— Да ничего страшного! Всего лишь древние руины, — выпятил грудь Нейтан. — Кстати, Эридан, ты же сюда шёл специально? Откуда знаешь про них?

— Много вопросов. Если хотите, заходите внутрь, — я прислушался к своим ощущениям. — Нет, все заходите.

Я вздохнул и переступил порог, проникнув в почти точную копию храма Аргоса. Колонны, купол, стены с изображениями битв. Всё было почти так же, как у него. Только храм выглядел заброшенным. До того момента, пока я не вошёл в него. Постройка словно почувствовала меня. Почувствовала — и её сердце, которое не билось много веков, ударило в первый раз.

С потолка посыпалась пыль. Стены вздрогнули.

— Что это такое⁈ — заверещала Зария. Остальные схватились за оружие.

— Не орите и не паникуйте, — буркнул я недовольно. — Вам здесь ничего не угрожает. Да, и не мешайте мне.

— Кто ты такой⁈ — рявкнул Нейтан, вытащив меч.

— Что в просьбе «не мешать» тебе непонятно⁈ — рыкнул я, дав выход своей ярости. — Стой и смотри! Вы сейчас — молчаливые зрители! Калеб, иди сюда!

Мальчишка на негнущихся ногах подошёл ко мне и встал рядом. Как деревянная кукла, ей-богу.

— Слышишь его? — спросил я у него шёпотом. — Если да, то что слышишь?

— Удары. Глухие удары, будто огромное сердце бьётся. Медленно так, — бледный Калеб взглянул на меня, и я скинул свой плащ, прикрывающий доспех. Жаль, что он слышал это. Теперь он связан с храмом, и этого не изменить. Злой рок это или судьба, не знаю. Наверное, второе.

— Это его сердце, — я дотронулся до вибрирующей стены. — Дотронься, почувствуй.

Калеб дотронулся и выпучил в изумлении глаза: — Оно тёплое.

Тёплое. Да. Я вздохнул и снова достал топор. Раздражает резать руки, но по-другому никак. Капли крови упали на пол, а потом я приложил ладонь к стене. Я не ожидал встретить здесь святилище, да и Аргос, похоже, про них забыл.

Стены снова задрожали, посыпался песок и камни. Вся постройка заходила ходуном, вытаскивая себя из земли. По скрежету деревьев я понял, что их выворачивает с корнем.

— Теперь ты. Вот сюда, — я указал ему на фреску с первыми воинами Аргоса. — Знаешь, кто это? Это первые воины, которые получили силу от нашего бога.

— Не делай этого, пацан! — закричала Зария. — Не надо!

— Он уже сделал, ещё до нашей встречи, — спокойно ответил я ей. — У него больше нет выбора. Хотя нет, есть. Он может умереть. Будешь выбирать? — спросил я Калеба.

Тот закусил губу, мотнул головой и порезал ладонь о лезвие моего топора, а потом приложил руку к фреске. Храм тряхнуло. Внутри что-то загудело. Стук внезапно усилился, а потом пропал. Всё пространство внутри заволокло багровой пеленой. Фрески засветились багровыми всполохами.

— Имя! — голос повелителя раскатился под сводом.

— К-Калеб! — парнишка не на шутку перепугался и попытался спрятаться за меня.

— Не бойся, Калеб! Теперь ты — страж этого святилища! Моего святилища! — рокотал бог. — Как интересно всё сложилось, а я уж и забыл! Кто остальные, Эридан?

— Наблюдатели, — я окинул взглядом замерших в ужасе спутников. — Кто-то, может, станет воином.

— Я чую магов! — громыхнул голос. — Почему они ещё живы⁈

— Эти безобидные. Они ещё нужны, — я подмигнул дрожащему Мирину.

— Услышал. Добро пожаловать, Калеб! Увидимся! — бог усмехнулся и затих. Багровая дымка исчезла, зато по желобкам заструилась кровь.

Калеба тряхнуло. Он вдохнул и выдохнул, затем снова вдохнул, прикрывая глаза, и опустился на пол, прислонившись к стене. Похоже, Аргос вызвал его на разговор.

— Ты, чудовище! — заорал Нейтан, надвигаясь на меня с мечом. — Что ты сделал⁈ Кто ты такой⁈ Отвечай, иначе я тебя убью!

— Опусти меч. Мне не хотелось бы убивать тебя, как я убил твоего отца.

Дер Клаузевиц замер, пытаясь понять, ослышался он или нет. Так продлилось несколько мгновений, пока его лицо не исказилось в злобной, ненавидящей гримасе.

— Так это был ты⁈ Как ты его смог убить, скотина⁈ — он сжал меч и шагнул в мою сторону.

— Мы защищали Врандл, а твой отец его атаковал, — пожал я плечами. — Ночью мы напали на лагерь, и я убил его в бою.

— Наверняка, ты воспользовался хитрым трюком! — заорал Нейтан, брызгая слюной. — С отцом всегда были телохранители!

— В тот раз они тоже было, но все умерли, — пожал плечами Эридан. Его начала раздражать эта ситуация. Почему он вообще должен оправдываться. — Твой отец не сдержал слово.

— Какое слово⁈ — Нейтан замер.

— Он обещал уйти от замка, если я смогу победить его воина. Я победил, но он не ушел. Пришлось его убить, Нейтан. У тебя есть братья?

— Нет у меня братьев! Матушка умерла пять лет назад! — прошипел дер Клаузевиц, приготовившись драться.

— Опусти меч. Не хочу прерывать ваш род, — посоветовал ему я, даже не трогая рукояти топоров.

Нейтан завыл как безумный и бросился на меня, замахиваясь мечом. Я пропустил клинок рядом со своим плечом, сдвинувшись немного, и ударил его кулаком в лицо. Нейтана отбросило назад. Он про скользил по гладкому полу, но не упал. Сильный воин. Для человека.

— Доставай оружие! — крикнул он, вытирая рукавом кровь.

— Если я его достану, ты умрешь. Либо нападай, либо убери свой меч.

— Тварь! — он снова бросился на меня, попытался сделать хитрую связку ударов, состоящую из ложных выпадов и уколов. Я подсек его ногу и снова ударил в лицо.

Нейтана тряхнуло, и он упал на одно колено, опираясь на меч.

— Значит так, — фыркнул, начиная раздражаться. — Мне это надоело. Еще одна атака и я возьму тебя в плен. Будешь служить, пока не выкупишься, ты понял меня?

— Ты мерзкая тварь! Я никогда не стану тебе служить! Убийца! — прорычал он, поднимаясь на ноги.

Вот тут я уже не стал сдерживаться и сам пошел в атаку. Надоел он мне со своими заявлениями.

— Твой отец вешал женщин и детей! — я ударил снова его в лицо. — Сжигал их! — новый удар смял его красивую кирасу внутрь. — Он и в замок хотел попасть, чтобы там всех убить! — еще один удар и новая вмятина. — Ты, молодой дурак, ничего не знающий о жизни, еще один удар опрокинул его и впечатал в стену.

Нейтан сполз по ней, скребя железом о камни и уставился на меня со смесью боли и изумления.

— Посмотри на этих магов, — я указал на Мирина и Зарию. — Они из ордена и думают, что несут добро, а, между тем, их орден приносит кровавые жертвы! Они такие же бараны, как и ты, в упор не видящие очевидного.

— Вольные земли все равно соберут новую армию и растопчут Королевство, которое ты защищаешь! — процедил он. — Лицемерные, ушастые твари не должны жить!

— Пусть попробуют! — я усмехнулся ему в лицо. — Пусть придут и мы, воины Аргоса, убьем их всех. До единого. А потом мы придем сюда и вырежем корни заразы. Уничтожим вашу верхушку, которая принимает глупые решения, а обычные люди останутся жить. Ты понял меня⁈ То же будет и с их Орденом! — я указал пальцем на Мирина и Зарию. — Сами они наивные дети, но вот их старшие товарищи поплатятся за то, что сделали.

Я еще раз окинул взглядом их всех, глянул на замерших в уголке парней-горцев и повернулся к Калебу. Он вдруг резко вздохнул и открыл глаза. Где-то на задворках моего сознания послышался смех Аргоса: — Ты сделал очень многое. Храм поможет тебе сделать еще больше. Я слегка обучил мальчишку.

— Живой? — спросил я, протягивая ему руку.

Парнишка встал и принялся себя ощупывать, потом он осмотрел свои руки и уставился на меня: — Благодарю тебя, старший брат. Повелитель все мне рассказал, а Бран передавал тебе благодарность. Теперь я часть этого храма, а он часть меня, — Калеб вздохнул и повернулся к парням. — Со мной все нормально. Я теперь хранитель.

На этих словах Мирин задрал глаза к потолку и тяжело вздохнул. Нейтан так и сидел у стены, зыркая на нас с ненавистью.

— Примите и меня! — попросил Стэн, материализовавшийся рядом. — Я тоже хочу с вами!

— Я подумаю над этим, — вздохнул, так как ожидал чего-то подобного. — Идем, там уже, наверное, горцы собираются.