— Именем Святой Инквизиции! — прогремело над головой, и в переулок ворвались трое мужчин в чёрных мантиях, с выгравированными на груди эмблемами ордена.

Помнится, в моём Мире один знакомый очень сильно удивлялся. Вот вроде бы, светлый орден, а одеяния тёмные. Как так?

Ну, я ему популярно объяснил.

Попробуй выслеживать тварей по нескольку дней подряд, просидев в засаде, ползая по катакомбам, подвалам, лесам, оврагам, а потом ещё и вступая в смертельный бой.

Посмотрел бы я на бравых инквизиторов, облачённых в белые одежды. Да они через пару часов уже стали бы серо-красными от грязи, крови, слизи, кишок и прочей гадости.

Инквизиторы, обозначив своё присутствие, мгновенно рассредоточились, беря нас с седовласым в круг.

Первый из них, высокий и мускулистый, держал в руках массивный крест, который, казалось, светился в темноте. Он шагнул вперед, уверенно направляя его в нашу сторону.

Второй, более худощавый, но не менее грозный, вытащил из-за пояса острое серебряное лезвие, которое сверкало, как звезда на ночном небе.

Третий просто шёл вперёд, сжимая в ладони осиновый кол.

Кровосос, реагируя на угрозу, ощерился и зашипел.

Видя, что я не выказываю никаких признаков вампиризма, один из инквизиторов, видимо старший в этой тройке, мотнул головой, указывая мне отойти в сторону.

Да пожалуйста. Целее буду. Пускай сами разбираются с этим уродом.

Вампир замер, его глаза вспыхнули красным светом.

— Не подходите, святоши, а то будет хуже, — седовласый отступил на пару шагов назад.

Именно сейчас весь его невозмутимый фасад дал трещину. На лице отчётливо проступили эмоции страха и неуверенности.

Конечно, драться с новоиспечённым птенцом, пусть и владеющим магией, и выступить против трёх подготовленных бойцов инквизиции, большая разница.

Вампир, осознав, что его планы разрушены, издал пронзительный крик, который эхом разнесся по переулку.

Он бросился в сторону, но инквизиторы были быстрее. Первый, с крестом, произнес заклинание, и воздух наполнился ослепительным светом, заставив вассала тьмы замереть на месте

Второй, воспользовавшись моментом, метнул серебряный нож, который точно попал в плечо вампира, но до победы было ещё далеко.

Я молча наблюдал за битвой, оценивая работу инквизиторов, которые действовали с невероятной слаженностью.

Вампир, ослабев от удара, попытался увернуться, но его движения были уже не так быстры, как прежде. Первый инквизитор, воспользовавшись замешательством, быстро сократил расстояние, и подняв крест, припечатал им седовласого по лбу. Кровосос взмахнул руками, пытаясь распороть грудную клетку противника или хоть как-то навредить представителю ордена, но его когти прошили лишь воздух, не задев инквизитора.

— Не плохая защита, — пробормотал себе под нос, удивившись.

Наверняка артефакт, видимо что-то из «святого» арсенала.

Вампир закричал от ярости и боли. В это же время подоспел третий инквизитор, и недолго думая, всадил осиновый кол в сердце седовласого.

— Оправляйся во тьму, демоново отродье.

В туже секунду, кровосос вспыхнул как зажженный факел и пеплом осел на землю.

Эх, наивные, видели бы они демонов в живую, не сравнивали бы вампиров с этими отрыжками бездны. Повезло, что в этом Мире подобных тварей не существует. Хотя, если Александр о них не знал, это не значит…

Додумать мысль мне не дал громкий окрик инквизитора.

— Эй, парень, не двигайся и меч брось на землю!

— А как я это сделаю, если вы сами сказали не двигаться? — усмехнулся в ответ.

— Тоже мне, умник, нашёлся.

Взгляд инквизитора стал ещё более суровым. Я заметил, как его рука медленно потянулась к клинку, висящему на поясе, — Не заставляй меня делать это, парень, иначе лишишься головы.

Иметь у себя во врагах Инквизицию не было абсолютно никакого желания, наоборот, в отношении этого ордена у меня имелись определённые планы, я даже усмехнулся, понимая какую наглость планирую сотворить.

Не сейчас, конечно, но чуть позже.

Пока же, сделал так, как велел инквизитор.

— Пойдешь с нами, — выдал он, а его братья по ордену встали по обе стороны от меня.

— Это что, конвой? Что я вам сделал? По какому праву?

— Ты был замечен в компании кровососа. Какие ещё объяснения тебе нужны, — снизошёл до ответа инквизитор.

— А ничего, что я с ним дрался?

— Это не имеет значение.

— А что имеет?

— Много чего… — туманно бросил инквизитор и зашагал вперёд, больше не обращая на меня внимания, а я же пытался понять: повезло мне, или наоборот, встреча с местными представителями ордена несла в себе крупные неприятности.

С другой стороны, чего сейчас рассуждать?

Из любой ситуации можно получить выгоду, а уж я очень сильно постараюсь, чтобы поездка в «гости» к инквизиторам сложилась для меня как можно удачнее.

Я даже не думал, что мне так быстро подвернётся удобный случай для того, чтобы начать исполнение своего плана.

Главное, не спалиться и не выдать себя, бросив тень на Великого канцлера. Теперь я всего лишь провинциальный барон Саянов из далёкой глубинки, а не сын графа Бестужева.

Когда торопился добраться до таверны, особо не разглядывал местный колорит, а сейчас решил восполнить это упущение. Вид, конечно, оставлял желать лучшего.

Узкие улочки, вымощенные неровными камнями, обшарпанные и покосившиеся дома, грязные, а кое-где заколоченные окна, казались закрытыми от мира, словно жители прятались от ночных кошмаров, что, в принципе неудивительно. Этот район имел дурную славу. Селиться здесь было небезопасно, местные каждый день рисковали своей жизнью, боясь быть заколотыми бандитами, которые считали эти улицы города собственностью.

Служители законопорядка старались сюда не соваться, отдав этот район местным головорезам. До простолюдинов, которые тут жили, никому не было дела. Конечно, если погибал забредший сюда «по случайности» аристократ, окольничий надзиратель посылал отряд городовых, которые в большинстве случаев просто толкались на месте происшествия, создавая впечатление бурной деятельности, а вот родовые дружины погибших аристократов знали своё дело. Граф Воронцов десять лет назад, по воспоминаниям Александра, делал полную зачистку этого района, вырезав практически всё население под корень.

Жестоко и необоснованно, ведь он так и не нашёл конкретного убийцу, зато погубил кучу невинных людей.

Встряхнул головой, выныривая из мыслей, и поморщился, увидев на тротуаре, покрытом слоем грязи и мусора, две завернутые в лохмотья фигуры. Бродяги сидели на корточках, шепча что-то друг другу, и следили за нами настороженными взглядами, готовые в любой момент дать стрекача.

Запах сырости и гнили смешивался с ароматом недалеко горящего мусора, создавая удушливую атмосферу. Ночная тишина нарушалась только громким звуком наших шагов, редкими скрипом дверей, доносящимся из-за угла, или шорохом крысы, перебегающей дорогу в поисках пищи.

Когда перешли на другую улицу, сразу ощутил резкий контраст, даже дышать стало легче. Это тоже был небогатый район, но здесь всё было по-другому. Более чистые окна, ухоженные дома, исчез удушливый запах нечистот, позволив мне сделать глубокий, удовлетворённый вздох, который для моего улучшенного вампирского нюха стал сущей благодатью.

— Чего встал, шевелись, — недружелюбно бросил один из сопровождающих и подтолкнул в спину, указывая на карету на двери которой был вырезан герб Святой Инквизиции.

На козлах сидел кучер: молодой, веснушчатый мальчишка лет шестнадцати, наверняка послушник.

На лице парня блуждала радостная, открытая улыбка, а глаза сияли лукавством и подростковой наивностью, но я не обманывался на его счёт.

Этот мальчик уже сейчас был способен на многое, если, конечно, братья ордена гоняли своих учеников так же, как это было в моём Мире.

Как только меня затолкали в карету, послушник взмахнул кнутом, и лошади бодро порысили вперёд.