Ну, да, разумеется. Повелитель «рисанулся» перед подданными, как бы сказали мои внучки. Теперь он не сможет отпустить меня, не наказав.

— Тебе придется пожить во дворце, — продолжил Диран. — В нижней части. В суровых условиях.

Пф… напугал морским ежиком…

— Как долго? — поинтересовалась в ответ.

Уже практически смирилась с неизбежным. Не впервой мне расхлебывать ту кашу, которую заварила не я. Но ради счастливой и спокойной жизни в будущем могу и потерпеть.

— Сколько потребуется, — уклончиво отозвался Диран. — Учти, тебе там не понравится. Но ты сама так захотела. Обитательницы нижней части дворца не только лишены всех привилегий, но и обязаны трудиться.

Последнее замечание вызвало у меня усмешку.

Он всерьез напугал меня работой? Меня, всю жизнь трудившуюся на благо семьи и Родины? Да я с семи лет работала в поле наравне со взрослыми. Именно это сделало меня сильной и выносливой. Тем, кто я есть теперь.

— Пусть будет так, — согласилась я.

Диран снова посмотрел на меня как на призрака. Кажется, он до последнего думал, будто я соглашусь на его предложение. Предпочту роль фаворитки. Ошибаться неприятно, понимаю. Но пусть для повелителя это будет хорошим уроком на будущее. Не все девушки одинаково меркантильны. Не все променяют собственное достоинство на праздную жизнь. Я — так точно нет. Не все можно купить или подчинить магией.

Не сказав мне больше ни слова, Диран Максимилиан Четвертый вызвал советника и приказал ему отвести меня в нижнюю часть замка и передать в распоряжение некой Каллисты.

— Зря ты с ним так, — заметил Ихтиарис, ведя меня в нижнюю часть замка.

Спускаясь по лестницам и преодолевая коридоры, я заметила, что позолоты, ковров и лепнины становится все меньше. Но, тем не менее, замок полностью содержится в идеальном состоянии. Нигде ни пылинки, ни паутинки. Выходит, чистота — это заслуга обитательниц нижних этажей. Тех девушек, которым, по мнению повелителя, повезло меньше.

— Это он зря так со мной, — возразила я.

Ихтиарис посмотрел на меня печальными рыбьими глазами и покачал головой, а потом внезапно улыбнулся.

— Вы оба погорячились, — рассудил вслух. — Мне кажется, вы подружитесь. Оба одинаковые. Упорные и независимые, всегда стремитесь доказать свою правоту.

— Мы подружились бы, если чье-то упрямство не перешло все мыслимые границы, — возразила я. Но, не желая ссориться с советником, добавила: — Если повелитель изменит свое отношение и подход, то я с радостью сделаю то же самое. Но пока все так, как есть. Диран Максимилиан лишился фаворитки, а я наказана за преступление, которого не совершала. Кстати, о последнем. Не расскажете подробнее о нижней части дворца и о том, чем мне предстоит заниматься? И кто такая Каллиста?

Судя по тому, как Ихтиарис закатил глаза, все обстоит гораздо хуже, чем я ожидала.

— На нижних этажах ничего страшного нет, — сообщил Ихтиарис к моему огромному облегчению. — Там обитает прислуга и невесты, сильно провинившиеся перед повелителем. Ты, к слову, первая за много тысячелетий, удостоившаяся такого наказания. Но и первая, кто настолько заинтересовал Дирана Максимилиана Четвертого настолько, чтобы он лично привел тебя во дворец.

— Ближе к делу, — попросила я.

— Словом, нижние этажи не так уж плохи. Вряд ли условия хуже, чем на болтах. Но вот Каллиста…

— Кто она? — поинтересовалась я.

— Лекарка, экономка, управительница гарема… — начал перечислять Ихтиарис, каждый раз морщась, словно от зубной боли. — Но, в целом, абсолютно невыносимая особа, которой до всего есть дело. Можно подумать, ей мало обязанностей, так она еще и в управление подводным миром хочет влезть. Быть у всех на виду и в головах… Ведьма морская, вот она кто!

Ого!..

Впервые с Ихтиариса сплыла маска сдержанного и совершенно непробиваемого советника. Выходит, все же есть нечто, что может вывести его из себя. Точнее, кто. Не нравится ему, что Каллиста пытается занять его место при дворе морского повелителя. А ведь эта дамочка наверняка умна и проницательна, раз справляется со всеми перечисленными обязанностями. К тому же в голосе советника, быстро, но промелькнуло нечто вроде уважения и, возможно, личной привязанности. Одно из двух: либо эти двое действительно люто ненавидят друг друга, либо… скрывают свои чувства, слишком горячие для морских глубин.

— Что ж, постараюсь не переходить ей дорогу, — рассудила я вслух. — Спасибо за предупреждение, Ихтиарис. А что насчет прислуги? Слышала, в замке порталами и лифтами управляют змеи. Но только ли они? Кто еще прислуживает во дворце?

— Подводный мир разнообразен и богат, — с гордостью в голосе произнес Ихтиарис. Как только речь зашла о ком-то, кроме Каллисты, он сразу заметно расслабился и подобрел: — Дирану Максимилиану Четвертому готовы прислуживать все, начиная от моллюсков и заканчивая китами. Для всех нас особая честь быть призванными ко двору.

Сказав это, он с укором посмотрел на меня.

Ну, да, я нарушила привычный уклад их дворцовой жизни. Но не по своей вине. И не по своей воле. Я бы с радостью жила на болотах, торговала с людьми, обзавелась хозяйством и знать бы не знала о том, что творится во дворце. Но теперь положение обязывало.

— Можно с подробностями? — попросила я, игнорируя выпад в свой адрес. — Наверняка есть то, что мне нужно знать о местных обитателях. Чтобы не сесть в лужу и не показаться совершенной невеждой.

Ихтиарис охотно поделился наблюдениями.

Так я узнала, что роль личной стражи морского повелителя выполняют тритоны. Парочку я даже имела честь лицезреть. Нижние части их тела, как и у русалок, замещали рыбьи хвосты. Тело было человеческим, а вот голова — нет. Она скорее напоминала головастика с драконьей пастью и широким костяным гребнем на макушке. При этом выражение лиц у тритонов было таким горделивым, пожалуй, даже надменным. Вооружены стражники были трезубцами. Магическими, по заверению Ихтиариса.

Гигантские крабы, сильные и выносливые слуги, выполняли в замке физическую работу и перемещали тяжелые предметы. Морские коньки служили курьерами. С невероятной быстротой они сновали по всему дворцу, передавая важные сообщения и выполняя мелкие поручения. Если требовалось передать сообщение на внушительное расстояние или сопроводить обитателей или гостей дворца на длительную прогулку, за дело брались дельфины. Осьминоги — мастера на все руки, выполняли различные задачи — от ремонта до создания произведений искусства. Большинство статуй, фонтанов и даже лепнина на потолках — дело их рук. Ой, то есть их гибких и ловких щупальцев. Кальмары — повара и кухонные слуги. С сервировкой, готовкой и подачей блюд они справлялись на ура. Сама видела. Гигантские медузы были одновременно освежителями воздуха и декораторами. Они создавали во дворце красивые световые эффекты, а также следили за чистотой. Морские звезды работали садовниками, создавая живописные уголки во дворце и за его пределами. Но самыми удивительными, пожалуй, были кораллы-стражи. Эти удивительные животные одновременно служили украшениями и защищали дворец, создавая непроницаемые барьеры.

Один такой «дежурил» у входа в мою комнату.

Он одновременно выполнял роль стража и живой двери. Его структура напоминала ветвистое дерево, но вместо листьев на «ветвях» сверкали тысячи крошечных полипов, излучающих мягкий, теплый свет. Коралл переливался всеми оттенками розового и красного, будто подмигивая мне.

— Какая прелесть! — не сдержала я восхищенного возгласа. — А можно потрогать?

— Нужно! — объявил Ихтиарис. — Но только после меня.

Он первым коснулся коралла, прошептав нечто неразборчивое. Что-то вроде молитвы или, скорее, заклинания. После этого «дерево» будто ожило, его «ветви» зашевелились.

Ихтиарис приложил мою ладонь к центру коралла.

Я ощутила легкую щекотку, но руку не отдернула. Коралл как будто считывал отпечатки моих пальцев. Принюхивался, запоминая запах. В какой-то момент мне даже почудилось, что кожу ладони лизнули. Сразу после этого «ветви» разъехались в стороны, освободив проход.