Кажется, теперь понимаю, зачем нужны эти камни другим тварям. Не удивлюсь, если они с их помощью получают взамен что-то важное и редкое. Пока это только предположение — но слишком уж трепетно обезьянка относится к передачке.

Бесенок вздрагивает, открывает глаза, и зелёный цвет ненадолго сменяется в них цветом камня. Ловлю на себе внимательный долгий взгляд. Существо срывается с места и, спустя секунду, исчезает в стене.

— Ну вот, ни спасибо, ни пожалуйста, — ворчу себе под нос.

В целом, ситуация больше забавляет. Ссыпаю оставшиеся камни обратно в мешочек и запихиваю в карман.

Ни здравствуй тебе, Ларион, ни до свидания. Забавное существо. И, похоже, конкретно для меня совершенно не опасное.

Быстро раскидываю на небольшой тумбочке ветошь и разбираю револьвер для чистки. Этим следовало заняться ещё вчера, но ситуация с отцом, ужин и восстанавливающие эликсиры абсолютно не дали мне ни сил, ни времени. Отрубился быстрее, чем понял. Успел только раздеться, а потом меня будто выключили.

Непорядок, конечно, ничего тут не скажешь. Мой дядька бы точно не оценил. Боевое оружие нужно уважать. Слова проносятся в голове его голосом. Но здесь и не поспоришь. Револьвер уже неоднократно очень выручал нас в передрягах. Вчера и вовсе иногда не оставалось времени, чтобы хорошенько прицелиться, а ведь все равно — результат налицо. Промахов за собой не замечал. Хотя в такой суматохе не мудрено.

Ещё раз кидаю взгляд в окно. Время до подъёма точно есть — чувствую. Неторопливо, с помощью набора для чистки и масла привожу револьвер в порядок. Хватает минут двадцати — на время не смотрю, но по ощущениям проходит примерно столько. Странное дело — а ведь я и правда чувствую, сколько проходит минут чуть ли не кожей. Возможно, побочка от эликсиров Пилюлькина. Либо я неосознанно сам всё это время тренирую новый навык. Занятие точно нужное — особенно в междумирье или на полигоне. Там не чувствуешь время, а потом приходится тяжело включаться в общий поток.

Под размышления незаметно собираю револьвер — всё удобно, всего несколько деталей. Щёлкаю спусковым механизмом. Вся машинерия работает хорошо, взаимодействует мягко, а поддаётся нажатию и вовсе как-то по-домашнему. Перезаряжаю револьвер обычными патронами.

Не думаю, что мне сегодня или в ближайшее время понадобятся кассеты. К завхозу заглянуть всё равно надо — боеприпасы у меня закончились практически под ноль.

Вкладываю револьвер в кобуру. Прислушиваюсь к ощущениям — с минуты на минуту должен прозвучать сигнал подъема. Можно потихоньку идти в столовую и приступать к завтраку. Уже стою возле двери, чтобы выйти в коридор.

— Иииии!!! — слышу недовольный визг сзади.

Разворачиваюсь и замечаю бесёнка. Он изо всех сил пытается тащить что-то из стены.

— Тебя подождать? — удивляюсь.

Бесёнок кивает, после чего трясёт головой из стороны в сторону, будто отряхиваясь. Снова ныряет в стену и выныривает обратно в комнату. В каждой лапе голова гадюки. Вот это номер! Прекрасно помню, что эти змеёныши ядовитые. Так же замечательно помню, что завхоз говорил — яд у них вполне себе дорогой.

Бесёнок ещё раз ныряет внутрь стены и достаёт разные запчасти других существ. Причём все они узнаваемо фонят хмарью — я это чувствую. И вроде бы не испорчены, но завернуты в прозрачную пелену.

Обезьянка ещё раза три ныряет в стену, а груда запчастей после каждого нырка быстро растёт. Бесёнок несколькими движениями лап пододвигает всё это ко мне.

— Ты принёс это мне? — задаю вопрос.

Бесёнок кивает в подтверждение.

— Получается, тебе нужны такие камни? — спрашиваю, вытаскивая мешочек из кармана.

— Ииии! — бесенок мотает головой из стороны в сторону, пытаясь объяснить.

— Ага, тебе нужен всего один камень, — говорю. — И я тебе его уже дал.

Существо снова активно кивает.

— А потом когда-нибудь понадобится другой? — предполагаю.

Опять кивает.

Что ж, какой-никакой диалог у меня с этой тварюшкой налаживается.

— Это точно всё мне? — показываю на гору запчастей.

Бесёнок двигает головы гадюк, хвосты и другие части еще ближе ко мне.

— Благодарю, — отвечаю существу.

Создаю небольшой щит и с его помощью перетаскиваю всё добро в сумку. Кажется, поход в столовую придется ненадолго отложить.

Звучит сигнал подъёма.

По коридору словно пробегает стадо слонов. Не понимаю такого подхода. В чем смысл ждать сигнал, если можно встать чуть раньше? Всего-то пять минут разницы — и можно попасть в душ, где никого не будет, а не бежать туда всем стадом, чтобы встать в очередь. Теперь меня это мало беспокоит — своя ванная решает сразу все проблемы с утренним моционом.

Собираю сумку.

— Ты здесь останешься или пойдёшь по своим делам? — спрашиваю бесёнка.

Думаю, что этот вопрос немного сложнее предыдущих. Существо ненадолго подвисает, пытаясь на него ответить. В результате просто пожимает плечами и ныряет в стену.

— Вот и поговорили, — усмехаюсь.

Выхожу в коридор. Вся толпа пронеслась минуту назад, так что ни на кого не натыкаюсь. По большому счету, мне сейчас абсолютно в другую сторону. Спускаюсь и прохожу мимо столовой.

Отодвигать завтрак не очень хочется, но сумка с запчастями монстров давит не только на плечо. Надо бы с ней побыстрее разобраться.

Стучусь в целительскую. Последнее время я сюда, конечно, зачастил. Можно сказать, чуть ли не прописался. Но что поделаешь?

— Орлов? — удивлённо спрашивает Пилюлькин, приподнимаясь с кресла. — А ты чего здесь? Что с твоим самочувствием, ухудшение? Потеря аппетита или переутомление? — тут же уточняет.

— Нет, всё нормально, Константин Иванович, — успокаиваю целителя, и он снова усаживается на свое место. — У меня другой вопрос. Немного неожиданный, но к кому еще обратиться — не знаю. Решил сначала забежать сюда.

— Ну, давай, рассказывай. — В глазах целителя мелькает заинтересованность.

— Странным образом я стал обладателем запчастей от монстров, — рассказываю без подробностей. — Их не так много, но всё-таки… Можете оценить их пригодность для использования? Хочется понять, что можно из них получить.

— Попробуем, — обескураженно говорит Пилюлькин. — Тащи.

Самый главный вопрос — откуда у меня эти запчасти — он мне не задаёт. Видимо, не принято. Ну и пусть — так даже лучше.

Раскладываю все полученные от бесенка части монстров на столе. Вытаскиваю из сумки одну за другой.

— В чём это они у тебя? — показывает на пелену Пилюлькин.

Та, похоже, постепенно исчезает. Когда бесенок только вытащил запчасти из стены, пелена была намного плотнее.

— Удивительно. — Целитель берёт в руки одну из запчастей и крутит в руках, чтобы получше рассмотреть. Похоже, пелена интересует его больше, чем сами ингредиенты. — Надо же, оболочка вроде органическая, но со временем растворяется.

— А ведь вполне себе приличные… — хмыкает Пилюлькин и запускает диагностикой в одну из змеиных голов. — А вот эта будто только что отрубленная. Только этого не может быть. Ты же не прямо сейчас встретил этих тварей?

— Точно не сейчас, — подтверждаю.

— Невероятно. — Целитель продолжает осматривать ингредиенты. — Очень похоже на стазис — все жизненные процессы замедлены и при этом не теряют магию. Но это точно не стазис — просто похоже на него. — Перекладывает части монстров, обследуя каждую на столе.

Оболочка постепенно становится всё тоньше и тоньше.

— Что я могу тебе сказать, Орлов. Хочешь порадую? — спрашивает с улыбкой Пилюлькин. — Все эти вещи ты сможешь продать по нормальной цене. Возьму либо я, либо завхоз. Смотри-ка, хорошо оторвано! — усмехается. — Почему не отрезано — не понимаю. Но вырвано с толком, с чувством, с расстановкой. Все важные критерии соблюдены, — пожимает плечами.

Кажется, обезьянка не просто смышленое существо — там интеллекта в разы больше, чем кажется.

— За эти две головы змеёнышей — дам минимум по пять империалов за каждую, — продолжает целитель. — Яд сохранён, а это самое главное. Печень и сердце. — Пилюлькин приподнимает над столом парочку ингредиентов. — Вполне себе насыщены силой, для эликсиров пойдёт на «ура». В общем, на круг вся эта кучка запчастей, — прикидывает, — примерно на шестьдесят-семьдесят империалов потянет. Плюс-минус.