– С-спасибо, – редактор откланивается, отирая лоб клетчатым платочком. – Ждем, Гордей Юрьевич.

– Я на обед! – выпаливаю, собираясь последовать примеру Виктора Валентиновича. То есть – ретироваться подобру-поздорову. – Дочка уже кушать хочет, – оглаживаю живот демонстративно. А то Леонов так смотрит, неплохо бы ему лишний раз напомнить о моем положении. – Да и тебе еще рецензию переделывать, не хочу мешать.

– Ну что ты, до твоего уровня мне все равно не дотянуться, – муж качает головой. – Значит, инновационный метод? Заклеивание рта канцелярским скотчем? Предлагаю прямо сейчас провести апробацию, – он надвигается на меня. – Идея мне понравилась, считаю, что нужно внедрять ее в жизнь. Очень полезный инструмент, как мне видится.

– Нет! – взвизгиваю. Не позволю я себе рот заклеивать! Я в него ем, между прочим! Инстинкты вопят бежать, и я им следую. – Если только на тебе опробуем! – кричу я на бегу.

Выскакиваю в коридор и только собираюсь рвануть в сторону людей, как меня сзади ловят и затаскивают обратно в приемную.

– Не так быстро, милая, – рокочут мне на ухо. Слышу хлопок закрывающейся двери и щелчок замка. Гордей запер нас! – Считаю, что я заслужил хотя бы объяснений.

– А медаль на грудь за измену ты не заслужил? – огрызаюсь.

Он еще смеет требовать что-то от меня. Пусть скажет спасибо, что я всего лишь рецензией и муравьями ограничилась. А то фантазия подсовывала куда как менее гуманные варианты. И объявление на сайте знакомств с предпочтением горячих раскованных дам за пятьдесят еще самое безобидное.

– Значит, все-таки месть, я правильно понял? – Леонов так и держит меня со спины, а выговаривать слова предпочитает мне на ухо. Издевательство! И мурашки еще эти предательские… И в животе что-то щекочет, но это точно от голода! Молчу. Не собираюсь я ничего Гордею отвечать. И тот, выдержав паузу, вздыхает: – Ой, Котикова, готовься каяться и просить прощения. Сегодня вечером я кое-куда тебя свожу.

– А если я не хочу никуда с тобой идти?

– Силой потащу. Не отвертишься. Надо приводить твою голову в порядок.

И как я ни сопротивляюсь, даже делаю вид, что чувствую себя донельзя плохо, идти с Гордеем все же приходится. Сперва мы заезжаем в специальный магазин для беременных, где муж заставляет купить красивое платье. Две диаметрально противоположные позиции раздирают меня буквально напополам. Мотаюсь от «не надо мне ничего от предателя» до «куплю самое дорогущее платье, что ему неповадно было».

В итоге выбираю то, которое сидит на мне лучше всего. Нежно-кремовое с завышенной талией и красиво обрамляющее выпирающий животик. Сама собой в зеркале любуюсь, там же ловлю восхищенный взгляд Леонова.

Смущаюсь. Каким-то образом муж снова смог сделать так, что я на него реагирую. Жесты, близость, запах – я все подмечаю и откликаюсь невольно.

Не знаю, что мной движет, но дома я делаю локоны, наношу макияж. Не хочу думать, будто это все, чтобы впечатлить Гордея. Поэтому останавливаюсь на мысли, что красивущее новое платье требует соответствующей огранки.

По виду мужа понимаю, что ему нравится, и это внезапно греет душу. Позволяю ему помочь мне с пальто, принимаю руку, когда он помогает сеть в машину. И даже поддерживаю ничего не значащий разговор, пока мы едем. Мы словно снова чужие и не знаем, как друг с другом себя вести. Каждое слово – осторожное, каждое движение – выверенное.

Мы приезжаем в загородный поселок, останавливаемся возле ворот из профлиста. За ними обычный дом. Новый, но без особых изысков. Просто добротный дом, каких тысячи.

– К кому мы? – интересуюсь, не представляя, что меня ждет.

– К моему другу. Бывшему.

Глава 22

Машину оставляем за воротами и проходим во двор. Там в открытой беседке несколько мужчин – на вид ровесников Гордея – готовят что-то на мангале. Негромко играет музыка. Я все еще ничего не понимаю, но позволяю мужу вести себя за руку. Гадаю, зачем он попросил меня надеть платье.

Один из мужчин наконец замечает нас. Будто спотыкается взглядом о Леонова. Его глаза на миг расширяются, как от удивления, но очень быстро возвращаются в обычное состояние.

– Гордей… – он выходит вперед, встречая нас с вытянутой рукой. – Рад видеть, друг.

– С днем рождения, Вадим, – Леонов, не отпуская меня, жмет руку хозяину. Мой муж предельно серьезен. Кажется, он не испытывает радушных чувств к Вадиму, да и тот скорее удивлен нашему появлению. Мы пришли без приглашения? – Знакомься, моя жена Юлия, – представляет меня.

По мне проходится цепкий изучающий взгляд. Словно рентген. Очень странные ощущения, не могу сказать, что приятные. Скорее холодок по спине проходит от столь пристального внимания. Интересно, кем этот Вадим работает?

– Рад знакомству, – кивает он серьезно. – Вас можно поздравить?

– Спасибо. Ты тоже прими от нас поздравления.

– Идемте в дом, там у Ангелины должно быть все готово.

«У Ангелины?» – хочется переспросить мне. – «Это же просто совпадение?»

Но я молча следую за мужчинами. Невольно цепляюсь за Гордея. Вся ситуация необъяснимо-напряженная, не совсем понимаю, что мы тут делаем. Понятие «бывший друг» такое же странное, как и наше тут присутствие. И если у человека в самом деле день рождения, на что намекают шашлыки и собравшийся народ, то разве не портим мы своим присутствием праздник?

Во всяком случае нас не прогоняют, а вроде даже ведут к столу. Внутри дома мне как будто все до боли знакомо. Словно я уже не раз здесь бывала! Простреливает смутным осознанием, но я пока не могу понять, почему. И где я уже видела и эти занавески с геометрическим рисунком, и этот велюровый диван? Сюрр какой-то! Я словно в неясный кошмар попала, когда точно знаешь: творится что-то непонятное, а вот определить, что именно, не можешь.

Предпоследней каплей становится детская коляска, стоящая в углу комнаты. Именно та, которую я видела на рабочем компьютере Леонова, а потом – в хвастливом посте его любовницы.

Ну а последней каплей – сама Ангелина. Она красуется в невероятном платье. Оно блестит, переливается на ее аккуратной фигурке. Вываливающееся декольте служит главным украшением стола. Яркий макияж, сложная прическа. Понятно, кто тут главная звезда праздника. Непонятно, для чего Гордей притащил меня сюда? Если хотел провести время с любовницей, так ему никто не препятствовал. И причем тут именинник, бывший друг?

Тихий злой вопрос уже готов сорваться, с моих губ, как Леонов кивает в сторону Вадима:

– Смотри.

А тот подходит к Ангелине, по-хозяйски притягивает женщину к себе. Целует в щеку и указывает на нас с Гордеем:

– Любимая, накрой еще на две персоны, пожалуйста. Смотри, кто пришел к нам в гости.

Я зависаю буквально. Как старый пентиум, не способный обработать современный запрос. Торможу и буксую, пялюсь во все глаза на Вадима и Ангелину. Отстраненно замечаю парные золотые полоски на безымянных пальцах. Получается, они женаты?

Красивое лицо Ангелины искажается гневом. Она старается удержать маску радушной хозяйки, но это не дается ей просто. Достается в равной степени и мне, и Гордею.

– Добрый вечер всем, – здоровается мой муж. Пододвигает мне стул, помогает сесть. – Просим прощения, что свалились, как снег на голову. Не смогли отказать Ангелине, она так искренне сегодня приглашала, когда приходила ко мне на работу. Да и учитывая положение наших жен, самое время забыть старые обиды, – Леонов звучит искренне.

И не заподозришь, что Ангелина совсем по другому поводу заезжала утром. Как все выкрутил, а! Достойно аплодисментов.

– Я и не знал, что жена к тебе ездила, – Вадим бросает внимательный взгляд на благоверную. Ой, чувствую, кому-то не избежать серьезного разговора.

– Хотела сюрприз тебе сделать, – Ангелина сладко улыбается. Потирается кошечкой о мужа. И не скажешь, что совсем недавно на другого мужчину нацелена была.

– Спасибо, он удался, – кивает Вадим. – Давайте рассаживаться, шашлык уже готов.