Так и есть. Налицо алгоритм, который отслеживает подобный интерес. К слову, снимки экранов остаются в памяти информеров черными прямоугольниками. Тут тоже все схвачено. Сохранить или перезаписать видео не получится.

— Может, немного подождем? — предлагает девчонка. — Вдруг нужно некоторое время, чтобы доступ снова открыли?

— Это вряд ли, — качаю головой. — Наоборот, лучше как можно быстрее пролистать всё, что осталось в доступе.

Решаю продолжать. Получается, что интерес любых официальных государственных контор не перевешивает мою нужду. Официальные государственные конторы, у которых есть доступ к моему информеру, уже вполне себе знают о моём интересе и моём участии в нескольких подобных делах, так что, очевидно, мне ничего не угрожает.

— Олеся, — говорю девушке, — давай будем отсматривать по моему информеру. Наверное, так безопаснее.

— Что не так, Ларик? Думаешь, нам может чем-то грозить обычная вылазка в сеть? — удивляется она.

— Переживаю, — высказываю опасения. — Если видео удаляют сразу же после наших вмешательств, значит, следят.

— Ладно, — соглашается Олеся. — Но, мне кажется, зря ты переживаешь. Но спорить не собираюсь… хорошо. Твой, так твой.

Дальше используем исключительно мой информер. Олесин на всякий случай выключаем.

Выставляем на карте все тридцать новостных мест, которые получается хоть как-то притянуть. Нам нужны все происшествия, похожие на прорывы. Навскидку полная схема не прослеживается. Рядом с каждым местом проставляю даты и выстраиваю их по порядку на линии времени. Карта Империи к концу моей работы выглядит как раскраска. Обвожу нужные места, но закономерностей по-прежнему не вижу.

Интересно другое — границы Империи никак не соответствуют той стране, в которой я жил всю свою прошлую жизнь. Судя по всему, это вообще другой мир. Другие очертания континентов и морей. Более или менее определяясь с тем, где мы находимся в соотношении с другими городами Империи. Получается, что город рядом с Торопской топью, где мы есть, не совсем на границе. Всё не совсем так, как говорил мой отец, но всё-таки близко. До границы не так уж много километров.

Через границу как раз находятся некроманты Не зря они говорили о неделях: тут, если посчитать, до них как раз примерно пару недель пешего пути.

Некроманты, судя по карте, занимают огромное государство. Большая часть их территории — пустыни и практически не обрабатываемые земли. Но некроманты постоянно используют поднятых. Скорее всего, именно поэтому те земли, на которых расположены их житницы, могут прокормить и всё остальное государство.

Так же довольно очевидным становится предмет конфликта Империи и некромантов. Если правильно понимаю, государство некромантов отбросили подальше от более-менее вменяемых сельхозугодий. Никаких им лесов и плодородных почв. Соответственно, их государство пытается отбить выгодные земли обратно. Получается у них, прямо скажем, не очень. Может быть, именно поэтому некроманты выбрали именно террористический способ ведения войны.

— Олеся, — обращаюсь к девчонке, — ты про некромантов что-нибудь знаешь?

— Примерно всё то же самое, что и остальные, — отрываясь от моего информера, отвечает она. — Нам ничего про них не преподают и не рассказывают. Знаю, что их много, и что они постоянно закидывают мертвецами наши пограничные форты, — равнодушно пожимает плечами девушка. — Они хотят, чтобы всё живое работало на них. В общем, если в двух словах, наши враги.

Да уж, тут трудно не согласиться. Возвращаюсь обратно к карте.

По большому счёту, карта не даёт ключа к нападениям. Снова раскладываю и расписываю все происшествия по времени. Как и собирался, пытаюсь подтянуть пострадавших. В том числе, всех, кто пострадал в финансовом плане или потерял свое влияние.

Приходится перелопатить, хотя бы мельком, довольно много статей. В общей сумме укладываемся в пару часов. И, прямо скажем, картина становится чуть яснее.

Почти в каждом наплыве, который мы с Олесей умудряемся вытащить на наше обозрение, пострадавшими являются туча народа. Люди между собой никак не связаны, прорывы тоже. Общее вижу всего одно — все ситуации бьют по императорской фамилии. Не напрямую, но в числе пострадавших всегда мелькает императорский род. При этом напрямую никто не пишет, что император является пострадавшим. Ни совладельцем, ни другом, ни партнёром. Ничего подобного. Все прорывы монстров ходят вокруг да около него.

Судя по всему, император находится над всей этой суетой. А вот императорский род периодически полощут, аккуратно, без каких-то прямых обвинений или каких-то прямых выпадов. Но всё время оказывается, что императорские слуги слабы. Люди императора, значит, промахиваются, не на того ставят и так далее.

Если бы не опыт прошлой жизни, я бы как читатель вообще не заметил подспудное влияние. Ну и что: подумаешь, князь Н-ский внезапно потерял влияние в Опорской области. На первый взгляд, ничего такого. С кем не бывает? Подумаешь, перевели из центральной области в более северную и менее населённую. А всё из-за несвоевременной отработки происшествия. Невовремя среагировал на нашествие монстров. Перевели вроде как с повышением, но суть остается прежней. Его мнение вряд ли спрашивали — сослали и дело с концом.

— Ищи все случаи, где менялся аппарат управления, — говорю Олесе. — Интересуют любые ближайшие к предполагаемым прорывам области и поместья.

— Смотри, тут нескольких чиновников сослали на северную границу. — Девчонка мигом находит несколько коротких статей. — Подойдет?

— Ещё как, — киваю и беру в руки информер, чтобы сделать пометки.

Разум с каждым прочитанным текстом и каждой просмотренной новостью буквально в онлайн-режиме выстраивает схему. Делаю записи, чтобы не упустить ни одной мысли. Когда прописываю все на бумаге, становится наглядно видно, как люди, с которыми связан императорский род, постепенно расходятся по менее значимым должностям и разъезжаются по отдаленным местам. Кого-то ссылают, некоторые уезжают добровольно. Значит, внутри системы есть понимание того, что происходит на самом деле.

— Все новости про прорывы очень позитивные. — Олеся подкидывает мне очередную партию статей. — Смотри, тут князю дали награду. Торжественное награждение и праздник в его честь.

Ага. Только через несколько дней выходит небольшая новость о том, что князя сняли с должности. Всей семьей уехали на границу, где им выделили новое жилье. Новые, и вроде бы не менее важные обязанности — этот государственник теперь курирует образование. Сразу после промышленности. Ага. Очевидно — прям повышение. А так, да, представлено всё так, будто еще одно позитивное событие. Люди просто так не меняют свои дома. Да и условия на новом месте вряд ли будут роскошные, но об этом писать не принято.

Каждая статья наполнена победными словами, но в итоге, в каждом из тридцати случаев умудряюсь выцепить минимум две потери. Например, потерю административного ресурса. Несколько снятий с должности. Снова с наградами, со всеми пряниками и пирогами, но с устранением от реальной власти.

Периодически отрываюсь от времени и посматриваю на время. Такими темпами нам не хватит целого дня, чтобы перелопатить всё, что меня сейчас интересует. Хоть с Олесей, хоть без неё — с девчонкой, конечно, работать повеселее. Минуты пролетают незаметно, да и общее направление наконец улавливаю.

Теперь уверен, что порталы и открытые крупные нашествия — грубое и видимое продолжение работы, но в другой плоскости. Здесь у меня нет ни опыта, ни допуска. Информации и исторических фактов очень не хватает. Очевидно, что на других уровнях социума и на других уровнях государства идёт такая же непримиримая война, просто совершенно незаметная.

Получение такого рода информации, скорее всего, является следствием наследия Кольцова. Либо после прививки закрепился другой уровень развития разума — и теперь замечаю и соотношу самые мелкие детали, которые раньше совершенно спокойно пропустил бы мимо глаз. Жаль, что пока бессознательно.