Прижав к себе упитанного дракошу, я медленно побрела сквозь дворцовые переходы. Встреченная по пути Раника попыталась было со мной заговорить, но я лишь покачала головой.

К тому моменту, как я дошла до дома, Гели уже спал. И не проснулся, пока я перекладывала его в подушки.

Заварив себе чай, я поднялась в мансарду. Документы приняли свой первозданный вид, но все слова и символы сливались воедино. Увы, в таком состоянии я совершенно не способна работать.

«Что Лькарина могла пообещать Драконьим Пикам? Или это были угрозы воевать до последнего дракона?», я сделала небольшой глоток, поморщилась и добавила пару ложек сахара.

— Почему мы вам так важны? — с тоской спросила я пустоту. — Зачем вам детская магия?

Было проведено столько исследований, ну нет ей никакого применения! Мне ведь предлагали вытянуть ритуалом мою спящую драконицу, но это не имело ни малейшего смысла. Она бы не проснулась, а просто растворилась в Нигде! И моя магия от этого не стала бы сильней. Все, что я могу получить, это дыру в магическом кружеве. Дыру, которую не зарастит ничто и никто.

Рядом со мной появилось облачко, точь-в-точь, как те посланники, которых присылали Магнусу:

— Мы выехали, Луми за рулем и это пугает.

Если мой дракон может шутить, значит ли это, что все в порядке? Что корабль прибыл по каким-то своим лькаринским надобностям и к нам с Гели это не имеет ни малейшего отношения?

Подхватившись на ноги, я засуетилась на кухне. Мыслить рационально не получалось, и я предпочла просто накрыть стол к чаю. Магнус натаскал в кладовые столько сладостей, что мы могли бы открыть собственную лавку!

За полчаса я успела заварить свежий чай, вскипятить огромный медный чайник и выставить на стол наши запасы.

Пусть только новости будут утешительными, пожалуйста. Пусть наша черная чешуя закончится и начнется белая, счастливая!

Оставив кухню, я прошла в гостиную и проверила Гели. Он так и не проснулся.

— Надеюсь, целитель тоже едет с вами, Магнус,— прошептала я.

Через пару минут мне стало стыдно — как я могла усомниться в моем драконе?! Первым из автокатона выполз бледно-зеленый мужчина в обычном дорожном костюме. Я слышала, как он на все лады костерил того, кто доверил женщине управление самодвижной повозкой.

Луми же, выскочившая наружу, лишь отмахнулась его недовольства:

— Ай, мы всего лишь чуть-чуть съехали с дороги! Катти!

Она тут же крепко меня обняла и, отстранившись, настороженно огляделась:

— А где малыш?

— Он не проснулся,— я с трудом сдержала истеричный всхлип.

Целитель тут же перестал разглаживать несуществующие заломы на своем костюме:

— Ведите!

Обеспокоенный Магнус проследовал в дом вместе со всеми. Правда, из гостиной нас тут же выставили:

— Не стойте над душой. Ребенок жив и он в надежных руках.

Магнус приобнял меня за плечи и увел на кухню. Луми последовала за нами. Усевшись за стол, я с искренним отвращением посмотрела на сладости. Но затем, переборов себя, предложила приготовить чай.

— Не полезет,— мрачно проговорила подруга. — Учитывая, как мне страшно, боюсь представить, что чувствуешь ты.

— Я запретила себе что-то чувствовать,— прошептала я. — У нас есть новости?

Магнус медленно кивнул:

— Давирн Льорис отрекся от своего сына, Катти. Он предоставил документы, сейчас они находятся на рассмотрении в магистрате. Печать короля, а изгнание из рода по полному обряду проходит только с его разрешения, настоящая. Но мои клерки замедлят проверку.

— Я боюсь, что он может управлять Гели,— прошептала я. — Иначе почему малыш до сих пор не обернулся? Либо во всем виновата гроза, он так испугался, что…

Луми сжала мою руку, а Магнус уверенно возразил:

— Точно не гроза. Там я чуть не поседел, увидев, как малыш уверенно лавирует в бушующих потоках. Ему было весело, Катти. Этот момент он будет вспоминать с теплом.

— И гордостью,— кивнула я, показывая, что наш предыдущий разговор не стерся из моей памяти.

— Так а я не поняла,— Луми взяла конфету, развернула ее и сунула в рот,— фто плохофо, фто Льовис… Мням, что Льорис отказался от сына? Такого сына, конечно, осудить бы не помешало, но…

— Лькарина не всегда враждовала с Пиками,— я зябко поежилась. — А сейчас у нас и вовсе замиренье.

— Понятней не стало,— вздохнула подруга.

— Есть ряд законов, опирающихся на магические клятвы,— скривился Магнус. — Льорис-старший идет по долгому, но надежному пути.

— Гели его единственный наследник, в то время как мой род не слишком-то влиятелен,— я ущипнула себя за переносицу,— да и даже если кто-то из торн-Тревисов жив, они все равно не станут помогать. Алмазный Пик обязан выдать нас по первому требованию.

— Так это же вас еще найти надо,— вскинулась Луми.

— И к моему несчастью, я приобрела некоторую известность, не так ли?

Наш разговор прервал вошедший целитель. Он был хмур и постоянно потирал ладони:

— Надо ехать в дом исцеления. У малыша наступил оборотный сон, но что-то пошло не так.

Оборотный сон?!

— Ты забыла? Дети превращаются во сне,— обеспокоенно отозвалась Луми. — Но разве так бывает? Проблема застрявших драконов в том, что сон не наступает.

Целитель развел руками:

— Либо наш случай уникален, либо мы найдем ответ в архивах. И мне кажется, что последнее больше похоже на правду — я припоминаю что-то подобное. Только вот оно, кажется, ближе к ведомству Роменда. Мамочка, возьмите корзинку и свою шаль, а так же любимые игрушки ребенка.

Я подхватилась было на ноги, но Магнус меня уверенно остановил:

— Сиди, я все соберу.

Справился он быстро, а затем переложил малыша на мягкую подушечку.

— Почему он такой горячий? — с болью спросила я,— ему плохо?

— Нет, сейчас души ребенка и драконенка играют вместе, так что ему скорее всего весело,— целитель мягко улыбнулся,— мы не позволим юному крылатому погибнуть.

Вот только в глазах мужчины ясно читалось беспокойство. Он явно знал больше, чем говорил. Очевидно, что архивы ему нужны лишь для одного — убедиться в своих выводах.

Усаживаясь в автокатон, я бросила короткий взгляд на замок. Он перестал казаться мне надежным прибежищем. Но и бежать было невозможно — теперь жизнь Гели зависит от целителей Алмазного Пика!

Луми положила руки на руль, глубоко вдохнула и машина мягко тронулась. Через пару минут целитель со вздохом проговорил:

— То есть вы можете водить аккуратно.

— Иначе бы я не сдала экзамены,— напряженно ответила моя подруга. — Да и малыш в салоне.

Я была благодарна Луми за то, как сосредоточенно она вела машину. Движение было таким мягким, что могло убаюкать. Если бы только не наша кошмарная ситуация.

Стиснув край шали, которой мы обернули корзинку, я прикрыла глаза. Тело малыша так и полыхало жаром, казалось, что температура поднимается с каждой минутой.

— Да что б вас всех,— ругнулась Луми.

На въезде в город раскорячился автокатон. Его хозяин, молодой дракон в модном костюме, бегал вокруг и требовал, чтобы с его собственностью были предельно осторожны. Двое других мужчин только терпеливо вздыхали да обсуждали промеж себя, что эту махину так просто с места не сдвинуть.

— Спокойно,— Магнус коснулся моей руки,— Гели в безопасности, рядом целитель. А этого бездумного гонщика я сейчас уберу.

Моему дракону даже не пришлось полностью выйти из салона. Стоило ему лишь открыть дверь и выпустить часть своей ядовитой силы, как автокатон был тут же поставлен на колеса и сдвинут в сторону.

Луми, не задетая выплеском силы Магнуса, направила машину вперед, а затем сразу свернула на боковую улицу. У дома исцеления мы оказались в считанные минуты.

В холле у меня забрали сына и запретили идти следом. Слишком сложный и энергоемкий ритуал, мне, с моим резервом, смертельно опасно участвовать. И даже просто наблюдать.

Стоя посреди холла, я ослепшими глазами смотрела на двери, за которыми исчез мой сын. Мне снова остается только ждать.