Её немного потряхивало от переизбытка эмоций.
— Она ещё в спальне, сейчас придёт. Я… — Ли Юй всхлипнула, чуть не расплакалась, но собралась и продолжила: — Когда я вышла из портала, вы сидели, замерев, как каменная статуя. Я несколько минут звала вас и трясла за плечо.
— Теперь всё хорошо, Ли Юй, — я снова обнял её и поцеловал. — Не говори никому. Даже Елене. Не нужно, чтобы она тоже переживала за меня. Найди Машу, пусть готовит завтрак. А я пока навещу хранителя.
Ли Юй кивнула и вытерла непроизвольно выступившие слёзы.
Я улыбнулся и открыл портал.
— Вы сегодня рано, демиург, — увидев меня, хранитель заулыбался и протянул руку за кольцом.
Но, заметив мой хмурый взгляд, тут же спросил:
— Что-то случилось?
Я снял кольцо и положил ему в ладонь:
— Займись маной, а я пока расскажу.
Хранитель кивнул. Мы прошли вглубь его обители — туда, где росла его будущая подруга. Сегодня здесь особенно сильно пахло лесом и землёй. Пока он перекачивал ману, я подробно излагал всё, что со мной произошло: о разломе, об изменённых солдатах, о князьях Бокеевых и о том мгновении, когда меня «выдернуло» обратно в тело.
Внимательно выслушав, хранитель вернул мне кольцо и произнёс:
— Если честно, я не знаю, что с тобой было, демиург. Но ты прав: твоя душа на время покинула тело. Однако само по себе такое не происходит. Скорее всего, твоя стихия Духа стала очень сильной и даровала тебе новые способности, о которых ты ещё не знаешь. Но и я не знаю — я же не демиург.
Он улыбнулся, словно извиняясь за отсутствие готового ответа.
— Возможно, ты очень сильно желал найти эту армию врага и, сам того не понимая, сделал это таким образом. Попробуй помедитировать и поговорить со стихией Духа. Возможно, ты услышишь ответ от неё.
С этими словами хранитель поклонился и уселся на свой трон, закрыв глаза, будто давая понять: дальше — путь только мой.
Я вернулся в гостиную. Там уже царила оживлённая суета: слуги под руководством Маши накрывали стол для завтрака. Ароматы свежей выпечки и кофе наполняли пространство, а приглушённый гул голосов создавал ощущение домашнего тепла.
Я сел в кресло и доел свою надкусанную булочку, запив холодным кофе. Постепенно собирались остальные: кто-то приходил из спален, кто-то — через порталы.
Увидев Егорыча, я вспомнил о его помолвке с Машей.
— Егорыч! — махнул я рукой.
Он, заметив меня, сразу подошёл.
— Маша мне всё рассказала. Наконец-то ты решился.
— Ну, Маша… Просил же никому пока не говорить, — Егорыч расплылся в смущённой улыбке.
— О чём не говорить? — с улыбкой спросила Елена, подходя ближе.
Егорыч замолчал, не зная, что ответить.
— Да ладно-ладно, мы уже знаем! — засмеялась Елена.
— Поздравляю! — к нему подошла Ли Юй и тепло обняла.
— Ну, Маша! — Егорыч сделал серьёзное лицо, но это ему явно не помогло.
— Ну наконец-то, — хлопнул его по плечу Беркут. — Я уж думал, не дождусь этого момента.
Через пять минут Егорыча и Машу уже поздравляли и князья, появлявшиеся из порталов. Ли Юй тут же информировала их о радостном событии.
В итоге завтрак превратился в бурное обсуждение предстоящей свадьбы. Елена и Ли Юй сразу взяли все хлопоты на себя, пообещав, что это событие будет обсуждать вся крепость.
— Мы сделаем так, чтобы этот день запомнился всем, — сказала Елена, сверкнув глазами. — Это будет не просто свадьба — это будет праздник надежды.
— Согласен, — кивнул я. — Пусть это станет знаком: даже в самые тёмные времена у нас есть место для радости и любви.
Егорыч, всё ещё немного растерянный, но счастливый, только качал головой:
— Никогда не думал, что моя свадьба превратится в такое… событие.
— А иначе и быть не могло, — улыбнулся я. — Ты ведь теперь не просто Егорыч. Ты — будущий муж Маши, а она и ты — часть этого дома. И этот дом празднует.
Пока девушки обсуждали с Машей и Егорычем их пожелания к свадьбе и согласовывали дату проведения, я отвёл Беркута и Долгорукова в сторонку.
— У меня для ваших разведчиков есть крайне важное задание. Но для начала скажите: у нас есть люди во всех разломах?
— У меня — везде, кроме Восточного, что стоит на границе с дикими землями, — произнёс князь Долгоруков, слегка нахмурившись. — Это всегда была вотчина Бокеевых, и с разведкой там всегда было туго. А последнее время я вообще не получаю оттуда никакой информации.
— У нас то же самое, — кивнул Беркут. — У Лапы там был человек, но уже две недели не выходит на связь. — Он посмотрел на меня в упор: — Вторая армия Бокеевых… Она там?
— Если бы я знал точно, то не спрашивал бы вас, — ответил я. — Но раз у нас там нет людей, то посмотрю сам. Пусть наши разведчики проверят, как обстоят дела в других разломах. Выясните, что происходит, нет ли чего-то необычного — любой детали, которая выбивается из привычного уклада разломов. Поручику Храброму тоже дайте задание: пусть поговорит с охотниками. Возможно, они заметили что-то странное.
— Я своим тоже прикажу собрать информацию, — сказал Долгоруков, пристально глядя на меня. — Не спроста вы, князь, даёте такое задание. Что случилось?
— Если бы я знал, то сказал бы, — вздохнул я. — Но предчувствие у меня нехорошее. Будет информация — сразу сообщайте. А пока — держите всё в секрете.
Князь и Беркут кивнули. Я вернулся к Егорычу и девушкам, ненадолго прислушался к их оживлённым предсвадебным разговорам, а затем тихо вышел в коридор и открыл портал к Восточному разлому.
Помня о своём утреннем необъяснимом путешествии, я не стал рисковать: вышел из портала в десяти километрах от разлома и сразу активировал стихию Земли для поиска. Тёплая, пульсирующая энергия растеклась по нервам, соединяя меня с каждым камнем, каждым корнем, каждой песчинкой в округе. Кроме животных — лосей, зайцев, пары рысей — поблизости никого не было.
Я двинулся в сторону разлома, стараясь держаться лесистой местности. Шаги были бесшумными: я обходил звериные тропы, чтобы не вспугнуть обитателей леса и не выдать своё присутствие. Воздух пах хвоей и сыростью, солнце пробивалось сквозь кроны редкими золотыми лучами.
Примерно через три километра я замер, уловив движение. Впереди, в километре от меня, за густыми зарослями можжевельника, были люди. Припав к земле, я усилил поисковое заклинание стихии Земли.
Однозначно — дозорные. Несколько групп, рассредоточенных вдоль периметра перед разломом. Они двигались по строго выверенным маршрутам: одна — вдоль кромки леса, двое других — зигзагами, периодически останавливаясь, чтобы осмотреть окрестности или, возможно, обменяться сигналами.
«Как их незаметно пройти?» — размышлял я, прикидывая варианты.
Влив ещё больше маны в заклинание поиска стихии Земли, я расширил радиус восприятия. Под ногами запульсировала энергия: я чувствовал каждый камень, каждую трещину в почве, каждый корень на глубине до десяти метров. Земля шептала мне о движении — о лосях, укрывшихся в чащобе, о лисе, крадущейся к норе, о мышах, снующих под опавшей листвой. Но главное — она рассказывала о людях.
За дозорными, как я и опасался, тянулась непрерывная цепь постов — чуть ли не каждые двести метров. Между группами явно существовала связь. Система оповещения. Любой прорыв — и через минуту весь периметр будет на ногах.
Брать пленника тоже нельзя: это сразу выдаст мой интерес к разлому и спровоцирует ответные действия. А если они поймут, что я здесь… Нет, рисковать не стоит.
Я отступил глубже в лес, прислонился к стволу вековой ели и закрыл глаза, обдумывая ситуацию. Кора под ладонью была шершавой, холодной; сквозь неё я ощущал медленное, размеренное биение жизни дерева. Вдохнул — запах хвои, сырости, прелой листвы. Выдохнул — и вместе с воздухом из меня вышло напряжение.
«Ладно, не буду искушать судьбу. Сначала разберусь с армией, стоящей возле родового замка Долгорукова. Потом — с замками Бокеевых. А затем уже займусь этим разломом — если, конечно, они не объявятся раньше».
