Вот дерьмо! Я знал, как именно он заплатит за этот «приступ» храбрости (если выживет, конечно). Если выживем мы все.

Я крался вдоль деревьев, стараясь не наступать на сухие ветки. Седой сидел на моей спине, крепко уцепившись коготками, и, словно понимая серьёзность момента, ни разу не пискнул.

Виа была уже совсем близко, я чувствовал её нетерпение и жажду.

КО МНЕ.

Тем временем Морна сражалась с Измененным.

Она была невероятно быстрой: её тело мелькало вокруг твари размытым силуэтом, а когти рассекали воздух, оставляя на чёрной шерсти Измененного красные полосы.

Но тварь… тварь была слишком прочной. Её шерсть и кожа казались почти непробиваемыми. Удары Морны, которые разорвали бы обычное существо на части, лишь царапали поверхность, оставляя глубокие, но не смертельные раны — я бы даже серьезными их не назвал.

А потом я заметил кое-что ещё. По телу Измененного ползли насекомые: сколопендры, крупные жуки и другие ползающие и кусающие твари от мелких до крупных — они атаковали его со всех сторон, впиваясь в шерсть, пытаясь добраться до кожи. Крупные осы кружили вокруг морды твари, раз за разом пытаясь залететь ей в глаза или в пасть.

Это была Лира. Она управляла своими насекомыми, заставляя их атаковать Измененного снова и снова. Тот рычал, отвлекаясь на укусы, и сметая насекомых лапами. Это давало Морне драгоценные секунды. Каждый раз, когда тварь поворачивала голову, чтобы стряхнуть очередную многоножку, Морна наносила новый удар своими когтями и успевала проскользнуть мимо более медленных ударов противника.

Осторожно и незаметно, я добрался до края изгороди. Виа, тихим шорохом выдавшая себя, спрыгнула мне на руку, обвиваясь вокруг предплечья. Её радость от воссоединения была почти осязаемой. Она была большой — еще больше, чем я ее оставлял в прошлый раз. Виа стала толще и длиннее.

Я присел на корточки у изгороди и взглянул на Грэма. Тот стоял неподвижно, держа топор в правой руке и прищурив глаза. Он готовился, выжидал нужный момент, а тело его было натянуто, как струна.

Грэм готовился к стремительному рывку, и нужный момент случился через несколько секунд.

Измененный повернулся боком, отбиваясь от очередной атаки Морны, и Грэм тут же «взорвался» — другого слова не подобрать. Его словно выплюнуло с места, как снаряд из пушки, тело превратилось в размытую полосу, несущуюся прямо к твари. И я уже знал, что это — рывок.

Мое сердце замерло: до последнего я надеялся, что Грэм просто выберет позицию и метнет топор, и этим его помощь ограничится. Но нет, он полез в ближний бой.

Рывок был действительно стремительным и я понадеялся, что тварь не среагирует.

Среагировала.

Голова Измененного повернулась, реагируя на новую угрозу и тело чуть сместилось. Этого хватило, чтобы топор, который целился прямо в шею, ударил чуть ниже, в грудную клетку, и только краешком задел низ шеи. Этого было недостаточно.

Топор вошел глубоко, и похоже что Грэм использовал Усиление, но это был не его зачарованный топор, а обычный, поэтому и нанести достаточный урон он не смог.

Вдобавок лезвие топора просто застряло в плотной плоти существа, и не похоже, что сильно ему мешало.

Но Морна мгновенно воспользовалась этим моментом: она обрушилась на Измененного, полосуя его грудь когтями, раздирая шерсть и кожу. Её рычание смешивалось с ревом раненой твари.

Я впервые видел настоящую схватку в этом мире. Даже когда Грэм убивал волков, я сидел с закрытыми глазами и вбирал в себя живу, а сейчас мне нужно им помочь.

Измененный чуть отшатнулся и отшагнул вбок, обескураженный новым противником. Вот только Грэм не собирался сражаться голыми руками. Он попытался вырвать топор из тела Измененного и чуть не наткнулся на взмах лапы. Затем провел еще несколько попыток, и когда Измененный переключился на него, резко отскочил назад, понимая, что не может выхватить топор, свое единственное оружие. Кинжалы он в ход не пускал. Едва он отпрыгнул от твари, как тут же согнулся пополам, закашлявшись. Я видел, как из его рта брызнула кровь.

Я должен хоть что-то сделать! Но что? Только взять под контроль изгородь.

Морна продолжала атаковать. Её движения стали ещё быстрее, ещё яростнее. Она почти полностью отдалась звериной части себя, и это было… страшно. Лира посылала своих насекомых волна за волной, но я видел, что они двигаются всё медленнее: осы падали, не долетев до цели, многоножки еле ползли… Видимо бой шел не первую минуту, и все свои силы она потратила еще тогда.

Я думал, что Грэм отступил, но нет. Он просто откашлялся, сам себе что-то крикнул, подбаривая и поднялся собираясь вернутся в бой. Я видел как он стиснул зубы и сжал кинжалы в руках.

Вот идиот! Он себя так угробит окончательно!

Я тут же прикоснулся к изгороди и ощутил ее всю. Это мой шанс, единственный шанс помочь им. Вот только сейчас они стоят слишком далеко.

Сначала изгородь попыталась оттолкнуть меня, но я начал на нее давить. Мне нужно было полное подчинение. Я использовал Дар и начал продавливать ее волю кусочек за кусочком. Я ощутил ее боль — те части, где ее порвал Измененный. И эта боль теперь становилась и моей. Я ее разделял, и это сближало меня с этим хищным растением, которое должно было стать моим союзником.

Грэм, тем временем, снова кинулся в бой. Но без топора, с одними кинжалами, он мог только отвлекать, наносить мелкие порезы, уворачиваться от ударов… От одного из ударов он не успел уклониться и принял его на голую руку.

Морна метнулась к твари и… выдернула топор Грэма из её плеча. Одним движением она швырнула его старику.

Грэм поймал топор в воздухе и снова атаковал тварь.

Виа рвалась в бой и я едва ее удерживал — она не понимала, что эта тварь ей не по силам.

Я всё это время используя Дар нащупывал «ключики» к управлению изгородью. Мне нужно только, чтобы тварь подошла вплотную к изгороди, тогда я смогу стать полезным, смогу помочь.

Я видел, что удары старика становятся медленнее и в них уже явно нет живы. Да, он попадал топором, но пробить плотную шкуру Измененного не мог.

Но и этого хватило, чтобы Морна сумела перехватить инициативу и, воспользовавшись возможностью, дотянулась когтями до глаза твари.

Измененный взревел от боли и…обиды!

Грэм отступил, и я видел как на его лбу выступила испарина, и как тяжело он стал дышать. Топор он просто выронил.

В момент, когда Измененный начал «раздуваться» у меня отвисла челюсть. Мускулы под шерстью вздулись, тело будто стало еще массивнее. И в этот момент Морна чуть отскочила, понимая, что сейчас тварь одним точным ударом может разорвать ее, а сам Измененный шагнул за ней. Прямо к изгороди. Старика он уже игнорировал, поняв, что тот больше не в состоянии причинить ему серьезного вреда.

Этого я и ждал — я уже подчинил изгородь. Это было непривычно, но я ощущал всю ее огромность, это переплетение ветвей и длинных лиан, которые хотели дотянуться до врага своей хозяйки. Да, хозяйкой изгороди была по прежнему Морна, даже несмотря на то, что я перехватил контроль. Проблема была в том, что изгороди для самостоятельных действий банально не хватало силы и воли — она сама по себе не могла реализовать весь свой потенциал.

Зато я мог.

Едва Измененный очутился в зоне досягаемости изгороди, я выплеснул в нее огромную порцию живы. Я не экономил, не сдерживался и вложил всё, что мог. И изгородь в тот же миг зашуршала, зашевелилась как тысячи мелких змей.

ХВАТАЙ!

Ветви изгороди метнулись к Измененному. Даже не десятки, а сотни и сотни тонких, гибких, невероятно прочных лоз! Они обвили его ноги, поползли по туловищу. Тварь взревела и начала их рвать.

В тот же миг мое сознание захлестнули волны боли, от которых я чуть не потерял контроль над изгородью.

Не обращать внимание на боль.

Не обращать.

ХВАТАЙ!

Новая команда и новые ветви оплетались вокруг твари, обездвиживая ее. Пусть ненадолго, но это время, которое будет у Морны и Грэма.