Но все сделал наоборот. Кира рассказала, как он их там приструнил, чтобы его пропустили.

- Он так за тебя переживает, только любит. Не отталкивай ты его. А-то я тебя знаю. Сейчас соберешься и сбежишь куда-нибудь.

- Я к этой больнице на месяц точно приклеена.

- Ну и хорошо. Лежи, думай над своим поведением. Я же вот помню, ты мне как про него рассказала сразу, я поняла, это тот, кто тебе нужен.

- Может, я ему не нужна.

- Не была бы нужна, не переживал бы так. Сама ж знаешь, когда всё равно на человека, даже не думаешь о нем, а если переживаешь - значит… А он очень переживал.

Жду до предела и поднимаюсь, чтобы сходить в туалет. В коридоре пахнет хлоркой и вареной гречкой. Но меня начало мутить по утрам, стараюсь не есть.

Иду, медленно переставляя ноги, у одного из кабинетов, замечаю Кристину. Она в больничной одежде, сидит на пластиковой скамейке и сжимает в руках бумаги.

Вид у нее - будто не спала и не ела дня три.

Она случайно поднимает глаза, переглядываемся.

- Кристина? Привет.

Она вздрагивает.

- Привет.

- Ты что тут делаешь?

Молчит. Пожимает плечами.

- Ничего. На осмотр пришла.

Утыкается в бумаги, продолжать со мной говорить не хочет.

Я иду дальше, прохожу мимо поста.

- Да, девушка под кабинетом на прерывание.

Прерывание…?

Слово такое, что вздрагиваю.

Оборачиваюсь на Кристину.

Все вспоминаю за доли секунды.

Она беременна. После той ночи. От Антона.

А он вообще знает? Или это не мое дело?

Лезу в чужую жизнь. Потом себе проблем наживаю. Хотя у меня работа такая, что приходится лезть в чужую жизнь.

Через пару шагов разворачиваюсь и возвращаюсь. Сажусь рядом с ней.

- Уверена?

Она молчит.

Она не отвечает. Просто сидит. И мне вдруг хочется сказать… не ради ответа. Просто сказать.

- У меня первый выкидыш случился после ЭКО. Я так надеялась. Так хотела. Там целый процесс, длинный. Иглы, гормоны, ожидание, цифры. Все расписано по часам. Потом задержка. Потом радость. А потом... все.

Смотрит боковым зрением, не поворачивая головы. Но слушает.

- Я сидела, как ты сейчас. На лавочке у кабинета. Помню, даже номер на двери. 213. Как клеймом теперь выжжен. Вышла врач, сказала: "Сожалеем". И все. Мир как будто провалился. Ни звука, ни ощущения времени. Просто пусто.

Молчит. Дышит ровно. Но я знаю, внутри шторм.

- Потом были анализы. Таблетки горстями. Обследования. Проблемы по-женски. Вроде как ничего такого, а забеременеть я не могла. Постоянно жила в ощущении, что со мной что-то не так. Как будто я сломанная. Бракованная. Сейчас я снова беременна. И больше всего на свете я боюсь потерять то, что выстрадала. А у меня снова угроза выкидыша. Снова этот страх, что в любой момент можно потерять то, что есть. Каждый день - как будто по краю. Чихнуть боюсь, в туалет сходить боюсь, лечь не так боюсь.

- Я не люблю его и детей от него не хочу.

- Любовь такая штука, что не поддается правилам “этого любить”, “этого нет”. Просто начинаешь общаться с человеком, узнавать его с разных сторон, а потом оказывается, что думаешь о нем постоянно, переживаешь, как он, отсюда уже появляется любовь.

- Не хочу быть матерью-одиночкой.

- А ты отталкивайся не от того, что не хочешь, а от того, что хочешь. Удачи тебе, Кристин.

Улыбаюсь и оставляю ее.

Алексей

- Лада, поговорить надо, - зову дочку на кухню, варю себе кофе.

- Что, пап? - садится за стол, пилит свои ногти, как у коршуна.

Ладно, все это ерунда.

Вот с чего начать?

- Ну что?

- Думаю с чего начать.

- Ты мне сам всегда говоришь, начни сначала.

- Ладно. Ты уже не маленькая, буду говорить, как есть.

- Ты меня пугаешь. Что-то случилось? Ты болен?

- Нет, все живы-здоровы.

- Тогда ладно. Ну говори уже.

- Если начать сначала, то я когда с Софьей познакомился, она к нам устроилась, точнее…

- Вы помирились?

- Не перебивай.

- Давай не с начала, а уже с конца.

- Лада! Все молчу.

- В общем, когда познакомились…

- Она тебе понравилась.

- Да, понравилась.

- Я знала! - довольно улыбается.

- У Софьи проблемы со здоровьем и она не могла никак забеременеть.

- Да, я помню, она мне рассказывала что-то, у нее мечта - ребенок.

- Когда она успела?

- Это ещё было до того, как вы познакомились. Ну, то есть мы все познакомились.

- Да, она очень хотела ребенка. Она даже делала ЭКО, но ей ничего не помогало. Врач сказал, что просто надо естественным путем пробовать. Без подробностей, но думаю, ты понимаешь, о чем я.

- Ты о сексе?

То чувство, когда дети знают больше, чем ты сам.

- Да.

- И?

- И она попросила меня помочь ей с этим?

- С чем? С ребенком?

- Да.

- Ого, и ты что, согласился?

- Почему нет? Это было не как отношения и там жить вместе, просто сделать ей ребенка. А растить и воспитывать она хотела сама.

- Я вообще от тебя в шоке…!

- Почему? Люди сдают кровь, чтобы быть донорами тем, кому нужны, а я сдал условно другой биоматериал.

- Нет, я прям не ожидала, что ты такой у меня… И что? У вас получилось?

- Тут вышла проблема, небольшая.

- Пап, ну ты можешь без этих предисловий, - бросает свою пилку. - Говори, как есть!

- Говорю, как есть. Началось все с договоренностей, закончилось тем, что она мне нравится в общем.

- Нравится?

- Я поэтому с этим к тебе и пришел, я не могу просто поставить тебя перед фактом, что у меня есть женщина и она будет жить с нами, если она тебе не нравится, то…

- Так а с ребенком что?

- Соня сейчас в больнице, потому что беременна и у нее угроза выкидыша, но я уверен, что все будет хорошо.

- Аааа! Это что у меня будет братик или сестричка?

- Да, кто-то будет. И нам надо решить, что мы делаем? Забираем Софью к себе или нет.

- Ты ещё думаешь?

- У меня есть ты, я не могу один это решать, не спросив тебя.

- Пап, забирай ее конечно, пока никто не забрал! А вы с ней помирились уже?

- На стадии примирения, - улыбаюсь в ответ. - Я сам только утром узнал и, не поговорив с тобой, я не понимал, куда вести наш с ней диалог.

- Я со всем согласна, папуль, вези с нам Софью и ребенка.

- Ну, ребенок будет только через девять месяцев.

- Как раз подготовимся.

- Кстати, по поводу ребенка... Их будет двое.

- Двое…? - недоверчиво переспрашивает.

- Да, у нее двойня.

- Ого, тогда у нас не хватит места. Надо расширяться, пап. Может, в дом переедем? Где-нибудь с дядей Ваней рядом. А?

- Я подумаю над этим.

- Думай только быстрее. А ты кольцо купишь?

- Куплю, - киваю, улыбаясь.

- А можно я помогу выбрать?

- Я сам. Лада.

- Пап, а ты же ей предложение будешь делать?

- Это так важно обсуждать?

- А вы на машине же к ней поедете?

- Лада…

- Да… ну, папочка, надо на машине, чтобы все по вашим пожарным традициям.

- Хочешь там устроить в больнице переполох? Они порожают там все раньше срока, если пожарная машина приедет к роддому.

- Лех, - подзывает к себе Ваня после утреннего развода.

- Да.

- Мне тут пичуга одна напела… что ты решил жениться?

Пичуга у него, понятно, Полинка. Она с Ладой дружит - все сплетни-новости первыми разносят.

Уже поди обсудили, у кого какая фамилия у них будут после замужества, какое лучше кольцо и как делать предложение.

- Лучше бы они с таким рвением училась, птички эти.

- Да, ладно, рад за тебя, - хлопает по плечу и обнимает. - Быстро вы.

- А чего тянуть? Как говорит Лада, уведут.

Ваня смеётся надо мной.

- Ну правильно, чего… - садится на скамейку и закидывает нога на ногу. - Я до Маши тоже думал, что уже вряд ли с кем-то сойдусь, а нет, встретил, женился и не жалею.