В следующую секунду иллюзия человеческой плоти начала стремительно рушиться.

Это было враждебное поглощение в самом буквальном смысле. Ликвидаторы — каста инфернальных ассасинов — специализировались на трансформации биоматерии. Дорогие платья с мерзким чавканьем впитались под кожу. Идеальные лица треснули пополам, от лба до подбородка, обнажая ряды бритвенно-острых хитиновых жвал. Руки вытянулись, суставы с хрустом вывернулись наизнанку, превращая конечности в шипованные костяные хлысты и тяжелые лезвия.

Спустя мгновение перед советским дипломатом стояли три трехметровые твари из первобытного кошмара, состоящие из пульсирующих мышц, черной слизи и острейшей кости.

— Адельхард Васильевич, обратите внимание на эту гипертрофированную мышечную структуру, — спокойным, лекторским тоном произнес Змиенко, даже не думая отступать. — Абсолютно нерациональное использование калорий. Никакой эстетики. Кустарщина.

— Согласен, патрон. Грязная работа, — тиун лениво отложил газету и перекинул ногу на ногу. Вмешиваться демон явно не собирался, предоставляя начальнику возможность размяться. — В Седьмом Круге всегда страдали безвкусицей.

Центральный ликвидатор издал пронзительный визг и бросился в атаку, взмахнув костяным лезвием, способным разрубить броневик. Ассасин был невероятно быстр, двигаясь смазанным, невидимым для человеческого глаза пятном.

Но для возвысившегося демонолога эта скорость казалась жалкой.

Ал не стал уклоняться. Москвич сделал короткий шаг навстречу и просто выставил вперед обнаженную руку. Костяное лезвие с оглушительным звоном врезалось в открытую ладонь… и остановилось, намертво завязнув в плотном фиолетовом силовом поле.

Тварь недоуменно зашипела, пытаясь вырвать оружие, но пальцы хирурга сомкнулись на лезвии, как тиски.

— Вы называете это контролем плоти? — ледяным шепотом поинтересовался Трикстер. Глаза советского гостя вспыхнули невыносимым, слепящим неоном. — Это позор, а не биогенез. Позвольте показать, как работает передовая микрохирургия.

Колоссальный импульс маны древнего бога, усиленный инфернальным интерфейсом, рванул по руке Змиенко прямо в тело ассасина.

Ликвидатор завизжал, но на этот раз — от невыносимого, парализующего ужаса. Сила москвича мгновенно перехватила управление квазиорганической структурой демона. Врач не разрушал тварь, он ее перестраивал. Костяное лезвие вдруг рассыпалось в белую труху, пораженное мгновенным некрозом. Псевдомышцы ассасина начали стремительно делиться, расти внутрь, сминая инфернальные энергоканалы и ломая собственные суставы.

Спустя три секунды элитный киллер Преисподней превратился в беспомощный, скулящий ком спрессованного мяса, который рухнул на кафельный пол, не в силах даже пошевелиться.

Двое оставшихся ликвидаторов, осознав, что столкнулись с существом иного порядка, решили сменить тактику. Твари разделились. Одна метнулась к москвичу, пытаясь достать его шипованным хлыстом со спины, а вторая, оттолкнувшись от стены, прыгнула прямо на скучающего в углу Адельхарда, надеясь устранить помощника.

Тиун тяжело вздохнул, убирая карманные часы.

— Никаких манер, — брезгливо бросил Аристократ.

Когда когтистая лапа ассасина находилась в сантиметре от его лица, выходец из Пекла изящно, не вставая с табурета, щелкнул пальцами. Воздух вокруг твари мгновенно кристаллизовался, превратившись в клетку из черного пламени Разрушения. Инфернал на всем ходу врезался в абсолютный ноль Бездны. Огонь не обжигал, он просто стирал само существование.

Демон в клетке завыл, его плоть начала стремительно плавиться, теряя боевые мутации и возвращаясь к более-менее гуманоидной форме.

Адельхард прищурился, разглядывая обгоревшую, корчащуюся в магических тисках морду.

— Ксафан? — удивленно изогнул бровь маг-рыцарь. — Надо же. Бывший старший дознаватель Седьмого Круга собственной персоной. А теперь подрабатываешь миланской эскортницей и бегаешь на посылках у баронов средней руки? Как низко пали корпоративные стандарты нашей исторической родины.

— Предатель! — прохрипел плененный ассасин, харкая черной плазмой на стерильный кафель. — Лорды объединяются! 54 легиона разорвут вас на куски! Вы украли наш рынок! Монополия принадлежит Инферно!

— Мы провели успешную оптимизацию активов, — парировал компаньон, слегка сжимая кулак. Клетка из пламени сузилась, безболезненно, но неотвратимо ампутируя ликвидатору нижние конечности. — Свободный рынок, Ксафан. Кто предложил лучший сервис, тот и забирает души. Учитесь конкурировать.

В это время Альфонсо грациозно закончил разбираться с последней тварью. Увернувшись от удара хлыстом, хирург прописал ассасину короткий, техничный удар в грудь. «Биогенез Плоти» сработал как дефибриллятор, настроенный на перегрузку: грудная клетка демона взорвалась изнутри каскадом неконтролируемых мутаций. Кости проросли наружу, намертво сковав тварь в подобие жуткой, шипастой смирительной рубашки.

Врач отряхнул халат, обошел застывшую скульптуру из костей и мяса и удовлетворенно кивнул.

— Операция прошла успешно. Пациенты стабильны.

Столичный светило подошел к Ксафану, который, лишившись ног, покорно висел в энергетическом захвате Адельхарда. Фиалковые глаза москвича смотрели на командира элитных убийц с ледяным прагматизмом советского бюрократа.

— Ну что ж, гражданин ликвидатор, — Змиенко достал из кармана халата блокнот и ручку. — Раз уж ваше руководство решило перейти к официальным претензиям, мы ответим по всей форме. Будем писать телефонограмму.

Хирург приложил ладонь к пульсирующему лбу демона. Неон с тихим гулом начал ввинчиваться прямо в инфернальное Ядро Ксафана, превращая того в живой ретранслятор.

— Диктую текст, — жестко, чеканя каждое слово, произнес Трикстер, направляя ментальный импульс прямо в Бездну, на частоты 54 легионов. — «Антимонопольный комитет Двадцать восьмого отдела настоятельно рекомендует прекратить недобросовестную конкуренцию и акты саботажа на вверенной нам территории. В противном случае мы будем вынуждены провести полную национализацию ваших активов с последующей физической ликвидацией руководящего состава. С пламенным приветом, куратор Змиенко». Отправляй!

Остатки командира ассасинов вспыхнули ослепительным светом и с глухим хлопком осыпались кучкой серого пепла. Послание было доставлено прямо в кабинеты демонических лордов. Отдел официально объявил Преисподней войну за рынок.

В Бездне не было окон, зато с избытком хватало бюрократии и тысячелетнего снобизма. Зал собраний Пятого Круга напоминал исполинский амфитеатр, вырубленный в остывшей магме. За длинным обсидиановым столом восседали те, чьи имена веками шептали в темных ритуалах. Совет пятидесяти четырех легионов собрался на экстренное заседание.

Посреди стола лежал серый пепел — всё, что осталось от элитного ликвидатора Ксафана. Эхо переданной советской телефонограммы всё ещё висело в воздухе, заставляя пламя факелов нервно дрожать.

— Я правильно понимаю, господа, что какой-то русский врач предлагает нам… национализацию? — герцог Валафар брезгливо растер щепотку пепла между массивными пальцами. Его голос звучал обманчиво тихо, но в нем клокотала ярость древнего хищника. — И ставит ультиматум правящим домам Инферно?

— Оставьте гордость при себе, Валафар. Цифры не врут, — сухо отозвался лорд-казначей, перебирая свитки с отчетами. Внешне он напоминал иссохшую мумию в дорогих шелках, но его слово здесь имело вес. — Парижский домен разорен. Французская элита перестала нести нам души, они пачками подписывают контракты с этим Двадцать восьмым отделом. Смертный выстроил монополию, а наши легионы несут катастрофические убытки.

За столом поднялся недовольный гул. Высшие демоны, привыкшие вести изящные кабинетные интриги, сейчас напоминали стаю хищников, у которых из-под носа увели самую лакомую добычу.

— Устранить физически, — ледяным тоном произнес бледный лорд напротив. — А трофейные контракты поделить между домами соразмерно статусу.