— Внимание! — разнесся по платформе механический голос. — Производится посадка на специальный поезд до Академии Войнов и Аристократов. Просьба пассажирам приготовить документы и пригласительные письма. Посадка осуществляется через турникеты номер три и четыре.

— Началось, — выдохнул Игорь.

— Погнали, — сказал я.

Мы двинулись к турникетам.

Мы стояли в длинной веренице абитуриентов, медленно втягивающейся в поезд. Странно, но всех пускали через один-единственный вагон — видимо, какая-то система контроля и безопасности, чтобы никто лишний не проскочил. Для меня это было очень кстати.

Наконец-то очередь дошла и до нас. Просканировав каким-то прибором и проверив документы, нас запустили. Мы проталкивались через толпу, ища свободные места.

Поезд оказался гибридом того, что я помнил из прошлой жизни, и чего-то совершенно нового. Вагоны были стилизованы под старинные купейные, но с явным налётом аристократического шика. Пятиместные купе, почти в полтора раза больше тех, что были в моем мире.

Дизайн… Это слово даже не передавало атмосферы. Тёмное дерево, какая-то специально обработанная берёза, как потом объяснил Игорь, покрытое лаком с таким глубоким блеском, что в нём можно было разглядеть собственное отражение, как в зеркале. Вот до такой степени оно было идеальным. Медные ручки, защелки, крючки для одежды — всё из настоящей меди, наверное не самый надежный вариант, но точно один из самых утонченных.

Плюшевая обивка посадочных мест, тёмно-бордовая, с вензелями Академии Войнов и Аристократов. На столике — лампа под зелёным абажуром, включенная, хоть за окном и был день. В углу была маленькая раковина с краном, из которого, как заверила табличка, текла и холодная, и горячая вода. Пол застелен ковровой дорожкой с узором, имитирующим паркет. И пахло здесь не поездом, а деревом, и чуть-чуть духами богатеньких пассажиров.

— Красота… — выдохнул я.

— Ага, — кивнул Игорь. — Имперские железные дороги не экономят на будущем нашей любимой родины.

Алиса описало весь интерьер поезда более лаконично:

«ДороХо- Бохато!»

Мы впятером — я, Игорь, Елизавета, Виктор и Анжелика — добрались до свободного купе в самом конце тринадцатого вагона. Закинули вещи на верхние полки. Виктор, не договариваясь с остальными, запрыгнул на место, которое было отдельно от остальных прямо у входа — видимо, любит уединение. Мы с Игорем, следуя джентельменскому кодексу, уступили нижние полки девочкам, а себе застолбили верхние над ними. Но пока поезд стоял, все пятеро сидели внизу, тесной компанией, за маленьким столиком и общались.

— А сколько вообще до академии по времени ехать? Неужели таки прямо нужен был целый поезд? Или это просто традиция такая? Типа официальная часть?- спросил я, оглядывая наше временное жилище.

— Где-то три часа… — ответил Игорь.

— Три часа⁈ — я даже подскочил. — А чего так долго? Мы же вроде на поезде едем, а не пешком идем!

Елизавета улыбнулась моей наивности.

— Академия не в самом городе, а в области находится. НовоПетербургская область, если ты не знаешь, огромная. Включает в себя Финское княжество, прибалтийские губернии и ещё кучу различных населенных пунктов до самой границы империи. Так что три часа — это еще достаточно быстро, могло быть и все пять. Да и к тому же это не только для скорости сделано! Самостоятельно на территорию Академии ты просто не приедешь, а на чем еще можно отвезти несколько сотен учеников? Поезд самый оптимальный вариант из всех возможных.

— А, ну тогда ладно, просто удивило… — я откинулся на спинку сиденья. — Три так три, я все равно никуда не тороплюсь! Уверен, в приятной компании время пролетит незаметно. Согласны со мной?

— Будет время поближе познакомиться! — подмигнул Игорь.

Тут дверь купе скользнула в сторону, и на пороге появилась Она.

Куратор. Та самая женщина, что встречала нас на при подачи документов на поступление в академию воинов и аристократов. Строгий серый костюм, собранные в пучок волосы, внимательный взгляд. Взгляд которого хотелось немедленно признаться во всех грехах, даже если ты их не совершал, как по секрету поделился Игорь с отцом.

— День добрый, господа! — её голос был ровным, спокойным, но в нём чувствовалась вся сталь её характера. — О, и вы тут, Ярослав Шереметев, любитель задавать лишние вопросы.

Я удивленно поднял бровь. Либо у неё была феноменальная память, либо мой отец и правда был с ней хорошо знаком. Иначе как бы она запомнила меня и мою фамилию с первого раза?

— У вас всё хорошо? — спросила она, окидывая нашу компанию взглядом.

— Да, — ответил я за всех. — Все отлично, как ваши дела?

— Хорошо! Поезд скоро отправляется. В поезде есть вагон-ресторан, если вы не позавтракали, можете после начал движения пройти туда, — она чуть задержала взгляд на мне. — Хорошей вам поездки. Пойду проверю, как устроились остальные. Увидимся позже.

Она вышла, и дверь за ней закрылась с мягким шипением пневматики.

Через минуту поезд тронулся. За окном поплыли перроны, провожающие, здания вокзала. Мы набирали ход, и город оставался где-то позади.

— Анжелика, — начала новый разговор Лиза. — Расскажи, а как ты вообще попала в Империю, да ещё из самой Франции? И почему решила поступать именно в АВА? Мне очень интересно, да и ребятам, думаю, тоже!

Анжелика улыбнулась, поправила прядь волос. Её русский звучал уже гораздо увереннее, чем в день нашего первого знакомства.

— Да, конечно! Это может быть вполне даже интересный история. Моя мать достаточно известная французская певица, — начала свою историю Анжелика. — Она с гастролями восемнадцать лет назад была в Российская империя и вот… вернулась уже с я.

Мы переглянулись и ждали продолжения.

— Так получилось, что мой отец — граф, — продолжила она. — Он не так часто быть в моей жизни физически, но каждый год мы видеться. У него тут своя семья, жена, свои дети иметь, но при этом он всегда помогал финансово, поэтому я никогда сильно не обижаться на него. И вот недавно предложил мне поступить в лучшую академию Российской Империи.

Она сделала небольшую паузу, как бы оценивая нашу реакцию на её рассказ, а потом продолжила:

— Я подумала: во Франции меня ничего не держит. С мамой остаются отчим и мой младший братья. А вернуться я всегда смогу назад, нет такой проблема. И вот я тут, еду на этот прекрасный поезд вместе с вами! Если честно, то пока я очень всем довольна! Думаю я принять точно правильное решение!

— Слушай, хочу похвалить тебя, — я выдвинулся слегка вперёд. — Мы с тобой ехали в поезде несколько дней назад, и тогда ты гораздо хуже разговаривала по-русски!

Анжелика рассмеялась.

— Ох, тут я должна тебя поправить, Ярослав и рассказать подробнее. С самого детства я могу понимать, что говорят на русском. Мать часто брала меня с собой, когда ездила в Империю с концертами и отправляла на встречи с отцом. Я слышала язык, впитывала знания, как губка. Но сама всегда говорить очень плохо. Даже часто стесняться это делать. — Она чуть покраснела. — А тут, по практиковавшиеся с вами, с другими людьми, поняла, что у меня в целом не такой уж и плохой язык. Поняла, что вполне могла закатать сама салат, да и всё остальное.

— А мы-то думали, ты чистая француженка, ни бельмеса по-нашему которая не знает. — засмеялся Игорь.

— Я и есть чистая француженка, — гордо подняла подбородок Анжелика. — Просто немного… адаптированная под Российский Империя.

Мы все рассмеялись. Общение лилось легко и непринуждённо. Только Виктор молчал, сидел у окна, глядя на проносящиеся мимо поля и перелески. На это обратили внимания все ребята.

— Виктор, — обратилась к нему Лиза. — Графов Ивановых в Империи не так уж и мало. А ты откуда родом будешь?

Виктор дёрнулся. На секунду его лицо стало напряжённым, глаза забегали. Мне сразу же стало понятно, что в дальнейшем он будет стараться избегать всех разговоров за свою личную жизнь. Но почему?