Солнце приветливо светило в раскрытом окне, птички громко щебетали, создавая совсем не осеннее настроение, свежий ветер проникал в комнату – все это наполняло меня приятным умиротворением. Знаете, бывает, выйдешь рано утром на улицу, еще темно, холодно, надо на работу идти – казалось бы, ничего приятного. Но… Ночью прошел дождь, напитав воздух свежестью, температура в районе пятнадцати градусов, не жарко, но и не холодно, редкая людская суета теряется в предрассветных сумерках. И вот сделаешь глубокий вдох таким утром, и все кажется не таким пресным и унылым, а даже наоборот. Вот и у меня сейчас было похожее ощущение, хотелось продлить это мгновение на бесконечность.

Я уселась на кровати, облокотившись спиной на гору подушек.

– Знаешь, а мне больше понравилось обращение «Джози», – с игривой улыбкой произнесла я, стараясь разрядить атмосферу холодности и официальности, которую старательно пытался создать эльф. – Или для этого мне снова нужно оказаться на грани смерти?

Глаза Рена опасно потемнели.

– Джозефина, – проигнорировав мой выпад, тихо произнес эльф. – Ты хоть понимаешь, как безрассуден был твой поступок?

Я было открыла рот, чтобы ответить, но Рен не дал мне такой возможности.

– Как ты могла додуматься отправиться одной в Пустынную Землю, не сообщив об этом никому? Это уже не самый умный поступок, но ты при этом еще и под влиянием алкоголя была!

Ну, вообще-то, это как раз было одной из причин, почему у меня вообще такая идея возникла. Разумеется, в слух я об этом не сказала. Да и не нужны были сейчас эльфу мои ответы, он, казалось, просто выплескивал свои эмоции, накопившиеся за последнее время.

– Тебе что, жить надоело? Или решила переквалифицироваться из перспективного мага в простую неодаренную? А о своих друзьях ты подумала? Кто все эти месяцы себе места от волнения не находил и каждый день, заходя в палату, получал одно и то же «улучшений нет». А твой дядя? Бедный Авфул и так не блистал здоровьем, а получив известие о твоем состоянии, постарел еще сильнее.

Мда, действительно. С этой точки зрения я как-то проблему не рассматривала.

– Рен, – перебила я мужчину.

– Что?

Резкий тон не смутил меня, так что я задала очень волнующий меня сейчас вопрос:

– А та Пустынная Земля, она уничтожена?

Откинувшись на спинку стула, де Эксилир тяжело вздохнул.

– Знаешь, Джозефина, я вот думаю, то ли похвалить тебя за самоотверженность, толи выпороть за глупость.

Я скромно улыбнулась. Все, кажется буря миновала. Во всяком случае, кричать на меня уже перестали.

– Да, та Пустынная Земля уничтожена. К вечеру, думаю, подойдет Ивар Авфул, и тогда, чтобы дважды не повторяться, ты должна будешь рассказать, как это у тебя получилось.

– А сейчас он где?

– А это, Джозефина, обратная сторона твоего подвига, – невесело хмыкнул Рен. – Господин Авфул сейчас находится при короле. Все же такое событие, как уничтожение одной из Пустынных Земель, не осталось незамеченным. А поскольку много лет лучшие умы и сильнейшие маги Конкордии бились над этой проблемой, не достигнув никаких результатов, то король быстро пришел к вполне очевидной мысли.

Рен замолчал, давая мне время на раздумья. Уже понимая к чему клонит эльф, я все же спросила:

– К какой мысли?

– Что это дело рук мага-универсала. При чем мага сильного, и не подвластного короне. Представляешь, в каком бешенстве и одновременно в какой панике сейчас король?

– И меня…

Де Эксилир снова вздохнул и покачал головой.

– Помнишь, когда мистер Авфул приглашал тебя на королевский бал?

Я кивнула, подтверждая. Хотя я бы не назвала это приглашением. Только к чему это?

– Если бы ты тогда все же пошла с ним, а не со мной, то уже тогда была бы представлена, как потерянная родственница, в ком запоздало проснулся слабый дар мага-универсала. И сейчас было бы относительно легко объяснить, что постоянные тренировки смогли развить твои способности до уровня, позволившего тебе уничтожить Пустынную Землю. При этом в случае такого развития событий можно было бы утверждать, что советник короля самоотверженно рискнул вырастить сильного мага, дабы решить проблему с Пустынными Землями и показать народу, что их любимый король может справиться с чем угодно.

– Да-да, – поморщилась я. – Только бонусом к этому шла бы рабская клятва, постоянный надзор и возможное заточение. Как-то уж совсем не радостные перспективы.

– А я и не говорил, что это идеальный план, – невозмутимо ответил Рен. – Только вот сейчас выдавать твое существование равносильно подписанию смертного приговора. Причем не только тебе, как универсалу, но и нам с Авфулом, как магам, тебя скрывавшим.

– А может быть вы просто не опознали во мне мага-универсала? Ведь ты действительно не смог сразу догадаться о моем маленьком секрете.

– Да, ты очень хорошо скрываешь свои способности, не спорю. Однако признать такое, все-равно что признать себя некомпетентными. А для тех, кто занимает посты главы службы мицаев и главного советника короля, это равносильно не просто смещению с должности, но и лишению дара с пожизненной ссылкой куда-нибудь подальше.

– Жестоко.

Рен пожал плечами, как бы говоря, мол, что есть, то есть.

– А как ты уговорил молчать тех стражей, которые меня видели?

– Джозефина, – на меня посмотрели, как на дурочку. – Неужели ты думаешь, что для сильнейшего менталиста Конкордии подправить воспоминания нескольких не особо одаренных магов составит большую сложность?

Так-то да, верно.

– Как ты себя чувствуешь? – немного помолчав, поинтересовался Рен.

– Спасибо, на удивление прекрасно, – честно ответила я. – Только вот пока не знаю, как реагировать на изменения во внешности.

Проследив за моей рукой, поправляющей волосы, Рен, наконец расслабившись, тепло улыбнулся:

– Тебе идет.

– Спасибо. Знаешь, я заметила еще кое-какое изменение.

– Какое?

Я задумалась, как бы точнее объяснить свои ощущения.

– Я не совсем уверена, может это просто последствия долгого отдыха, но мне словно бы легче стало даваться управление энергетическими потоками. Если раньше для того, чтобы что-то сделать, даже просто зажечь огонек на руке, мне нужно было сосредоточиться, а сейчас стоит только подумать, что я хочу, как я это уже сделала. На автомате, как руку почесать или сделать очередной шаг. Понимаю, что с опытом такое вполне могло прийти, но…

Рен чуть нахмурился и внимательно меня осмотрел. Ярко синие глаза медленно затянулись чернотой, говоря, что эльф разглядывает меня не просто так, а смотрит мою энергетическую структуру. Хоть и пораженный проклятьем, Рен все же не потерял слабые навыки целителя.

– Используй энергию, – не прерывая осмотра, попросил де Эксилир.

Я послушно зажгла на руке несколько огоньков.

– Не вижу никаких изменений, Джозефина, – вынес, наконец, вердикт Рен. – Может, тебе просто кажется, с твоей-то деятельной натурой такое не удивительно. А может произошедшее действительно в тебе что-то изменило. Думаю, после твоего рассказа станет больше понятно.

Эльф то может ничего и не заметил, а вот я увидела кое-что, сильно меня напрягшее.

Резко схватив Рена за руку, я отдернула рукав его свитера и в шоке уставилась на мужчину. Сам де Эксилир, видимо, не ожидал от меня такой прыти, а потому не сразу отреагировал, выдернув руку и быстро вернув рукав на места. Но мне хватило и нескольких секунд.

– Что это, Рен?

По всему предплечью мужчины змеились шрамы, кое-где даже выходя на запястье. Подозреваю, что и на второй руке дела обстоят не лучше. А ведь в последний раз на предплечьях практически не было шрамов.

– Видимо, придется начать носить перчатки, – криво усмехнулся де Эксилир. – Проклятье слишком быстро прогрессирует и отвары с мазью уже практически не помогают.

Я замолчала, не зная, что тут еще можно сказать. Вопросы о том, что можно сделать, были бессмысленными. Знаю, что де Эксилир и так перепробовал все, что можно было. Хотя, у меня была одна идея, но обнадеживать мужчину раньше времени я посчитала жестоким. Просто пообещала себе, что первое, что сделаю, это перерою все свои конспекты про магов-универсалов. Недавнее закрытие дыры в энергетической структуре мира меня натолкнуло на одну мысль, но сначала надо проверить свои догадки.