Пока Ярик раздумывал, как уговорить Дашу взять часть денег на бытовые расходы, ведь с приездом родителей забот у нее прибавится, объявился ее брат. Вернее, позвонил, из-за границы. Ярик стал невольным свидетелем этого разговора и очень переживал, наблюдая, как Даша меняется в лице: то бледнеет, то покрывается красными пятнами.

Объяснилось все просто. Дашины родители не сообщили сыну о болезни мамы, «чтобы не беспокоить». И Даша даже не подумала о том, чтобы ему позвонить: привыкла рассчитывать только на себя. К тому же, брат далеко, чем он может помочь?

Оказалось, может. Деньгами. Так что на Дашу сначала наорали, по-братски, а после сообщили, что оплатят и квартиру рядом с клиникой, и сиделку, и даже няньку отцу, если понадобится.

В общем, жизнь налаживалась.

В тот вечер в клубе они оторвались по полной, а после долго не могли вылезти из кровати, чтобы отправиться домой. Ярик уютно обнимал Дашу. И навряд ли ошибался, считая, что она чувствует себя счастливой и умиротворенной. Возможно, не самый лучший момент для признаний, но…

— Я из института уйду, — сказал Ярик, целуя Дашу в висок. — Сессию сдам, а потом заберу документы.

— И что дальше? — поинтересовалась она, заглядывая ему в глаза.

— Дальше буду поступать туда, где учат художественной фотографии. Высшее образование я обязательно получу.

— А как же… армия?

— Заберут с весенним призывом, — ответил он. — Нам придется расстаться на год, солнышко.

И замер, переживая о ее реакции. Год — это долго? Захочет ли она… Не рассердится ли, что он все решил сам…

— Я буду тебя ждать, — прошептала Даша. — Я люблю тебя, Яр.

Эпилог

Полтора года спустя…

Время не пролетело незаметно, но и не тянулось медленно и мучительно. Оно прошло, наполняя жизнь новыми впечатлениями и новыми смыслами. Только одно осталось неизменным — чувства.

Даша и Ярик не виделись целый год. Ярик забрал документы из института после окончания первого курса. Медицина его не увлекла, но внезапно пришло понимание, что знание анатомии, физиологии и биохимии отнюдь не лишние. А еще он не хотел исчезать, пока шло лечение Дашиной мамы. В материальной поддержке Даша уже не нуждалась, но морально он поддерживал ее, как мог.

В итоге… все закончилось благополучно. Может, и временно, но врачи дали благоприятный прогноз, рак удалось победить. Даша, наконец, смогла спокойно выдохнуть, а Ярик сдал летнюю сессию… и отправился отдавать долг Родине.

Служил он в Калининградской области. Как шутил сам Ярик, «почти на курорте». В действительности все оказалось не так страшно, как представлялось. Было тяжело, но терпимо. И, конечно же, Ярика поддерживало то, что его возвращения ждали.

Даша не прилетала его навестить, по обоюдной договоренности. Они не проверяли чувства в разлуке, но оба не хотели терзать друг друга новым расставанием. Уж лучше так: один раз. Зато потом…

Ярик прилетел в Москву на день раньше, чем обещал. Так получилось, совершенно случайно — освободилось место на ближайший рейс, и он воспользовался шансом. И никого не предупредил, что планы изменились: ни родителей, ни Дашу. О том, куда ехать из аэропорта, вопрос не стоял…

Сердце билось, как сумасшедшее, когда Ярик позвонил в дверь Дашиной квартиры. И ладонь, сжимающая стебельки ромашек, вспотела от напряжения. Вот сейчас… уже…

— Кто там? — спросил из-за двери незнакомый мужской голос.

Ярик чуть букет не выронил. И шагнул назад, чуть не сбив стоящий у соседней двери самокат.

Но… как? Они разговаривали совсем недавно. И ничего такого Даша…

Голос ее отца он знал, голос Демона не спутал бы ни с каким другим.

Значит…

Мужчина?

Может, просто саб? Даша говорила, что изнывает от голода. Ярик ее прекрасно понимал. Год в воздержании само по себе пытка, а когда есть особенные потребности, то желание становится навязчивым и невыносимым. Он даже как-то сказал Даше, что не возражает, если она…

Правда, потом его тошнило от одной мысли, что она будет играть с другим мужчиной. Несмотря на то, что она отвергла его… разрешение.

Так все же…

Дверь открылась, из-за нее выглянул высокий плечистый парень. Он с аппетитом жевал оладушек и с интересом рассматривал Ярика.

— Ты к Даше, что ли? — спросил парень.

— Нет. — Ярик быстро спрятал за спину букет. — Ошибся этажом, наверное.

— Егор! — крикнула из глубины квартиры Даша. — Кто там? С кем ты разговариваешь?

— Да тут ошиблись, кажется, — с ехидцей ответил Егор громко. — Какой-то солдатик.

Отступить по лестнице Ярик не успел. Даша появилась в прихожей быстрее, чем старшина успел бы крикнуть: «Рота, подъем!»

— Какой-то?! — Она треснула Егора по плечу. — Иди за стол, поешь нормально, бестолочь!

И все это — мимоходом, не сводя глаз с Ярика, бросаясь к нему на шею.

— Яр!

В нос ударил знакомый запах: за год Даша не изменила вкусам, и пользовалась все тем же шампунем.

— Ты… ты как? Ты же сказал, завтра… Я перепутала? Ярушка…

А Ярик не мог вымолвить ни слова. Сжимал в объятиях Дашу и покрывал поцелуями теплую макушку.

Мужчина… Ну, мужчина… Мало ли… Может… сантехник?

Угу! Даша зовет его бестолочью и кормит оладьями.

— Пойдем. — Даша потащила Ярика в квартиру. — Ой, а букет мне?

Ярик спохватился и отдал ромашки Даше.

— Ты онемел, что ли? Тебя не контузило? Яр!

— Нет, — наконец выдохнул он. — Сюрприз… не получился?

Даша нахмурилась и посмотрела на него удивленно.

— Ты о чем?

Ярик вздохнул, кивая в сторону кухни.

Даша поняла, на что он намекает, и ее глаза сузились в гневном прищуре.

— Ох, треснула бы я тебя этим букетом! Да цветы жаль, красивые. Егор — мой брат. Прилетел, чтобы помочь родителям с переездом.

Брат, значит…

— Эх, ты! Заяц! — фыркнула Даша, понижая голос. — Только вернулся, а уже накосячил.

— Я старался, — парировал Ярик. — Но даже придумывать не пришлось.

— По ремешку соскучился?

— По тебе, солнышко.

— Хватит шептаться! — крикнул Егор. — Дашка, у тебя оладьи горят!

— Так сковородку сними! — заорала Даша, метнувшись на кухню.

В общем, веселым получилось возвращение.

И сладким. Очень сладким.

Егора вскоре проводили: он улетел в родной город, к родителям. После лечения маме Даши рекомендовали сменить климат, и вот, наконец, это удалось осуществить. Они с мужем переезжали в Подмосковье.

— Там сосны, чистый воздух, — сказала Даша. — И ближе, я смогу часто их навещать.

— Супер, — согласился Ярик. — Не придется далеко ехать, чтобы попросить твоей руки.

— Чего? — встрепенулась Даша. — Что ты сказал?!

Они никак не могли насытиться друг другом, даже без жестких практик. Но сейчас отдыхали, тесно сплетясь телами, несмотря на то, что летняя ночь не принесла прохладу, и от жары не спасали даже распахнутые настежь окна.

— Я сказал, что хочу просить твоей руки. — Ярик с сожалением разжал объятия. — Погоди, я сейчас.

Есть надежда, что Даша не рассердится из-за того, что предложение ей делают, мягко говоря, неромантично. Без свечей, цветов и разноцветных шариков. Без фейерверка и шампанского. Ведь, главное, от чистого сердца.

Ярик достал коробочку с кольцом, купленным в Калининграде, и опустился на колени перед Дашей. Она сидела на диване, обхватив руками колени — нагая и прекрасная.

— Даша, ты выйдешь за меня? — спросил Ярик, открывая коробочку. И продолжил, так как она молчала: — Если хочешь подождать, пока я встану на ноги и стану знаменитым фотографом…

— Хвастунишка! — фыркнула Даша.

— Стану, даже не сомневайся.

— Верю, — легко согласилась она. — У тебя редкий дар, Яр. Ты обязательно добьешься успеха.

— Э-э… — Он все же смутился. — Так вот. Если хочешь, свадьбу можно отложить. Но я прошу тебя, прими это кольцо. В знак того, что когда-нибудь ты станешь моей женой.