Сейчас, совершенно забыв, где мы, забыв обо всех вокруг, я просто сгорала от желания почувствовать губы Рена на своих губах, объятия его сильных рук и… и все остальное тоже.

Не выдержав, я слегка приподнялась и осторожно, сама не осознавая, что творю, прикоснулась губами к его губам.

Дыхание Рена участилось.

– Джози, не нужно, – еле слышно выдохнул он, впрочем, даже не пытаясь отстраниться. – Ты сама не понимаешь, что…

Его речь прервал мой поцелуй. Теперь я целовала настойчиво, показывая, что очень даже понимаю.

Мои руки скользнули по напряженным плечам, груди, животу, вызывая у мужчины какой-то полустон-полухрип.

А затем предел терпения Рена, видимо, кончился.

С тихим рыком он сгреб меня в охапку, жадно, жарко приникая к губам. И я поняла, что все поцелуи в моей жизни до этого момента невозможно и просто нелепо называть таковыми. Это был поцелуй желания и отчаяния, утоляющий жажду подобно несущейся волне, которая сметает на своем пути все сомнения, мысли и тревоги.

Холодная кожа перчаток обжигала спину сквозь тонкую ткань платья, посылая мурашки по всему телу.

Я со стоном прижалась еще сильнее, пытаясь стать еще ближе, отчаянно желая остаться с Реном наедине.

– Джози… Что ты со мной делаешь, девочка…

– Рен, – выдохнула я, переводя дыхание и завороженно глядя в черные светящиеся глаза, последствия проклятия, приговором висевшего над жизнью эльфа.

– Не надо, – едва слышно попросил он.

Один из сильнейших эльфов Конкордии, уважаемый глава государственной службы мицаев, выдающийся маг, прошедший обряд принятия магии мира, просил остановится, словно ему самому не хватало на это сил.

Я вглядывалась в абсолютно черные глаза Рена, пытаясь разгадать, о чем он сейчас думает.

Но в любом случае, сейчас действительно не время и не место для продолжения столь неожиданного и обжигающе приятного всплеска эмоций.

Хотя продолжения очень и очень хотелось.

– Прости, – наконец произнесла я, нехотя отпуская мужчину.

– Тебе не за что извиняться, – прикрыв глаза, ответил Тиериандеирен. – Это я не должен был.

– Не должен был что? – вспылила я, устав от неопределенности и непривычных, сводящих с ума эмоций. – Целовать меня? Поддаваться желанию? Я ведь чувствую, что нравлюсь тебе, Рен! Так в чем дело?

Вздрогнув, Рен обреченно и устало посмотрел на меня.

– Джози, ты же и сама прекрасно понимаешь, что между нами ничего не может быть.

– Нет, не понимаю!

– Не понимаешь того, что мое тело изуродовано, а отношения подразумевают нечто большее, чем поцелуи? Не понимаешь, что жить мне осталось если не месяцы, то не больше пары лет точно, а последние дни я явно буду ни на что не способным инвалидом? Или того, что ты молодая девушка, которой, очевидно, хочется посещать вот такие вот праздники, выходить в свет, а я этого тебе дать не смогу, потому что ненавижу все это? А может того, что ты маг-универсал, которого ищет почти вся королевская стража и частные сыщики, а ты хочешь быть вместе с тем, кто ежедневно с ними работает?

Рен вдруг судорожно втянул в себя воздух сквозь крепко сжатые зубы, а на его лбу я заметила выступившую испарину. Достав чуть трясущимися руками из кармана брюк непрозрачный бутылек, он одним махом осушил его.

Черт, я ведь и не подумала, что Рен все это время держал вокруг нас отводящий внимание полог, а ведь любая работа с энергетическими потоками причиняла ему боль и способствовала ускорению распространения проклятия по его телу.

Сочувствие, злость и обида смешались внутри.

– Я и не подозревала, что Вы такой трус, господин де Эксилир, – процедила я. – Но раз уж Вы уже все решили, не спросив меня о том, что думаю я по этому поводу, и не поинтересовавшись моими чувствами, то не смею больше досаждать Вам своим присутствием!

С трудом сдерживая подступающие слезы, я гордо подняла голову и, легко разорвав воздушное плетение эльфа, быстрым шагом направилась прочь.

А прозвучавшее вслед «Джозефина!» проигнорировала.

Как и попытки связаться со мной по артефакту связи.

Добравшись до комнаты, я хлопнула ни в чем неповинной дверью и позорно разревелась, упав на кровать.

И почему сердце сейчас болело гораздо сильнее, чем сломанная при неудачном падении с мотоцикла в юности в двух местах рука?

Более-менее успокоившись, я стянула платье и забралась под одеяло.

Никакого праздника больше не хотелось.

Только вот и забыться во сне мне не дали.

– Здравствуй, Джозефина! – из темноты проступил силуэт Ивара Авфула. – Как развлеклась на балу?

Я невольно фыркнула. Развлеклась, точно.

Правда, старый маг истолковал мою реакцию по-своему.

– Ладно, не рассказывай, – ласково улыбнулся он. – Что такой старик, как я, может понимать в юношеских забавах.

Я невольно улыбнулась в ответ.

– Не стоит так принижать себя, Вы еще многих молодых сможете за пояс заткнуть.

– Льстишь, Джозефина, – рассмеялся Авфул. – Но спасибо.

– Что-то случилось? – поинтересовалась я. – Или просто соскучились? К чему снова такой способ связи?

– Так вот то-то и оно, что через артефакт связи ты оказалась недоступна. Я, конечно, думал, что просто кто-то просто напился и отключился, но все же, учитывая те обстоятельства, что король ищет загадочного мага-универсала, коим ты и являешься, я решил убедиться, что ты в безопасности.

– Все в порядке, правда, – заверила я. – Просто устала и уснула, оставив артефакт в ванной.

Хотя этот артефакт я со злости закинула куда-то в угол, потому что Тиериандеирен не прекращал попыток связаться со мной, но посвящать старика в свои личные дела не хотела.

– Кстати, на счет Короля. Как у Вас успехи?

– Пока неопределенные, – невесело признал Ивар Авфул. – Сам король свято уверен, что все маги-универсалы просто мечтали завладеть миром и поработить его. Но зато среди высшей знати в этом уже не так уверены. Ведь пусть вы и были редки, но все же среди родни у некоторых были вполне известные люди, которых первыми же показательно и уничтожили. Только вот тех магов уж точно нельзя было упрекнуть в подобных мыслях и намерениях.

– Так ведь это уже неплохо, – порадовалась я. – Так, глядишь, общественная мысль и пересилит устоявшееся королевское мнение.

– Я тоже на это надеюсь. Но только время покажет.

– Кстати, я тут еще кое-что странное узнала. Не уверена, что это связано, но все же…

И я рассказала Ивару Авфулу о своем последнем посещении Долины демонов и о сегодняшнем разговоре с Эриком.

– Действительно, очень странно, – нахмурился маг. – Не могу представить, для чего нашему королю понадобилось так вредить демонам. Да и дураком он никогда не являлся, чтобы не понимать последствий, если демоны узнают правду.

– А они узнали, – кивнула я, тоже недоумевая. – Может просто целитель был некомпетентный?

– Нет, Джозефина. Личный целитель короля действительно один из лучших в своем деле, он бы не стал советовать такой чуши, как отказ от использования энергетических потоков. Да и без указа своего короля не стал бы намеренно подвергать опасности выживание целой расы.

Я нахмурилась.

А ведь и правда, выживание расы. Тех, кто сильнее, кто отличается от простого человека, пусть и наделенного властью. А не это ли король проделал с универсалами? Только вот мысль об устранении оных в голову короля вложил именно Ивар Авфул. А вот к проблеме демонов он точно не имел никакого отношения, поскольку и сам сейчас находился в недоумении.

Я озвучила свои мысли вслух, и старый маг задумчиво хмыкнул.

– А ведь знаешь, Джозефина, я ведь тоже не совсем сам до этого додумался.

– В смысле?

– А в прямом, – хмыкнул Авфул. – Я же перед тем, как запереть твою маму в своем доме, знатно напился в баре.

– И-и-и? – поторопила я, пока не улавливая никакой связи.

– Честно говоря, я тот вечер помню смутно, – смущенно почесал свою бороду старый маг. – Но ко мне тогда точно подсел какой-то мужчина. Мы разговорились о вас, жестоких женщинах. Помню, что это он посоветовал ограничить ее во всем, оградить от всего мира, изолировать, чтобы ничего не мешало ей осознать, что я лучшее из того, что может быть в ее жизни. А еще хорошо бы показать ей свои силу и власть, ведь женщина никогда не выберет слабака.