И мы помчали, оставляя прострации местную семью.

Де Ревель не стал мелочиться и занял кабинет бургомистра, остальные командиры разместились в этом же крыле.

— Давай рассказывай про успехи, совсем чёрный стражник — я уселся в удобное кресло напротив Ферзя — опять пугали людей, шатаясь по крышам?

— Чего сразу шатаясь? — обиженно возмутился разведчик — просто сверху лучше видно. И вообще, должность шататься по магистратам в обнимку с эльфом у нас уже занята. Сам знаешь кем — Феликс сделал вид, что закашлялся. Смехом.

— Уел, Петросян. Вводи в курс дела. Чем вам могут помочь ещё две сотни совсем черных стражников?

— Ты не поверишь, командир — усмехнулся Крест — местные боссы от кланов совсем оборзели, ничего не боятся, в открытую лезут с оружием на нас.

Я уже было хотел возмутиться услышанным, как дверь в кабинет выбили с ноги. После этого действа к нам ввалились трое разодетых типчиков.

— Вот об этом я и говорил — пожаловался Крест — совсем берега попутали.

— Вы кто такие? — начал орать один из прибывших — почему нас в известность не поставили, что нанята новая стража?

— Херасе, вот это заявка — я знатно удивился — а какого лешего мы должны перед тобой отчитываться?

Дальше мы с интересом слушали длинный монолог, кто и как держит этот город. Что бургомистр здесь лицо чисто номинальное, а решают всё в этом городе вот эти трое прекрасных господ, которым даже дворянские титулы не нужны.

— Сколько с этими оленями прибыло охраны? — спросил я у стражника, что стоял за спинами троицы.

— Больше полусотни, капитан.

— Начинайте вешать на площади, только всех сразу — напутствую стражу на активные действия. Три пары глаз смотрят на меня с удивлением, козла, который сломал ворота, а за ними ещё одни.

— Вы отсюда живыми не выйдете — медленно произносит второй, я внимательно присмотрелся к его лицу.

— Слушай, большой босс, а у тебя есть брат, старший там или младший?

— Допустим, есть, дальше что?

— Он случаем не отправился покорять Стреклинд в качестве капитана наёмников, попутно выполняя заказ на одного борзого аристократа? — вот тут товарища перекосило знатно.

— Тебе то что, он всегда выполняет заказ.

— Его заказ сидит перед тобой, а вы, зайчики, как раз те, кто нам нужен — в этот момент заходят несколько стражников, ставя криминалитет в интересную позу — я даже вас допрашивать не буду. Вскоре сюда прибудет судья, он лично промоет вам мозги. А мы пока половим на живца тех, кто попробует вас освободить.

Следующая неделя надолго запомнится местным жителям. Та троица, что отдыхала за городом во время прихода закона в виде нас красивых, действительно была местным триумвиратом. Они смогли подавить, не без помощи эльфов, всех сопротивляющихся такому порядку вещей. Поделив город и область в целом, боссы стали той реальной силой, что правила из тени.

Те, кто поумнее, резко начали пытаться выкупить из дядей обратно на волю. Когда попытки провалились, начались угрозы. Примерно в это время делегация от криминала достигла Эринора. Где была почти в полном составе расстреляна прямо у ворот. После чего новый лорд эльфов самолично вышел к оставшимся в живых, чтобы передать послание. Эльфы сами по себе, точка.

Те самые умные заместители смекнули, что осталось два варианта. Штурм магистрата, где любители нарушать закон умоются кровью и кишками, либо надо по-быстрому растащить общак и свалить в закат.

Замы, проведя быстрые переговоры, ведь они умные, их можно честно назвать эффективными менеджерами высшего звена, решили воплотить в жизнь гибридный план. Пока рядовое мясо будет штурмовать магистрат, а заодно попытается сжечь казармы стражи, эффективные менеджеры и небольшие группы поддержки раздербанят казну и покинут город. Всё это Крест с интересом слушал, возлежая на чердаке неприметного дома, где проходила большая стрелка.

Кассу взяли без шума и пыли. А вот свалка с местными бандами была кровавой. Даже зная, кто и какими силами будет нас давить. Нас было меньше в четыре раза, а пользоваться силой магов мы не могли, иначе город сгорит или развалится в труху.

Зато сильно помогла привычка разведчиков ошиваться на крышах. Дома стояли плотно друг к другу, что позволяло быстро перемещаться от одной улицы к другой, и засыпать стрелами очередную толпу бандосов.

Потерь избежали чудом, хотя тяжело раненых было очень много. Чтобы избежать лишней волокиты и не дать отморозиться местной знати, судья, прибывший в Арквейст, лично распорядился прислать всех имеющихся в родах лекарей и целителей, вне зависимости от рангов. Дело сразу пошло на лад, мы избежали лишних похорон. Но на душе всё равно было неспокойно.

Пришлось пробыть в Арквейсте ещё десять дней, пока новая родная стража возьмёт бразды в свои руки. На должность командира полка поставили пенсионера от пограничников в звании, о чудо, полковника. Первые две роты так же были все сплошь ветераны, все они согласились сменить место жительство, чтобы вернуться на службу, пусть и немного в другом виде. По нашему образу и подобию наняли три сотни новобранцев, которых с наслаждением гоняли ветераны.

Дом, милый дом, что может быть приятнее. Мы все устали до одури, пролита кровь тоже не придавала стойкости духа. Мы будто с войны вернулись. Хотя почему будто, просто она другая.

Три дня я просидел дома, не вылезая дальше гостиной. Но становилось только хуже. Раздражительность и злость требовали выход наружу. Я ловил себя на мысли, что неплохо бы пойти погулять вечером и свернуть шею какому-нибудь залётному грабителю.

Больше часа лупил по тренажёрам на нашей тренировочной площадке. В итоге всё разнёс в бессильной злобе, сбитые кулаки горели, хотелось выть. Двери открылись, на площадку спустилась Мидори. Хмуро посмотрев на меня, лиса медленно обошла меня по кругу и снова встала напротив.

— Вижу, тебе нужен партнёр — сказала Мидори, вставая в стойку.

— Лучше не надо, милая — хрипло пытаюсь возразить — я плохо себя контролирую.

Кицуне молча наносит несколько ударов, я защищаюсь, не нанося удары в ответ. Мидори ускоряется, четвёртый хвост даёт о себе знать, в итоге пропускаю несколько ударов, кувыркнувшись назад.

— Ты можешь лучше — внимательно смотрит на меня лиса — и быстрее. Не надо себя сдерживать.

И снова идёт вперёд, выбивая из меня воздух. Спустя какое-то время я улетаю метра на три. С трудом встаю, внутри ярость бурлит и вырывается наружу. Мы снова сошлись, чтобы я снова улетел к стене.

— Как ты защитишь меня, Влад, если себя защитить не можешь — бесстрастно говорит Мидори. У меня падает планка, в голове пусто. Я встаю, зарычав как медведь.

Время останавливается в схватке, не знаю, как долго мы кружим по залу. Меня снова выкидывает в нормальный поток времени. Разумеется, ударом о стену.

— Где твоя сдержанность, Влад? — продолжает морально убивать меня лиса — где твой настоящий облик? — я снова встаю, с острым желанием убить Мидори — ведь я люблю тебя не за возможность лишить жизни любого. Ты ведь другой, вернись обратно.

Я тяжело дышу, не хватает воздуха, в глазах всё ещё мутнеет. Стараюсь расслабиться, но е могу. Мидори медленно подходит ко мне, встаёт возле стены и вопросительно смотрит на меня. Я размахиваюсь и бью кулаком.

Пробивая стену почти насквозь. Жутко болит рука, вся в крови. Зато становится чуть легче, я снова могу нормально дышать. Мидори улыбаясь, аккуратно берёт меня за руку, и усаживает на скамью. Взяв в руки кувшин с водой, садится мне на колени и начинает медленно промывать мне отбитую руку. Достав невесть откуда кусок ткани, делает перевязку. Я сижу не дёргаюсь, каждое действие приносит покой.

Мидори, обвив шею своими красивыми руками, долго целует меня. Встаёт и молча тянет меня за собой в гостиную. Там ставит на стол небольшую статуэтку, в которой я опознаю артефакт, создающий полог тишины.

— Сегодня ты охраняешь меня здесь — произнесла лиса, избавляясь от одежды.

Дальше только калейдоскоп желаний.