Ту-роу соглашно наклонил голову в длинном кивке.

— Ты прошёл испытание. Достиг золотого ранга. Очистил мой Осколок от накопившейся скверны, хотя я и не просил об этом. Это достойно награды.

Он протянул руку. На которой лежал предмет.

Кольцо.

Простое на вид, из тёмного металла с золотистыми прожилками. Но давление от него было ощутимым даже на расстоянии.

[Кольцо Древнего Стража +4] [Золотой]

Уникальный артефакт мастера Ту-роу

Увеличивает показатель Выносливости на 340

Увеличивает показатель Мудрости на 280

Зачарования:

Медленное Пламя — после использования навыка 20 % его стоимости возвращается в течение 5 секунд

Прочность: 198(1)/199

Я взял кольцо, надел через инвентарь на палец. Оно подстроилось под размер мгновенно, стало частью меня. Массивное и золотое, скорее даже перстень с печаткой Поселения на нём — купола на фоне пустыни. Энергия потекла в Аксиос, усиливая его, делая плотнее.

— Предметы золотого ранга… — начал было Ту-роу, но я прервал его, подняв руку.

— Я знаю. Спасибо, — сказал я искренне.

— Это ты заслужил, — ответил Ту-роу. — Теперь иди и на этот раз не возвращайся, прошу. Мы не придём тебе на помощь. Счастливого пути, Ной с Земли…

Я кивнул, развернулся и вышел.

На этот раз я задержался на площади, скупая максимальное количество еды и воды, тратя всю ту квинтэссенцию, что у меня осталась. Затем прошёл по прямой через шлюз без остановок. Дверь открылась, выпуская меня в жаркую пустыню Турама.

Песок хрустел под сапогами. Солнце палило так же безжалостно, как и всегда. Но теперь это не имело значения. Золотой ранг делал меня неуязвимым к таким мелочам.

Просто пошёл в случайном направлении. Да, я мог бы активировать Осколок, но меня сейчас это не интересовало. Мне нужно было… просто походить вот так вот, прогуляться что ли.

Забыл кое-что.

Йон всё же никуда не делся. Я даже малость удивился тому, что он заговорил. Почему-то у меня было стойкое ощущение, что он куда-то подевался. Всё же я отвык от него, да и стоит признаться самому себе — с радостью выдрал бы из души его суть. Слишком уж он опасным был типом, раз даже мифриловый ранг склоняется перед ним, называя «господином»…

— Что ещё?

Достань из кармана белья квинтэссенцию.

Недоумевая, скинул с себя броню на секунду и пошарил по боку. Оказывается, у моего исподнего есть карманы. И правый не был пустым.

Выкатив на ладонь пять одинаковых предметов и перекатывая их большим пальцем, думал, когда Йон успел их вытащить из инвентаря и запихнуть под броню. Хренов кудесник.

Вчитался в описание одного из них:

[Квинтэссенция: Титан]

Преображает суть пользователя, наделяя его новыми силами и навыками Системы

+1 к Выносливости за каждые 2 очка настоящей Выносливости

— Дальше что? Говори сразу, что ты задумал.

Призывай свою псину и корми ей всю эту квинту.

— Это не опасно?

Я всё же сомневался, боясь получить очередное достижение от Системы и застрять неизвестно где ещё на десяток лет.

Твой зверь стал слабее. Так и будешь носить в душе этот бесполезный груз? Корми или убей его. Шанс есть…

Конкретно шанс чего там есть, Йон уточнять не стал.

Призванный собако-кот тут же встал в стойку, ища угрозу. Не найдя, уставился на меня с, казалось бы, вопросом в глазах, мол: «Чего позвал»?

Забавно, что для него, наверное, не прошло и мгновения с прошлого призыва. Не помню, призывал ли его в Осколке. Я вообще до сих пор не понимал живое ли он существо, или предмет.

Надеясь, что не случится ничего плохого, признал, что Йон прав, и скормил ему все квинтэссенции. Несмотря на то что в описании было только две позиции для квинтэссенций.

Сначала ничего не происходило. Зверь спокойно слизнул с моей руки все квинтэссенции разом, так, как будто бы принимал угощение. Сел на задние лапы и смотрел на меня, слегка наклонив голову.

Я уже начал думать, что Йон ошибся — первый раз за всё время нашего знакомства.

Потом Мико вздрогнул. Всем телом. Как от электрического разряда.

Его глаза расширились, зрачки сузились до щелей, а потом снова расширились, становясь полностью чёрными. Он попытался встать, пошатнулся.

— Мико? — я шагнул вперёд, протягивая руку.

Он отпрянул. Точнее, попытался — ноги не слушались. Зверь рухнул на бок, и через нашу связь хлынула волна… не боли. Чего-то большего. Будто его душа раскалывалась и перестраивалась одновременно.

Затем его скривило. Боль. Она пронзила его, и я почувствовал это как разрыв в собственной душе. Острая, жгучая волна, исходящая от нашей связи. Мико взвыл. Это был вопль самой сущности, рвущейся на части.

Я инстинктивно наклонился над ним, с эликсиром лечения в руке, но сделать ничего уже не мог. Шерсть Мико задымилась, тело начало ломаться и расти одновременно. Хруст костей, рвущейся плоти, шипение чего-то древнего и тёмного, выходящего на поверхность.

Я стоял, парализованный, глядя, как мой зверь, моя тень, часть меня, умирает и рождается заново. Его лапы вытягивались, когти чернели, рёбра раздвигались, словно пасть чудовища. Он рос. Стремительно и неотвратимо. Выше меня. Выше барханов. Его холка поднялась на два, на три метра. Чёрные костяные пластины пробивались сквозь кожу, формируя броню. Его дыхание стало очень тяжёлым.

В голове тихо посмеивался Йон. Я почти не слышал его. Всё моё внимание было приковано к агонии на песке.

И вдруг всё стихло. Тишина оказалась оглушительнее любого рёва.

На песке лежало Оно. Существо. Гора мышц, костей и ярости, покрытая чёрной бронёй. Четыре метра в холке. Мико… но уже не тот Мико. Его глаза открылись. В них горел холодный золотой огонь. Огонь, в котором не осталось ни капли знакомой преданности. Только бесконечный, первобытный голод и сдерживаемая ярость.

Оно поднялось. Земля под моими ногами дрогнула. Песок просел под лапами размером с мой торс.

Я смотрел вверх. В глаза чудовищу. Я — золотой Демиург, обладатель Аксиоса, — чувствовал, как ледяные мурашки бегут по спине. Его аура давила на мою, тестировала, пробовала на прочность. В нём чувствовался новый Порядок. Даже без системных описаний было понятно, что он стал намного сильнее. Перешёл в золотой Порядок.

Он наклонил голову. Его пасть, способная перекусить меня пополам, оказалась в сантиметрах от моего лица. Дыхание пахло озоном и серой, раскалённым камнем.

Я не отступил. Связь — та самая нить — натянулась до предела, звеня от напряжения. Она не порвалась. Она стала толстым канатом, стальным тросом, соединяющим две бездны.

Я медленно поднял руку. Не для приказа. Просто… протянул её.

Чудовище замерло. Золотой огонь в его глазах колыхнулся. На мгновение в этой вселенской ярости мелькнуло что-то знакомое. Смутное. Глубинное.

Он толкнул свою массивную, покрытую бронёй голову в мою ладонь. Жёстко. С почти грубой силой. Пластина под моими пальцами была обжигающе горячей и живой.

Я облегчённо выдохнул. Провёл рукой по шершавой броне.

— Монстр…

Он выпрямился, и его тень снова накрыла меня с головой. Сделал шаг, встав рядом со мной.

Мы пошли по пустыне. Я и чёрная гора плоти и мощи.

Вот только Йон почему-то не успокаивался.

Ха! Псина с Аксиосом. Дуальная душа, кха-ха-ха!

Это… сильно. Другой мысли мне в голову не пришло.

Долго идти своим ходом мне не дали. Мико буквально поднырнул мне под ноги и закинул себе на спину, тут же помчавшись вперёд.

Скорость… как же он стал быстр.

Ну а я не испытывал такого ощущения даже когда впервые прокатился по М-6 мимо Борисоглебска на своём купленном в тот день Мустанге. Мы просто мчали вперёд, и я не мог не улыбаться от переполняющих меня чувств. Это было круче любого мотоцикла, круче чем полуночный дрифт на скоростной лодке с группой молодых и глупых людей, с полицией на хвосте…