я.

Они осторожно двинулись дальше, поглядывая на меня. Я же, обогнав их, продолжил путь, усилив бдительность. Стихия Земли уже сообщала о нескольких крупных существах впереди, но они пока были на безопасном расстоянии.

Туннель резко оборвался, и я вышел к руинам первого рубежа. Всё тут было покрыто странным светящимся лишайником — его бледно-зелёный свет пульсировал в такт едва уловимому гулу, идущему из глубин разлома. Воздух наполнился запахом серы и чего-то животного, дикого — словно здесь, на границе обитаемого мира, сама природа теряла привычные очертания.

Я замедлил шаг, сосредоточившись на ощущениях. Стихия Земли шептала: впереди — не одно, не два, а целая стая существ. Они двигались хаотично, то сбиваясь в кучу, то разбегаясь по руинам, но явно не замечали меня. Пока не замечали.

Охотники, которых я обогнал, теперь держались в десятке шагов позади. Я слышал их сдержанные перешёптывания:

— Он что, всерьёз идёт дальше?

— Тише ты… Вдруг услышит…

Я не оборачивался. Всё внимание — на руины. Развалины каменных стен, обломки колонн, заросшие лишайником, напоминали о былой крепости, когда-то защищавшей этот рубеж. Теперь же здесь царило нечто иное — не разруха, а перерождение. Природа, магия и тьма сплетались в причудливый узор, где каждое движение могло стать последним.

Внезапно лишайник вспыхнул ярче. В ответ где-то в глубине руин раздался низкий, протяжный вой — будто сам разлом вздохнул. Охотники замерли. Я же, напротив, сделал шаг вперёд.

Стихия Земли отозвалась мгновенно: передавая очертания ближайших существ. Три. Нет, четыре крупных монстра. Ещё пара — поменьше, но похоже не менее опасных. Они кружили вокруг развалин, то появляясь в просветах между обломками, то исчезая в тенях.

— Эй… — донёсся сзади шёпот одного из охотников. — Может, хватит? Ты сдохнуть сюда пришёл?

Я медленно повернул голову:

— Если хотите — уходите. Но я ещё не всё увидел.

Они переглянулись, но никто не двинулся с места.

Я пока не понимал, куда мне дальше идти. Тяга пропала — словно я достиг цели, но вокруг не было ничего, кроме развалин, шести монстров и отряда охотников.

Погладив в раздумьях подбородок, я шагнул вглубь разрушенного рубежа. Охотники, активировав свои кольчуги и накрывшись стихийными щитами, двинулись следом, явно решив спасти меня. Я улыбнулся, это было приятно, такая забота с их стороны. Но, прочитав мысли одного из них, едва не рассмеялся вслух.

Оказалось, они рассудили прагматично: если уж этот безумец решил сдохнуть, почему бы не извлечь выгоду? Пока монстры будут рвать меня на части, охотники перебьют их и соберут ценные трофеи. А потом, глядишь, заодно и меня обшарят — не пропадать же добру.

Вот теперь было обидно, но — да ладно. Они честно меня предупредили, что не стоит сюда лезть.

Первая тварь кинулась на меня, когда я достиг первого разрушенного здания — огромная, словно горный барс, но раза в три крупнее. Её мышцы перекатывались под толстой шкурой, а когти и клыки, длиной с мою ладонь, блестели, будто отточенные клинки. Длинный хвост, усеянный костяными шипами, хлестал по камням, высекая искры.

Я прекрасно знал, где находится этот монстр, и целенаправленно шёл к нему, готовый к атаке. Ещё до того, как кошка оттолкнулась от стены, в моей руке сформировался огненный хлыст. Она рванула вперёд с рёвом, от которого задрожали стены разрушенного здания.

Время словно замедлилось. Я шагнул вбок, пропуская атаку, и ударил хлыстом по спине твари.

Через секунду её тело разделилось надвое и с глухим стуком упало к моим ногам, дёргаясь в предсмертных судорогах.

— Мне не нужны ингредиенты, — бросил я охотникам, стряхивая с руки капли чёрной крови. — Если вам надо, можете забирать.

— Да кто ты такой⁈ — выдохнул старый охотник с седыми усами, глядя на останки монстра.

— Хм… — я усмехнулся. — Так, как ты там думал про меня? «Зазнавшийся засранец, возомнивший себя бессмертным»? Вот точное определение!

Его глаза округлились. Не дав опомниться, я активировал кольчугу — она вспыхнула ослепительным светом, на миг ослепив всю группу.

Я двинулся дальше, решив полностью зачистить развалины от монстров и посмотреть, куда мне захочется пойти дальше. Вторая кошка атаковала меня через минуту — и рухнула к моим ногам, разрубленная воздушным серпом.

Дальше стало намного интереснее: из тёмных провалов между руин выползли они. Четыре массивных туши — каждая размером с большой грузовик, но с телом, укрытым бронёй из перекрывающихся пластин. Их спины щетинились острыми, как кинжалы, шипами, а из пастей вырывались струйки пламени, освещая окрестности багровым светом.

Родовая память подсказала мне их особенности: во-первых, они изрыгали огонь; во-вторых, их бронированные тела выдерживали атаки любых стихий — по крайней мере, атаки магистров и старших магистров. Проще говоря, это были монстры четвёртого уровня — такие мощные бронированные убийцы. По воспоминаниям деда, отряд столкнулся с такими лишь однажды. После часов бесплодных атак они отступили: убить этих тварей оказалось невозможно.

Увидев этих монстров, охотники запаниковали:

— Надо уходить! Это «огненные ежи». Их не убить!

Седоусый охотник подошёл, положил руку на плечо:

— Пошли. Чтобы я про тебя ни думал, сражаться с ними бесполезно. Никто и никогда ещё не смог их убить.

Я разглядывал ежей. Они медленно смыкали кольцо, их пластины скрежетали, а из ноздрей вырывались клубы дыма.

— Значит, я буду первым, — произнёс я. — А ты иди. Тут ты мне точно не помощник.

— Я не могу тебя бросить на верную смерть, парень, — он потянул меня за руку.

«Заботливый ты мой, — подумал я, вырывая руку. — Сначала хотел из меня наживку сделать, а теперь надумал спасать».

— Спасибо за заботу, — бросил я и шагнул к первому ежу.

В руке вспыхнул огненный хлыст. Одновременно я метнул в монстра накачанное маной воздушное копьё.