Никто не провожал меня. Ни Элион, ни Даэра, ни Демир. Так было правильнее. Прощания — это лишнее. Я и так задолжал им больше, чем мог отдать.

Подошёл к шлюзу. Массивная каменная дверь без видимых датчиков движения.

Переступил порог. Арка за спиной опустилась с глухим стуком, отрезая прохладу Поселения от жара пустыни. Внешняя дверь начала подниматься медленно, скрипуче.

Я вышел наружу.

Турам встретил меня привычной волной удушающего зноя. Песок простирался во все стороны до горизонта, барханы громоздились друг на друга, образуя бесконечный лабиринт. Небо — сегодня ядовито-янтарное, без единого облака. Солнце едва поднялось над линией горизонта, но уже обжигало кожу. Только сейчас подумал о том, что почувствовал бы тут я без системы, или будучи железным рангом. Ну, тут долго думать не надо: зажарился бы да и всё.

Впрочем, новый шлем Странника Бездны изолировал меня от большей части дискомфорта. Дышалось свободно, легче, чем раньше. Температура внутри брони, несмотря на её чёрный окрас, держалась терпимой — материал явно обладал каким-то пассивным свойством термоизоляции, не указанным в описании. Как, например, тем, что он попросту был… твёрдым.

Систему не понять. Пробежался, разминаясь. Остановился на одном из барханов повыше.

Я огляделся. Купол Поселения за спиной мерцал на солнце, искажая воздух вокруг себя. Отсюда он казался крошечным — капля воды в океане песка. Но я знал, что внутри живут сотни существ. Каждый со своей историей. Каждый — осколок разбитого мира.

Развернулся и пошёл прочь, не оглядываясь.

План был прост до безобразия. Найти серебряный разлом. Войти. Зачистить. Уничтожить Источник Зла. Получить опыт, трофеи, может быть — толчок к пониманию того самого Аксиоса.

Проблема была в том, что разломы в Тураме появлялись под песком. Случайно. Непредсказуемо. Можно было бродить неделями и не наткнуться ни на один. Или провалиться в платиновый через пять минут после выхода из Поселения и сдохнуть, даже не успев понять, что произошло.

Но другого пути у меня не было. Блуждающие рассказывали, что существуют признаки. Аномалии в поведении песка — он слишком рыхлый или, наоборот, спёкшийся. Температурные перепады — холодные пятна в жаре пустыни. Скопления монстров в определённых местах — они чувствуют энергию разломов и собираются рядом, словно мотыльки у огня. Почувствовать само давление от них требовало золотого ранга и немалой филигранности, что в моём случае было невозможно. Надеюсь, пока что.

Я активировал Древнюю Форму, Глаз Предвидения на полную мощность. Мир обострился. Каждая песчинка стала видна. Потоки воздуха — различимы. Мико рядом принюхивался, будто мог помочь мне.

Мы шли на север. Почему именно туда? Без причины. Просто выбрал направление наугад и пошёл. Турам был одинаков во все стороны — бесконечная пустыня без ориентиров. Лишь ломанная линия на системной карте указывала на гигантизм этого чуждого всему живому мира.

Первые несколько часов прошли в тишине. Я убил двух змей и одного скорпиона, наткнувшихся на меня. Новая броня показала себя отлично — удары монстров скользили по пластинам, не оставляя даже царапин. Сам я справлялся быстрее, чем раньше. Характеристики творили чудеса. Каждый мой удар был тяжелее, каждое движение — быстрее.

Но опыта было мало. Монстры моего уровня давали крохи. Мне нужны были разломы.

К полудню я наткнулся на первую аномалию.

Температура упала. Резко. С привычных шестидесяти градусов до чего-то около сорока. Разница была ощутима даже через броню. Песок под ногами стал твёрже, будто его что-то спрессовало изнутри.

Я остановился, присел на корточки. Провёл рукой по поверхности. Песчинки были слеплены между собой тонкой плёнкой — кристаллизованная влага или энергия.

Мико заурчал. Он смотрел вперёд, на небольшую впадину между двумя барханами. Туда стекал песок, образуя воронку.

Разлом.

Сердце забилось чаще. Я медленно поднялся, не спуская глаз с воронки. Подошёл ближе. Края углубления были чёткими, будто вырезанными. В центре зияла дыра — круглая, метра два в диаметре, уходящая вниз в темноту.

Никакого разлома. Никакого свечения. Просто дыра в песке.

Я активировал Глаз Предвидения сильнее, вглядываясь в темноту. Ничего. Слишком глубоко. Но энергия исходила оттуда — слабая, едва различимая. Единственный способ узнать наверняка — войти.

Я посмотрел на Мико. Зверь сидел рядом, ожидая команды. Его глаза горели готовностью.

— Идём, — сказал я вслух.

Шагнул к краю воронки. Песок под ногами осыпался, и я начал скользить вниз, к самой дыре. Не сопротивлялся. Позволил гравитации затянуть меня.

Темнота поглотила.

Падение было коротким — секунды три, не больше. Я приземлился на что-то мягкое, пружинящее. Не песок. Мох. Влажный, густой мох, покрывавший каменный пол.

Я поднялся на ноги, посмотрел по сторонам. Пещера. Низкая, метра три в высоту. Стены — из серого камня, покрытого зелёными прожилками. Воздух — сырой, на удивление, прохладный.

Никто не говорил мне о том, что под пустыней Турама есть пещеры. Если разломы находятся здесь «под песком» или в нём, то, получается, где-то здесь они тоже могут быть?..

Мико приземлился рядом, беззвучно. Его шерсть встала дыбом. Он рычал, глядя вглубь пещеры.

Там что-то двигалось.

Я призвал Нож Зверолова. Духовное оружие материализовалось в руке, белое пламя осветило стены. Теперь я видел лучше.

Пещера уходила вперёд узким туннелем. По стенам ползли… слизни. Огромные, размером с собаку, с полупрозрачными телами, сквозь которые просвечивали внутренности. Они медленно двигались, оставляя за собой блестящие следы.

Над одним из них, ближайшим, всплыло имя:

[Пещерный Слизень (89)] [Серебряный]

Очки Здоровья: 820 000/820 000

Вообще не проблема. У меня у самого теперь очков здоровья больше.

Слизень не атаковал. Просто продолжал ползти по стене, игнорируя меня. Может, они не агрессивны? Скорее, слепы. Ни за что не поверю в пассивность монстров Системы.

Решил проверить. Метнул в него Метку Бездны. Чёрная метка расцвела на полупрозрачном теле. Слизень дёрнулся. Затем резко оттолкнулся от стены и полетел в мою сторону очень быстро.

Я увернулся. Слизень пролетел мимо, врезался в стену за моей спиной и прилип к ней. Его тело забурлило, начало выделять дым. Камень под ним шипел, чернел — кислота.

Значит, всё же агрессивны. И ядовиты.

Я активировал Разрушение Пустоты. Взрыв разорвал слизня на куски после первого же применения. Остатки его тела разбрызгались по стенам, зашипев и начав разъедать камень. Я получил немного опыта.

Остальные слизни отреагировали на смерть собрата все сразу. Десятка полтора существ отлепились от стен и потолка, устремившись ко мне.

Я отступил назад, к выходу. Мико рядом зарычал, готовясь к атаке. Подумав, отозвал его. Нечего псу-коту страдать тут лишний раз. Особо он не поможет, только обожжётся, если грызть начнёт. Слизни двигались быстро, но не настолько, чтобы я не мог среагировать.

Первого я разрезал Ножом Зверолова пополам. Второго — пнул, вложив характеристики. Он отлетел, врезался в стену и лопнул, как пузырь. Третьего перехватил перчаткой и отбил им четвёртого…

Остальные окружили меня. Я активировал Древнюю Форму и начал щедро вкладывать характеристики в каждое движение.

Резня заняла минуту. Я резал, пинал, взрывал. Слизни гибли один за другим, разбрызгивая кислоту, которая шипела на моей броне, но не пробивала её. Только сейчас я смог ощутить на себе, насколько это хорошо, когда кожи не касается яд.

Когда последний слизень был уничтожен, я остановился. Выносливость упала наполовину. Древняя Форма отключилась. Характеристики были потрачены процентов на семьдесят и сейчас восстанавливались.

Пещера была залита остатками слизней. Стены дымились от кислоты. Пахло настолько мерзко, что я решил, что мне лучше переждать снаружи. Всё равно надо восстановиться…