Но это было серьезно, Багси даже поднялся от стола, положил на него кий и спросил.

— Что ты задумал, Чарли? — спросил Багси.

— Встретился с одним парнем, в тюрьме поговорили, — принялся врать я. — Он из Гарлема. Сам знаешь, Квинни контролирует нелегальные лотереи. Ходят слухи, что Шульц хочет забрать ее бизнес и скоро между ними начнется война. Я хочу поддержать Квинни.

— Зачем?

— Если я скажу, что мне не нравится Шульц, этого будет достаточно? — спросил я.

Багси посмотрел на меня и расхохотался в голос. Так, что те парни, что играли, повернулись в нашу сторону. Но Сигела тут знали, так что они тут же отвели взгляды и продолжили играть.

— А он хоть кому-нибудь нравится? — спросил Багси и тут же ответил на свой же вопрос. — Его свои-то ненавидят, он ведь им толком никому и не платит. Экономит.

— Точно, — кивнул я. — У парня миллионы долларов, а одевается как свинья. Еще хвастается, что не тратит на костюм больше тридцати баксов. Зато покупает вчерашние газеты по два цента и читает в них про себя.

— Это точно, — Бенни улыбнулся. — И все-таки, а зачем тебе это?

— Скоро начнутся интересные дела. Надо отвлечь Шульца, пусть воюет с ней, отвлечется от наших дел. И если Квинни победит, то мы получим союзника в Гарлеме.

Багси задумался и кивнул:

— Мне нравится. Ненавижу этого ублюдка Шульца. Но почему я должен идти к шварце?

Я ожидал этого вопроса. В это время никто не любит негров. А больше всех их не любят евреи, потому что и их все угнетают. А как еще выместить злость, как не угнетением тех, кто еще более угнетен?

— Давай я просто убью его? — предложил он. И опять же ничего другого я не ожидал. — Нет, я бы давно так сделал, но…

— Если мы убьем его сами, — перебил я его. — Но его люди начнут мстить.

— Да не начнут, — отмахнулся Сигел. — Мы просто подойдем и предложим им больше, и все.

— Нельзя лезть на рожон, — я покачал головой. — За мной и так следят из-за событий последних недель. Сейчас я вообще уеду на Кубу недели на две, буду налаживать контакты. Если что, у Лански об этом спросишь. А если этим займутся черномазые — то почему бы и нет?

— А почему я? — спросил Багси.

— Потому что ты у нас очаровашка, — я улыбнулся. — Это женщина, для них внешность очень важна. Но она умная, сама понимает, что Шульц начнет войну первым. Поймет выгоду от того, чтобы работать с нами. Предложи ей поддержку: деньги, оружие, люди, если понадобится. Она согласится.

Багси почесал подбородок.

— А Мейер в курсе? — спросил он.

— Нет, — я покачал головой. — И не надо ему говорить.

— Почему?

— Мейер будет против. Во-первых, он не любит негров.

— А кто их любит-то? — хмыкнул Сигел.

Я оставил эту реплику без ответа, продолжил:

— Скажет, что это опасно, что Шульц сильный, что не стоит лезть. Но я знаю, что делаю. Шульц скоро ослабнет, а Квинни станет сильнее. Надо действовать сейчас.

Багси помолчал, подумал. Потом кивнул.

— Ладно. Я сделаю. Но только потому, что это Шульц. Хочу, чтобы у него были проблемы.

— Отлично. Найди Квинни, поговори с ней. Скажи, что я готов помочь. Деньги, оружие. Назначь ей встречу со мной недели через две. Мы переговорим.

И договоримся, скорее всего. Нам нужна сильная рука в Гарлеме, это точно. Да и опять же… Это контакты с клубами тамошними… А уж если получится перехватить долю в продюсировании негритянских талантов… Негры ведь действительно очень музыкальные парни.

— Хорошо, — кивнул он, снова ударил по шару и промахнулся. — Твой ход.

Партию мы доиграли, болтая уже просто ни о чем. Потом пожали руки и разошлись в разные стороны. Я опять поймал машину и поехал домой. Устал.

Ночь в камере, суд, встречи, разговоры. Хотелось добраться до квартиры, принять ванну и нормально выспаться в собственной постели.

Подумал, было по дороге, не позвонить ли и не позвать к себе Гэй, но потом решил, что не стоит. Хотя увидеться с ней до отъезда на Кубу определенно стоит. А может быть, возьму с собой. Пусть посмотрит на теплый океан, пальмы, мулаток. Загорит, может быть, немного.

Вроде как последствия от этой неудачи удалось нивелировать — лицензию подтвердили, в тюрьму не загремел, отделался штрафом. Завтра встречусь с Анастазией и Мангано, договорюсь о портах, потом решу мелкие дела. А потом куплю билет на корабль и поеду на Кубу.

Вроде все складывается. Но арест показал мне — надо быть осторожнее. Облажаться нельзя.

Такси наконец довезло меня до дома на Малберри-стрит. Я заплатил, вышел, поднялся в квартиру, сразу же скинул пальто и костюм прямо в прихожей — все равно в химчистку нести. И сразу двинулся в ванную.

Включил воду, набрал ванну, лег в горячую воду и закрыл глаза. Тело расслабилось, боль в ребрах и спине уже почти не беспокоила.

Лежал так я минут двадцать, потом вылез, вытерся, переоделся в домашнее. Пошел на кухню, сделал себе сэндвич — благо едой я запасся, заварил кофе. Уселся за стол и принялся поглощать еду.

Понял, что не наелся, сделал еще, а когда доел, меня потянуло в сон. Так что отправился в комнату, улегся на кровать и закрыл глаза.

Посплю пару часов, а потом все-таки заберу Гэй. А вообще, пусть она перебирается уже ко мне, будем вместе жить, не все же в отелях время проводить. Мне она в общем-то нравилась, в постели была неплоха, и капризами пока не доставала. А еще и русская, пусть и из другого времени и наверняка с другим менталитетом. Но все равно.

Скоро уснул.

Снилось мне море, голубое, спокойное. Я плыл на пассажирском лайнере, почему-то очень похожем на Титаник из фильма, только в уменьшенном виде, смотрел на горизонт.

Небо было безоблачное, а потом впереди появился берег. Желтый песок, зеленые пальмы, белые дома. Куба.

Проснувшись через два часа, я занялся телефонными звонками. Надо было раздать парням указания, чтобы знали, кто чем будет заниматься. Немного волновался, потому что мне впервые в этой новой жизни нужно будет собрать всех своих солдат. Поэтому же Мейера и Багси там не будет — эта встреча только для посвященных, только для членов Организации. Made men — как сейчас говорят. Или просто «amico nostro» — если на старый манер.

Созвал всех, в том числе и Вито Дженовезе — нельзя было сильно отодвигать его от дел, мало ли, что он может учудить. Встречу решил назначить в клубе «Наполи» — одном из заведений, в котором у меня была доля. В общем-то привычно, да и меньше риска, что начнется облава или еще что-то подобное. Здесь-то легавые свои, прикормленные.

На встречу мы должны были прийти со своими женщинами, для конспирации, да и надо же развлечь их. Так что вечером я поймал такси и поехал забирать Гэй, которая все так же отдыхала в отеле, который я снял. Сперва думал вызвонить Винни, но потом решил — пусть парень отдыхает. Хватит его дергать почем зря. Да и нечего ему было делать на той встрече, он же не член Организации.

Такси довезло меня до отеля на Парк-авеню, Гэй я позвонил заранее, так что она была готова. В общем-то она и обычно жила в отелях, потому что на ее зарплату танцовщицы позволить себе что-то получше было сложно. Они предпочитали жить у любовников, вот и я подумал о том, чтобы предложить ей переехать ко мне.

Выглядела она отлично — надела черное платье с бахромой, как я понял, модное в этом году. Оно было коротким, чуть выше колен, открывало ноги. Волосы ее оказались уложены волнами, губы выкрашены ярко-красной помадой. Выглядела девушка как кинозвезда, не иначе.

— Как я? — спросила она, покружившись на месте.

— Великолепно выглядишь, — я улыбнулся. — Поехали.

Такси дожидалось меня, водителя я не отпустил. И мы поехали в клуб, в Маленькую Италию. Выбрал я его не только потому что его хозяин — Тони Марино — был со мной в доле, но и потому что там играла хорошая музыка, подавали отличную кухню, а еще было место, где можно было поговорить.

Первую половину дороги Гэй молчала, смотрела в окно, а потом все-таки повернулась ко мне и спросила: