Идет мыть руки в ванную.

- Кран подтекает, ты видела? - кричит уже оттуда.

- Я вызову сантехника.

Но он уже не слушает, разбирает кран. Заодно прочищает отстойник под раковиной и под ванной.

- Все хватит, Леш. А то я влюблюсь ещё.

- Да уж, потом ещё придется жениться на тебе, - смеётся в ответ. - Я тебе сала принес, как ты любишь. Пойдем, покормлю тебя.

С чего все решили, что я тут голодаю?!

- Ну нет… Я не буду на ночь.

- Будешь-будешь. Помнишь, мы говорили, что тебе надо изменить режим. Хотя бы пока не забеременеешь.

- Ты шутил.

- Неа.

- Ты не понимаешь. Организм должен быть готов, если вдруг пройдет зачатие. Максимум энергии, легкости, витаминов от правильного питания.

- А я тебе про другое, - домывает руки и вытирает. - Я тебе как раз про то, чтобы это зачатие произошло, надо расслабиться и позволить себе быть правильной девочкой. Расслабиться. Ты, кстати, тест делала?

- Леш, высади меня на остановке, я сама дойду.

Сжимает чуть крепче руль, косится на меня и усмехается.

- А я уже почти свернул в загородный отель с одноместным номером и джакузи. Жаль, конечно…

- Алексей… - предупреждающе.

- Ну, прости, - смеётся, - ты просто такая вся… скрытная. Я даже не думал, что тебя, взрослую женщину, надо на работу подпольно возить.

- Это не смешно.

- Так я тебя уже подвозил.

- Один раз сойдет за случайность, два уже явно привлечет внимание.

А этого я бы хотела меньше всего.

- Ты не хочешь, чтобы нас вместе видели? - спрашивает в лоб.

В своем стиле.

- Да.

- Мы взрослые люди, можем делать то, что хотим.

Когда-то я тоже так думала. Могу делать то, что хочу. Пошла против правил общества. Потом поплатилась за это.

Больше желания нет.

- Пожалуйста.

- Я понял. Высадить - так высадить. Здороваться тоже ещё раз надо? Делать вид, будто эту ночь не у тебя ночевал?

Натягивает улыбку.

- А ты что, собрался всем рассказывать, где ты ночевал?

- Нет. Просто можно вести себя, как я всегда себя веду, а можно надеть маску.

- Я думала, тебе тоже не особо хочется афишировать свою личную жизнь.

- Да мне всё равно, кто и что подумает. Если людей волнует то, с кем я сплю, это их проблемы, а не мои.

Включает поворотник и перестраивается в первый ряд.

Тормозит ближе к началу остановки и включает аварийку.

- Встретимся на работе.

- Зайду через черный вход, чтобы точно никто ничего не заподозрил.

Язвит в ответ.

Я захлопываю дверь, он притапливает, срываясь с места.

До части минут семь, а до начала рабочего дня двадцать, поэтому иду не спеша.

Утреннее солнце уже размаривает. Я надеваю солнечные очки, чтобы не встречаться взглядами с прохожими, потому что хочется улыбаться. Настроение искрится все изнутри. В теле ещё отголоски ночи.

Кожа все ещё помнит, как он гладил меня горячими руками. С нажимом, будто точно знал, что делает.

Как на подоконнике. В полумраке. С открытыми шторами и выключенным светом.

Я до сих пор краснею, когда вспоминаю, что мы были на виду у всего двора.

А он - абсолютно спокойный.

Словно ничего постыдного.

Губы припухли от такого обилия поцелуев.

А внизу живота снова покалывает. Там мягкое, обволакивающее тепло. Хочется положить ладонь, прикрыть. Как будто внутри кто-то уже есть.

Да знаю я, что рано. Очень рано.

Даже тест покажет что-то не раньше чем через две недели, если покажет, конечно.

Утром стоял у зеркала с зубной щеткой во рту и, пока я красилась, кивал на мой живот и играл бровями, спрашивая, уже?!

Хотя вечером объяснила, что не так все быстро происходит.

- Леш, ты что, с ума сошел? Две полоски появляются не на следующее утро.

- Эх… А я думал, как в кино. Заснул с тобой, проснулся с ребенком.

- Через девять месяцев, не через девять часов.

- А ты уверена? Может, у тебя экспресс-режим?

- Прекрати.

- Я просто переживаю. Вдруг ты не выбрала тариф с безлимитом.

Он умеет вот так. Снять напряжение, разрядить момент.

И при этом… не отпустить. Не дать забыть, что между нами не просто шутки.

Поправляю складки длинной юбки. Алексей ездит на работу сразу в форме, я же люблю пройтись в гражданском, переодеваюсь на работе уже.

День рабочий ещё не начался, а я уже хочу вечер или ночь. Или вечер, перетекающий в ночь.

Хочу снова его почувствовать. Его вес. Движение во мне. Дыхание у самого уха. Шепот: “Хочу тебя…”

Я так сильно хочу, чтобы все получилось.

Чтобы клеточки соединились. Чтобы зародилось то, о чем я так мечтаю.

Чтобы тело это знало - и бережно хранило.

А пока - просто держу эти воспоминания внутри.

И чувствую, как по телу катится волна.

Сначала по шее. Потом ниже, по груди. Где он целовал, облизывал, сжимал. По животу - туда, где он оставил меня горячей и дрожащей.

И снова вниз.

Где он двигался. Где я сжимала его и дышала так, будто умираю от наслаждения.

Останавливаюсь на перекрестке, жду зеленый.

Мимо мелькают машины, а я вдруг выхватываю из потока фиолетовый минивэн. Но машину наполовину перекрывает другая, я вижу только заднюю часть. Ни водителя, ни номеров.

В потоке быстро уносится и скрывается.

Я застываю. Вся легкость и эйфория улетучиваются. Сковывает напряжением и тяжелым прошлым.

Может, это не он совсем. Показалось. Ну, мало ли таких машин…

Вообще-то, мало.

Только сердце в каменной груди заходится, долбится в ребра, пытаясь растолкать меня.

Кто-то задевает меня плечом.

Я чуть подаюсь вперед. Наступаю на подол платья и падаю на колено. Резкая боль бьет в коленку.

Черт!

Поднимаюсь и, прихрамывая, иду к высокому бордюру. Присаживаюсь и запахиваю подол юбки, уже пропитавшийся кровью.

Разбила коленку, содрала кожу. Кровь уже стекает по колену вниз.

- Блин… - выдыхаю сквозь зубы. Внутри все дрожит. То ли от боли, то ли от всплеска эмоций. От всего сразу.

Достаю из сумочки влажные салфетки.

Вытираю кровь с пульсирующего колена и прижимаю салфетку. Надо оставить ее, а то приду такая красавица, как из кульминации боевика.

Салфетка тут же становится розовой.

Снова вытираю. Ещё.

Щиплет, но продолжаю.

Как будто вытираю не кровь - а мысли. Панические, бешеные.

Это не он. Просто показалось. Машин таких полно.

Но сердце не верит. Оно бьется, как раненый зверек, загнанный в угол. Не хочу его видеть. Только все восстановилось. Только отвлеклась и тут бац.

Накладываю новую салфетку прямо на ссадину. Прижимаю.

- Твою ж… - выдыхаю и моргаю часто. От злости. От растерянности. От того, как вдруг все может развалиться из-за одного взгляда. Одной машины.

Почему вот так - мелькнул и исчез?

Снова поднимая ненужные воспоминания и чувства, которые удалось затолкать поглубже.

Колено горит.

В груди - ещё хуже. Там вообще пожар.

Мне бы сейчас пожарного одного, чтобы спас. Так я сама же его и отпустила.

В сумочке ещё телефон звонит.

Напрягаюсь сразу, но нет…

Тот, кого бы я не хотела слышать, заблокирован. Везде и навсегда.

Поэтому достаю телефон.

Титов А.

- Да, Леш.

- Сонь, а ты где?

- Мммм… Скоро буду.

- Случилось что-то? Там идти было ничего, а уже двадцать минут прошло, а тебя нет.

- Ну… Я упала.

- Где?

- Случайно, коленку разбила.

- Так и знал, что не надо было тебя отпускать.

- Меня ищут?

- Ты в пропускной системе не отметилась. Это опоздание.

- Блин.

- Где ты, далеко?

- На перекрестке.

- Сейчас приеду за тобой. Сиди, жди меня там.

- Не…

Отключается.

Пфффф.

Это судьба все же, чтобы он меня привез, и теперь уже точно все увидят нас.