– Лысова его уже смотрела, – кивнула Татьяна Тимофеевна. – Вы молодец.

Она закрыла историю болезни.

– Кстати… – вдруг вспомнила Агишева. – А что за конфликт со скорой у вас? Мне медсестра приёмного отделения сказала, что пациента как‑то слишком уж недовольно привезли.

Я кратко рассказал суть конфликта.

– Не вы первый на них жалуетесь, – покачала головой Агишева. – Но тут никто ничего сделать не может. Заведующий скорой, Орлов, за своих горой стоит. Ему даже Власов мало что сказать может. Так что не лезьте и вы туда.

– Ну уж нет, – покачал я головой. – Так этого я не оставлю. Возомнили о себе невесть что, я обязательно разберусь.

Она посмотрела на меня с удивлением.

– Смело, – покачала она головой. – Ладно, это ваше дело. Но я вас предупредила. Можете идти.

Я глянул на часы. Хотел прямо сейчас идти в скорую, но уже был почти час дня. Сейчас начнётся мой приём.

Так что это дело отложил, вышел из стационара и вернулся в поликлинику. Забрал карты с регистратуры, зашёл к себе в кабинет, расположился.

И в дверь тут же постучали.

– Войдите! – крикнул я.

В кабинет вбежал Гриша с гигантским фингалом под правым глазом.

– Мне конец, – падая на кушетку, простонал он.

Гришу увидеть у себя на приёме я точно не ожидал. Судя по всему, мой друг попал в очередную передрягу.

Сначала я решил осмотреть его фингал, вопросы оставил на потом.

– Сядь ровно, – скомандовал я. – Головой не дёргай.

Гриша послушно замер. Я подошёл ближе, приступил к осмотру.

Итак, периорбитальная гематома справа. Обширная, захватывает область верхнего и нижнего века и ещё скуловую область. Цвет тёмно‑фиолетовый с багровым оттенком, удар был нанесён недавно, часа полтора назад максимум. Выраженный отёк, веко практически сомкнуто. Ну вот угораздило же его!

– Открой глаз, – распорядился я.

Гриша послушно попытался. Веко приподнялось с трудом, открывая узкую глазную щель. Я пропальпировал область вокруг глаза. Гриша поморщился, но острой боли не было. Крепитации нет, значит, и перелома костей орбиты нет. Точнее сказал бы рентген, но, думаю, и так обойдёмся.

Вряд ли удар был такой силы, чтобы сломать кости черепа.

– Смотри на мой палец, – я поднёс указательный палец к его лицу и начал водить в разные стороны.

Глаз двигался, движения ограничены не были.

– В глазах двоится? – спросил я.

– Нет, – ответил друг.

– Головная боль есть?

– Немного, – признался он. – Но не сильная, честно.

– Тошнота? Головокружение? Звон в ушах? – продолжил я расспрашивать.

– Нет, ничего такого, – ответил он.

Я достал из кармана телефон и включил фонарик. Так, зрачок нормального цвета, фотореакция живая. Склера без кровоизлияний. Роговица целая, прозрачная. Отлично, глазное яблоко не повреждено.

Теперь неврологический статус. Заставил Гришу пройтись по кабинету, посмотрел на его походку. Провёл пальценосовую пробу – без промахивания.

Сотрясения головного мозга либо нет, либо оно лёгкой степени. Без тяжёлых последствий, отлично.

– Итак, глаз цел, сотрясения, думаю, нет, – вслух подытожил я. – Повезло тебе. Обширная гематома мягких тканей периорбитальной области. Проще говоря – здоровенный фингал.

– Об этом я и сам в курсе, – усмехнулся друг. – Без твоих осмотров.

Я принялся расписывать рекомендации.

– Так, охладить место ушиба через ткань, прикладывать на пятнадцать минут каждые два часа, – начал я. – В аптеку зайдёшь, нужна гепариновая мазь или троксевазин гель. Три раза в день тонким слоем наносить на гематому. Аккуратно, не втирать сильно, а то дополнительно травмируешь. Из таблеток ещё Детралекс можно для ускорения рассасывания. Но это необязательно. Ну, и обезболивающее при болях – ибупрофен.

Протянул листок с рекомендациями другу.

– Через несколько дней отёк начнёт спадать, гематома поменяет цвет с фиолетового на зеленовато‑жёлтый. Это нормально, – добавил я.

Гриша кивнул.

– Спасибо, Саш, – проговорил он.

Я откинулся на спинку стула и вздохнул.

– А теперь рассказывай, – велел я.

– Ну… – он замялся, потёр здоровый глаз. – Помнишь Настю?

Девушка из цветочного, в которую мой друг влюбился. Конечно помню, мы ходили к ней в магазин в десять вечера.

– Да, – ответил я.

– Ну вот, – друг пару секунд помолчал. – Заходил сегодня к ней снова. Ну, поболтать просто. Пригласить куда‑нибудь. Ничего такого. И ведь всё норм шло, я такой: а может, в кино? А она такая: а на что? А я такой…

– Ближе к делу, – поторопил его я.

А то сейчас пока до сути дойдёт, у меня уже и приём весь пройдёт.

– Я вышел из магазина, иду такой, и тут мужик, – продолжил Гриша. – Здоровый такой. «Ты чё возле Насти крутишься?», – спрашивает. А я такой типа: «Какое тебе дело вообще?» А он такой: «А вот какое!» И как в глаз мне врежет! Я даже среагировать не успел. Упал тут же, больно – жуть. А он мне ещё и говорит: «Не отстанешь от неё – будет хуже».

Гриша замолчал, но я чуял, что это ещё не конец истории. Пока что недостаточно хорошо изучил его, но он точно не из тех людей, кто промолчал бы в такой ситуации.

– Продолжай, – велел я.

– Ну… – Гриша вздохнул. – А я сижу на земле такой и говорю: «А чё ты сам бьёшь как баба, подружка Настина, что ли?» А он почему‑то разозлился…

– Ну надо же, – с сарказмом протянул я. – Почему же?

– И назначил стрелку, – добавил друг. – Сегодня в девять вечера. Возле гаражей в овраге, на Революционной улице. Сказал: если не приду – пенять на себя. Вот так.

Я устало потёр виски. Гриша на ровном месте смог устроить сам себе проблемы.

– Сдалась тебе эта Настя! – вздохнул я.

– Нравится она мне, – упрямо ответил он. – Ничего не могу поделать с собой. Так что это… Сходишь со мной на стрелку?

– А я тут при чём? – уточнил я.

– Ну мы друзья или где! – возмущённо воскликнул Гриша. – Я тебя прошу как друга. Мне ссыкотно одному идти. Он явно не один будет.

– Конфликты с местными жителями – вообще не самая лучшая идея, – вздохнул я. – Определённо он будет не один. Я схожу с тобой, но постараюсь решить всё мирно.

Я постепенно, медленно восстанавливаю себе форму. Но ещё точно не готов к дракам. Тело Сани за неделю не станет таким, какое было у меня в прошлом мире.

– Спасибо! – обрадовался Гриша. – Ты там им всем покажешь, да!

Я тяжело вздохнул. Как и думал, Гриша совершенно не похож характером на моего друга из той жизни. Тот был всегда серьёзным и никогда не попадал в передряги.

Хотя… Почему‑то есть чувство, что однажды это резко переменилось. Странно.

– Ты мне честно скажи: Настя тебе ничего не говорила про парня, жениха, ухажёра? – я посмотрел Грише в глаза. В глаз, точнее.

– Клянусь! – заверил он. – Вообще ничего такого. Ну, мы с ней даже обнимались на прощание, всё такое. Да и погулять вот договаривались. Правда, с таким фингалом мне ещё долго на улицу не выйти.

– Понял, – задумчиво кивнул я. – В общем, после работы у меня планы, а потом зайду за тобой – и пойдём на твою стрелку.

Не могу я друга в беде оставить, не такой я человек. Придётся выпутывать его из этой ситуации. Тем более он мне помог компьютер продать, а я привык отвечать на добро тем же.

– Саш, ты лучший! – обрадовался Гриша. – Ладно, я пошёл пока глаз лечить. Спасибо!

Он выбежал из кабинета, поспешно закрыв за собой дверь. Итак, сегодня встреча с коллектором, а затем стрелка Гриши. Тот ещё вечерок планируется, однако!

В дверь постучали, и вошла моя первая пациентка.

– Здравствуйте, – поздоровалась она. – Меня зовут Богданова Марина Викторовна. Я по комиссии.

– Добрый день, присаживайтесь, – я открыл МИС. – Где работаете?

– На птицефабрике, – ответила она. – Анализы я все сдавала, должны быть у вас.

Отлично, Жидков выполняет своё обещание и направляет теперь пациентов на анализы.