— Понятно, — хмыкнул Ярик.

— Краску помнишь? — Вадим перешел на шепот, косясь на Дашу. — Мне кажется, Гоша перед Алкой выпендривался. Ей тогда Боярыня ноль баллов влепила за диктант. А когда Боярыня всех наказала, он колеса на ее машине спустил. Придурок…

— Боярыня? — переспросил Ярик.

— Ну… Дарья Степановна Морозова. Боярыня Морозова, — пояснил Вадим. — И этого не слышал?

— Колеса, говоришь, спустил? — процедил Ярик, присматриваясь к Гоше. — Точно он?

После драки кулаками не машут? Ага, как же… Козлов, что обижают женщин, надо учить уму-разуму. А тот, кто обидел Дашу — смертник по умолчанию!

— Все собрались? — Даша встала из-за стола и пошла вдоль рядов, вручая каждому студенту карточку с заданием. — Достаем чистые листочки. На работу пятнадцать минут.

— Точно он, — прошептал Вадим. — Сам хвастался.

— Карецкий, Белов, не наговорились еще? Услышу еще хоть слово, оба ноль получите.

Ярика как волной тепла окатило. Строгий Дашин голос напомнил ему о недавних выходных в ее квартире.

Ой, нет. Надо сосредоточиться на задании.

Контрольная показалась Ярику легкой. Он и рецепты помнил, и падежные окончания не забыл. Справился даже раньше Вадима.

Собрав листки с ответами, Даша тут же устроила «разбор полетов». Она просматривала работы, комментировала ошибки и объявляла баллы. Ярик с нетерпением ждал, когда дойдет очередь до него.

— Карецкий, — наконец объявила Даша. — Пора бы уже запомнить, как пишется слово «микстура», Вадим Павлович. И процент глицерина перепутали. Восемь. Белов…

Сердце замерло и пропустило удар.

— Ошибок нет. Десять, — продолжила Даша. — Марусева…

Дальше Ярик не слушал. Десять баллов! И не подаренные по договору, а настоящие, им лично заработанные.

Вот бред же! Но так приятно…

— И почему это Белову десять, а мне шесть?!

Ярик встрепенулся, услышав свою фамилию. Алка? Опять эта выскочка… И что теперь не так?

— Потому что, Алла Юрьевна, у вас пять ошибок, а у Ярослава Сергеевича ни одной, — спокойно ответила ей Даша.

— Неправда! Здесь «а», а не «о»! Это у меня соединение букв такое, а не хвостик, — нахально заявила Алка.

— А я просила не использовать прописные буквы.

— А Белов ни на одном занятии не был. У него готовые ответы!

У Ярика потемнело в глазах. Да что она себе позволяет!

— Парасюк, если ты тупая, хоть завидуй молча, — выплюнул он со злостью.

— Белов! — прикрикнула на него Даша. — Не надо опускаться до оскорблений.

— Простите, Дарья Степановна, — пробормотал он.

Чем себя и выдал.

— А чего это ты такой вежливый стал, Белов? — взвилась Алка. — То хамил, то…

— Замолчали все! — рыкнула Даша, так как по аудитории поползли смешки, а кое-кто поддакивал скандалистке. — Парасюк, вы утверждаете, что я дала Белову ответы? Видимо, за взятку?

— Он больше месяца не ходил на занятия. Появился и получил высший балл. Так не бывает! — выкрутилась Алка.

— Мда… — Даша осадила взглядом Ярика, готового кинуться в бой. — В наше время так себя школьники вели. Но, Алла Юрьевна, обвинение прозвучало. Что ж… Белов, к доске.

Ярик уставился на Дашу, нахмурившись. Она улыбнулась ему… взглядом. Подбодрила?

— Алла Юрьевна, назовите любое слово из пройденного материала.

— Сухожилие, — не задумываясь, выдала Алка.

— Ярослав Сергеевич, распишите по падежам.

Он заскрипел мелом, сообразив, что задумала Даша. Если он безошибочно выполнит задание Алки, той придется извиниться. Ведь выучить наизусть ответы на ее вопросы Ярик не мог.

Правда, Даша рисковала. Он мог что-то забыть или перепутать. И тогда Алка будет торжествовать и требовать «справедливости». Вот же стерва!

Но Ярик справился. Сам не ожидал, потому как нервничал и боялся ошибиться, подвести Дашу. Но…

— Еще вопросы есть? — поинтересовалась Даша у притихшей Алки. — Или, может, Белов телепат?

— Прошу прощения, Дарья Степановна, — пискнула та.

— Перед Ярославом извиняйтесь, — отрезала Даша.

Но настаивать не стала, и Алка пропустила мимо ушей ее замечание. Блять! Вот же… И Гоша, будь он неладен, уже шепчет ей что-то. И недобро смотрит на Дашу.

Ой… А мысленно материться тоже нельзя?

— Ну ты даешь, — шепнул Вадим, когда Ярик занял свое место. — А с записью что сделал?

— С какой записью? — буркнул Ярик.

— Той, с клуба. Я думал, ты Боярыню опозорить хочешь. Но тишина. Сейчас подумал, ты компромат на зачет обменял. А оно вон как…

— Нет никакой записи, — сказал Ярик. — Я ее стер.

— Почему?

— Мелко это. Низко и подло.

— А-а… Ну… Как знаешь. Я ж тебе помочь хотел.

— Белов и Карецкий! — прикрикнула Даша. — Кажется, вам поговорить хочется. Открыли учебники на странице сто семь. Читаем текст. Вслух. Белов, начинай!

После занятия Ярик не стал задерживаться в аудитории, хотя Даша и бросала на него многозначительные взгляды. Кажется, хотела что-то сказать. «Успеется», — решил Ярик. И рванул за Гошей, не дожидаясь, когда он придумает, как в очередной раз отомстить Даше.

= 39 =

Даша чувствовала себя кошкой, объевшейся и заласканной. Какой Яр молодец! Ведь может! Когда захочет…

Его победа — это и ее победа тоже. Это и приятно, и тешит самолюбие.

Огорчало только то, что Ярик не подошел после занятий. Может, специально, чтобы не привлекать внимания? Студенты злые. Алла сегодня как с цепи сорвалась. Такая юная, а уже стерва. Но мог бы и дождаться, пока все уйдут. Или позвонить. Или написать сообщение, в конце концов!

И на парковке Даша не нашла Ярика. Может, он прав, не стоит рисковать. Если поползут слухи, им обоим мало не покажется.

Она вернулась домой, занялась обычными делами… и поняла, что не выпускает телефон из рук.

Может, с Яриком что-то случилось? Не мог же он пропасть вот так… Даже «спасибо» не сказал!

Вообще-то, мог. В теории. Но Даша уже поверила ему, потому и волновалась всерьез. И дело, конечно же, не в благодарности. Он не мог не искать встречи. Она видела его взгляд. Ярик пытался его спрятать, казаться равнодушным, но Даша заметила, как он смотрит на нее, когда думает, что никто этого не видит.

Точно, что-то случилось!

Ярик ответил на звонок не сразу. Зато…

— Прости, солнышко, я уже собирался звонить. Занят был, не мог раньше.

— Солнышко? — переспросила Даша, облегченно переводя дыхание.

Все в порядке, она зря себя накрутила.

— А что, нельзя? — нахально поинтересовался он.

— Не то, чтобы… Просто как-то неожиданно, — призналась она. — Как будто мы в отношениях.

В динамик тяжело засопели.

— Это надо оформить как-то официально? — наконец выдал Ярик. — Мне казалось…

— Приезжай ко мне, — перебила его Даша. — Поужинаем, поговорим.

Такое лучше обсуждать, глядя в глаза друг другу.

Ярик молчал.

— Яр? Ты слышишь? — забеспокоилась Даша.

— Да, — выдохнул он. — Я… не могу.

— Почему? Все еще занят? Приезжай, как сможешь. Только не покупай ничего, я ужин сама приготовлю.

— Даш, я сегодня не смогу. Прости.

— Даже если… я прошу? — растерялась она. — У тебя все в порядке? Ты… здоров?

— Да, все хорошо, не волнуйся. Просто… тут такое…

Какое «такое», Ярик объяснять не спешил.

— Ладно, как хочешь, — сухо произнесла Даша. — Пока.

Не навязываться же, в самом деле. Он занят. Бывает. Ничего страшного. Мало ли какие у него дела. Может, он дома, у родителей. Он не обязан лететь к ней по первому зову.

Даша попыталась заняться готовкой, но все валилось из рук. И обидно, что у Ярика нашлись дела поважнее, и тревожно, потому что интуицию его ответ не успокоил. Что-то случилось. Что-то, о чем Ярик не хочет рассказывать. Но стоит ли доверять интуиции?

Даша спалила яичницу и переварила пельмени. И то, и другое отправилось в мусорное ведро. Ну не дура ли? Ведет себя, как влюбленная малолетка…