С другой стороны, низший слой всадников — «отличные» (egregii) — стал включаться в местные курии и тем самым тоже выводился из всаднического сословия и входил в сословие куриалов. В результате численность всадников резко уменьшилась. Сам термин eques Romanus и титул «превосходнейшие» (perfectissimi), какой имели средние и частично высшие всадники, сохранились, но число таких людей стало столь незначительным, что можно говорить об исчезновении всаднического сословия. Perfectissimi же стали называть верхушку куриалов в конце их карьеры.

Что касается куриалов, то Константин и их не обходил своим вниманием. На основании определенного ценза (у каждого города он был свой) верхушка горожан входила в это сословие. Из него избирались члены городского совета — курии и местные магистраты. Главной заботой императора являлся сбор прямых и косвенных налогов, и в городе за это должны были отвечать городские власти. Чтобы расширить число таких ответственных, Константин понизил возраст избрания в курии с 25 лет сначала до 18, а затем и до 16. От несения городских обязанностей имели освобождение христианские клирики, это распространялось и на куриалов, вступивших в духовное сословие Церкви. Но в 320 г. куриалам было запрещено становиться клириками. Тогда же прекратили включать куриалов в сенат. Их дети тоже должны были оставаться в этом сословии и в дальнейшем нести все тяготы, связанные с исполнением городских обязанностей. В сословие куриалов стали включаться сыновья солдат, негодные к военной службе. Меры Константина привели к увеличению численности этого сословия. Существовал и еще один мотив такого его внимания к городам и вообще к местным проблемам. Всячески вдохновляя провинциалов собираться на собрания и выражать на них свое отношение к наместникам, Константин, и в данном случае он использовал опыт принципата, пытался таким образом приобрести еще один инструмент контроля над этим уровнем управления. Правда, реальных результатов эта мера, как кажется, не имела.

Значительное внимание Константин уделял финансовым и имущественным проблемам. Руководство имперскими финансами он разделил между комитом священных щедрот (comes sacrarum largitionum), который возглавлял государственную казну и отвечал за ее пополнение преимущественно косвенными налогами и различными чрезвычайными сборами в основном в денежной форме, а также за траты из нее, и rationalis rei privatae, руководившим частными владениями императора, включая различное конфискованное имущество. В диоцезах этим частным имуществом руководили magistri rei privatae, а в провинциях — прокураторы и специальные чиновники — цезарианы (caesariani). Начало созданию этой системы положил Диоклециан, но Константин придал ей окончательную стройность, разделив, в частности, управление государственным и частным имуществом императора. Налоговую систему Диоклециана он почти не изменил, но увеличил промежуток между цензами: вместо пяти лет до пятнадцати. Этот 15-летний промежуток стал называться индиктом. Введение столь длительного индикта давало возможность собирать налоги в тех же размерах, что были определены раньше, независимо от неизбежного изменения в положении налогоплательщиков. (Официально размеры налогов можно было и уменьшать, но на деле они только увеличивались (за 40 лет после введения новой системы они увеличились вдвое). Кроме того, были введены новые налоги — на имения сенаторов, а также на торговцев и ремесленников. Если тяжесть налога, установленного Диоклецианом, падала в основном на сельское население, то теперь к уплате подушного налога привлекались и горожане. Реквизиция или принудительная скупка драгоценных металлов, проводимая ранее от случая к случаю, стала систематической и вошла в общую налоговую систему государства. Константин, вероятно, объединил различные налоги, собираемые для нужд армии, в единый, что, естественно, облегчило его сбор.

События показали, что денежная система, созданная Диоклецианом, неэффективна. Четко фиксированное соотношение между стоимостью золотой, серебряной и биллоновой (а фактически медной) монетами вело к исчезновению чрезмерно дорогого золота, которое прятали в кладах или изготавливали из него ювелирные украшения. Инфляция превращалась в галопирующую. В 324 г. в Египте фунт золота стоил в 6 раз больше, чем было установлено Диоклецианом. Особенно сильной инфляция была на Востоке, но и Запад не избежал этой участи. Вес и проба, а соответственно, и стоимость серебряной и биллоновой монет падали. К 313 г. вес нуммуса (как стали уже даже официально называть фоллис) уменьшился в 3 раза. Чтобы спасти монетную систему, необходима была денежная реформа.

Денежную реформу Константин начал проводить, еще будучи правителем только самой западной части Римской империи. Его соправители продолжали пользоваться старой монетной системой, но по мере расширения власти Константина на новые территории и там стали использоваться его новые монеты. Но и после этого проводились различные мероприятия в финансовой сфере. Денежную реформу Константина нельзя представлять единовременным актом. Она шла постепенно, пока в конце концов и не появилась новая монетная система.

Константин отказался от официальной фиксации соотношения между различными видами монет. Золотая и биллоновая монеты выпускались без учета их соотношения, и их взаимный курс определялся реальной стоимостью во время рыночных трансакций. Это привело к появлению в Римской империи фактически двух монетных систем: одна, основанная на золоте, другая — реально на меди. В золотой системе Константин стал еще в Галлии выпускать вместо традиционного аурея солид (solidus — прочный, надежный).[120] В отличие от аурея (1/60 фунта), он весил 1/₇₂ фунта. Это давало возможность выпускать большее количество монет, уменьшало их стоимость и делало более ходовыми на рынке. С другой стороны, появился новый нуммус весом 2,6 г. Официально это была биллоновая монета, г. е. изготавливаемая из сплава серебра и меди, но серебро в ней составляло не более 1,5 %. В качестве некоей посреднической монеты Константин стал чеканить два вида серебряного миллиария, заменившего аргентей Диоклециана: тяжелый весом в 1/₆₀ фунта серебра и легкий весом в 1/96 фунта. Последний обладал стоимостью в 1/1000 фунта золота, отчего и происходит его название (millarius — тысячный). Однако эта монета очень скоро исчезла из обращения.

Новая денежная система отошла от всех римских традиций. До сих пор основой всей системы являлся серебряный денарий. Даже после реформы Диоклециана, уничтожившего его как реально ходившую монету, он оставался счетной единицей. Характерно, что в эдикте о максимуме цены и жалованье определялись в денариях (в греческом мире часто в драхмах). Теперь денарий исчезает, хотя и не сразу, и как счетная единица. В Риме всегда существовала единая денежная система с определенным соотношением между золотой, серебряной и медной монетами, хотя на деле оно неоднократно менялось. Теперь же создавались фактически две почти самостоятельные системы — золотая и медная, соотношение между которыми определялось исключительно их рыночной стоимостью. Поскольку стоимость золота, естественно, была много выше стоимости меди, то эта реформа приобретала и социальное измерение. Золотой монетой платили чиновникам и солдатам, золото концентрировалось в руках наиболее богатых членов общества. Поскольку солид, несмотря на уменьшение своего веса по сравнению с ауреем, все же стоил относительно дорого, то он не мог ходить на рынке в качестве эквивалента более дешевых товаров, поэтому нужды широких масс населения, производивших, покупавших и продававших такие продукты и товары, обслуживал медный нуммус. Таким образом, одна денежная система была обращена к административной и более богатой среде, а другая предназначена для бедных и средних слоев населения.

Сам император и его финансовые администрации главное внимание уделяли солиду. Поскольку для его укрепления нужно было довольно много золота, то власти стремились найти его где только можно. Золотом требовалось платить некоторые налоги, особенно те, что можно было реально взыскать в золотой монете, в том числе налог на сенаторские владения. Широко распространенной становится практика, уже ранее спорадически применявшаяся, когда население одной или нескольких провинций обязано было продавать определенное количество золота по фиксированной властью цене ниже рыночной, причем в обесцененных нуммусах. На рубеже 20–30-х гг. Константин прибег к массовой конфискации драгоценностей и убранства языческих храмов. Значительная часть полученного шла на украшение Константинополя, а другая оседала в казне. В результате император сумел добиться прочной новой золотой монеты, не поддающейся инфляции. Солид стал основой всей монетной системы не только Римской империи и наследовавшей ей Византии, но и варварских королевств Западной Европы и Северной Африки.