- Это же не потому что Софья беременна?

- Нет, - машу головой и сажусь рядом. - Скажу больше, это даже не потому что она беременна двойней.

Он зависает. Реально. На пару секунд.

- Двойня?! Ты что, сразу решил все пробелы заполнить?

Я смеюсь, киваю.

- Ну, а что?! Раз уж делать, так с размахом. Видимо, жизнь решила, что мне надо догонять тебя.

- Оооо… меня с пятью это сложно, но… - хлопает меня по плечу, - можем посоревноваться на внуках.

- Им по пятнадцать. Какие внуки?

- Время быстро летит. Ну что, предложение поедем делать?

- Вань, она на сохранении лежит в больнице, чтоб не разродилась раньше срока.

- Ну ты че! От нас только положительные эмоции. В прошлом месяце первого караула Самсонов на роды к жене так ездил. Лестницу растянули, он ее через окно с улицы поддерживал. Так что… в роддоме уже привыкли к нашим проделкам. Я там их главного знаю, договорюсь… Традиции, Титов, нельзя нарушать. На удачу.

Традиции эти… Про выписку из роддома вообще молчать буду.

В машине пахнет растворимым кофе из термоса, гарью от наших курток и машинным маслом, потому что водитель смотрел машину.

У меня в руках тюльпаны. Просто, без понтов, но с душой. В одном кармане коробочка с кольцом, в другом - шишка, против нее она точно не устоит.

- Ну что, Титов, - Иван поворачивается ко мне, прищуривает глаз, - назад дороги нет.

Ребята ржут. Я улыбаюсь, но внутри все уже плотно стянуто. Ладони вспотели, хотя в машине не жарко. Голова вроде ясная, но мысли скачут.

- Ну что, заводим традицию, - подает голос Никита, наш новенький, - и хором, братцы, как на прощание с холостой жизнью!

- Прощай, свобода холостяка,

Ушел Титов в семейный бой!

Его накрыла вдруг София,

И стал он папой - не простой!

Я молчу. Улыбаясь краешком губ.

Но внутри - как перед первым настоящим выездом. Когда ты ещё не знаешь, будет ли потолок держаться, или рухнет на тебя. Будет ли взрыв газа. Успеешь ли вытащить. Успеешь ли спасти.

А тут - себя бы спасти. От собственной дурости, от гордости, от молчания.

- Уже не будет шашлыков до ночи,

Теперь компоты, пеленки и горшки!

Но знай, товарищ, ты не один!

Мы будем с памперсами в гости к тебе ходить!

- Это что, угроза? - бурчу сквозь смех.

- Это обещание! - хлопает по плечу Никита.

- Я вам припомню!

- Погнали, ребята. Пусть весь корпус знает, что пожарный Титов сегодня тушит пожар сердца! - командует Иван и жмет клаксоном. Один раз, второй - и сирену включают на пару секунд, чтобы точно все обернулись.

Мы подъезжаем к роддому с включенной мигалкой - ну как же, традиция.

- Твой второй этаж, седьмое окно слева, - подсказывает Иван, который согласовывал мероприятие.

Лада с Полей уже тоже тут. Конечно, как же без них.

Но зато…

Она не сможет сказать "нет". Когда тут все на нее смотрят.

Я поднимаю взгляд.

И все. Все тревоги, все сценарии отпускают.

С кем она шишки будет собирать…

- Ой, мы горим, что ли?

Моя соседка по палате выглядывает в окно.

- Как горим?

- Пожарная машина, вон, приехала раскладывают эту лестницу.

- Если бы горели, то сработала бы сигнализация и нас бы уже эвакуировали. Может, учения какие…

- В роддоме? Они бы ещё травматологию эвакуировали.

Она открывает окно, выглядывает.

- Нет, дыма нет. Похоже на учения.

Какова вероятность, что на учения приехал именно караул Алексея?

- Не нас же с тобой будут эвакуировать? Прямо к нам лестницу раскладывают.

К нам?

Я аккуратно поднимаюсь и, уперевшись в подоконник, выглядываю.

Один из пожарных в полной экипировке быстро поднимается по лестнице с цветами. Внизу узнаю всю его команду, Ладу с какой-то девочкой.

- Это ко мне.

Алексей снимает каску и протягивает мне букет.

- Привет, царевна. Для подвига ты, конечно, низковато расположилась.

- Можно и без подвигов, - улыбаюсь в ответ.

- Короче, я бы хотел взобраться в эту башню и тебя украсть, но врач строго запретил это делать, поэтому пока так…

Лезет в карман.

У меня аж дыхание перехватывает. Серьёзно?

Протягивает в руке черную коробочку, которую он держит так аккуратно, будто это хрупкое сердце.

- Сонь, знаю, что ты уже много принцев отшила…

Слёзы собираются в горле. Не знаю даже как так, хочется плакать, но давит в горле.

- Но я готов тушить твои капризы, разводить костры любви и что там тебе ещё надо… Сонь, мы тут с Ладой посовещались, предлагаем тебе другой договор. Только уже пожизненный. Выходи за меня.

- Пап, ты не сказал, что ее любишь, - подсказывает Лада внизу, - Софья, не соглашайтесь, пока он не скажет.

- Я люблю тебя, - говорит тише, одними губами, только для меня.

Я протягиваю ему руку. Он аккуратно надевает кольцо.

Тянется через подоконник, я навстречу.

- Я тоже тебя люблю, - касаюсь губ, - спасибо тебе за все.

Улыбается довольно.

- Но, - шепчу только чтобы он слышал, - как ты мог выкинуть нашу шишку!

- Не выкинул я, не волнуйся. Это мой талисман теперь.

- Вроде серьёзный человек…

- Все уже, ты согласилась. Мужей на переправе не меняют.

Мою соседку по палате на выходные выписывают, а Титова, даже знать не хочу благодаря каким связям, разрешают побыть со мной полдня в субботу.

Нам нужно это время. Очень. Обоим. Мы как будто одну ступеньку проскочили, а надо к ней вернуться, чтобы потом не было проблем и недоговоренностей.

Леша лежит на моей кровати, я рядом на его плече.

- Я знаю, что это выглядело глупо, но такие у нас в части традиции.

- Почему глупо? - скребу ногтями его щетину, - очень даже мило.

- Все как люди… приехали на машине, цветы вручили… а мне пришлось лезть по лестнице.

- Рисковать жизнью не надо следующий раз.

- Да какой тут риск? Второй этаж.

- Всё равно. Лада в курсе, да?

- Да, - целует меня в кончик носа, - все рассказал как было, начиная с того договора.

Жмурусь от стыда. Не люблю я такие подробности выворачивать.

- Нормально все, сказала, что нам теперь нужна не квартира, а дом.

- Серьёзно?

- Да. Я уже смотрю, что есть. Ты про это не думай. Отдыхай.

- Леш, по поводу Виктора и прошлых отношений…

Молчит, не останавливает.

- Я не права была, я согласна. Не надо было с ним ехать, тебе надо было рассказать сразу. Но я знала, что это глупо, и что ты не поймешь, но мне так надоела та ситуация, что я просто хотела поставить там точку. И чтобы он не ездил ко мне больше.

- Надо было мне сказать, я бы поговорил с ним.

- Следующий раз так и сделаю.

- Надеюсь, следующего раза не будет.

- Я тоже. Но… может, мне тоже надо было это. Я извинилась перед его женой. Да, прошлого не исправить, но это не по моей вине вышло. Я даже им подсказала, как помириться. А будут они это делать или нет, не знаю. Но это уже их жизни. У нас своя.

- Ты мне следующий раз лучше заранее расскажи о своих бредовых планах. Я или поддержу, или докажу, что так не надо делать. Но я буду точно знать, что меня не обманывают.

- Хорошо, - тянусь и целую колючий подбородок.

- Ты как себя вообще чувствуешь?

- Если честно, - шепчу ему на ухо, - то очень хочется секса.

- Тебе же явно нельзя, - переворачивается набок ко мне, ведет губами по шее.

- Я знаю, - выдыхаю и прикрываю глаза. Прижимаюсь к нему. Это можно. - Гормоны шальные какие-то.

Леша запускает руку мне под резинку брюк и сжимает попу, обнимает.

Как растворяет меня в себе.

- Я так тебя люблю, твои руки, - пропускаю свою между нами, - твои губы, твой член… - обхватываю его снаружи.

- Сонь, перестань… И так без тебя на стену лезу.

- Мы же потерпим этот период?

- Ну, конечно, о чем речь… - смеётся мне в губы. - Аппетит нагуляем. Я тебе говорил, что у меня контузия сердца случилась, как только увидел, как ты мальчишку спасала? Контузия с первого взгляда.