Но он всегда ограничивался массажем. Никогда не целовал и не снимал белье. Хотя, нет… целовал. Но только ноги, предварительно освобождая их от чулок.

— Госпожа, вы позволите?

От бархатного голоса по коже бежали мурашки. Кажется, Демон прекрасно об этом знал и специально дразнил Дашу, потому что никакой необходимости в вопросе не было. Она сразу позволяла ему все.

— Да, — выдохнула Даша, вытягивая ногу.

Демон осторожно снял туфельку и, медленно перебирая пальцами, стянул чулок. Теплые губы коснулись пальчиков.

— О-о-о… — протянула Даша, ныряя в нирвану.

Массаж ступней — вот это действительно кайф! А когда задействованы губы и язык… М-м-м…

Еще ей нравилось, когда Демон вылизывал подколенную ямку. От этого внизу живота растекалось тягучее тепло. К тому времени, как Демон добрался до трусиков, они промокли. Даша всхлипывала, часто дыша, и едва сдерживалась, чтобы не начать умолять.

Мольбы бесполезны. Секс между ними — табу. Демон гладил ее по влажной ткани трусиков, надавливал на клитор… и добивался разрядки. Но о большем — ни-ни! — просить было нельзя.

Отдышавшись, Даша потребовала, чтобы ее одели. Демон и с этим справлялся великолепно, тщательно натягивая чулки. Одернув платье, Даша сняла трусики и заткнула ими рот Демона. Еще один из его фетишей, оговоренных в самом начале знакомства.

А теперь можно представить, что на месте Демона — тот самый наглец Ярослав. Даша всегда так делала, пользуясь подсказкой Демона. Потому что всерьез злиться на него после чудесного массажа не могла.

— Дрянной мальчишка! — Она залепила Демону пощечину. — Как ты посмел так себя вести!

Ответить Демон не мог, этого сценарий не предусматривал. Он лишь смотрел на Дашу влюбленным взглядом, пока она лупила его по щекам.

Ярослав явно заслуживал большего!

К станку для порки Даша привела Демона за ухо. Лег он сам, привычно упираясь руками в перекладину. Даша застегнула кожаные браслеты на запястьях и щиколотках, а после приспустила штаны, оголяя мужской зад.

И замерла, уставившись на иссеченные ягодицы.

Вообще-то, она понимала, что Демон — не ее личный мальчик для битья. Скорее всего, у него есть и другие партнерши. Ведь он такой… особенный, что ли. Но Даша предпочитала не знать, чем Демон занят, когда они не вместе. Они встречались примерно раз в месяц, иногда — два. Но Даша впервые видела такие яркие следы порки от чужой руки.

— Розги? — спросила она ровным голосом.

Демон дернулся, и Даша сообразила, что ответить он не может. Она вытащила кляп.

— Кейн, — ответил он, поворачивая шею так, чтобы видеть Дашу. — Госпожа Дана, что-то не так?

Да все, блять, не так! Интересно, она хоть что-то решала в их паре? Демон назначал встречи. Демон диктовал условия. Демон… использовал ее?

Почему-то раньше это было неважно. Даша принимала его таким, какой он есть. Пока ее не ткнули носом в реальность.

— Простите, Дмитрий Львович, — вежливо произнесла Даша, расстегивая браслеты. — Надо было предупредить.

— Дана, не дури. — В голосе Демона появился металл. — Это ерунда, я могу принять больше.

— Верю, — усмехнулась она. — Это я так не могу.

— Как так?!

Он поднялся и натянул штаны. Отвечать не хотелось. Даша чувствовала себя уязвленной, но признаться в этом не могла. Как бы сбежать, не выставив при этом себя дурой…

— Дана, девочка моя… — Демон поменял тактику. Теперь его голос звучал мягко, успокаивающе. — Ты же знаешь, что я не твоя собственность, правда?

— Конечно, — нарочито бодро ответила она.

— Тебе нужна была помощь, и я пришел. Так?

— Да, — согласилась она. — Спасибо. Просто надо было сказать. Я не могу пороть… так.

Он вздохнул и кивнул.

— Ладно. Хорошо. Я понял. Прости.

— Пока.

Даша подхватила сумочку и направилась к двери.

— Подожди, я вызову тебе такси.

Даже не «отвезу»? Какая же она дура…

— Обойдусь, — бросила Даша через плечо и тихо закрыла за собой дверь.

= 5 =

В тот вечер Даша напилась, чокаясь со своим отражением в зеркале. Хотелось забыть то разочарование, что она испытала в привате с Демоном. И пусть оно надуманное, ненастоящее, она все равно чувствовала неловкость, вспоминая о произошедшем.

Взрослые люди так себя не ведут. Доминатрикс — тем более! Все оговорено, никто никого не обманывал. Но почему же на душе так паршиво?! Как будто ее макнули лицом в дерьмо.

Действительно, Демон мог бы и предупредить… Так было бы честнее, чем подставлять ей поротый зад!

Демон позвонил. Он всегда звонил после сессии: интересовался, как Даша себя чувствует, все ли в порядке. Она дважды сбросила звонок, но после все же ответила. Ведь не отстанет!

— Мне жаль, — сказал Демон.

— Иди к черту, — буркнула Даша.

— Поговорим, когда ты успокоишься.

— И тебе всего хорошего.

Вот и все. Даша понимала, что ведет себя, как обиженный ребенок, но ничего не могла с этим поделать. Не сейчас. Не сегодня. Завтра она снова станет взрослой и рассудительной. И спокойно взвесит все «за» и «против» в отношениях с Демоном.

Это он у нее… единственный. Она просто… перепутала.

Утро началось с двух таблеток обезболивающего. Голова трещала, в глаза словно насыпали песок. С пары бокалов вина?! Ладно, с бутылки…

Даша еще поспала бы, занятия с иностранцами начинались после обеда, но утром надо было заехать в мединститут, подписать какие-то ведомости.

После таблеток в голове прояснилось, и организм даже принял первую дозу кофе, без угроз отторгнуть ее в отместку за вчерашние возлияния. Когда Даша припарковала машину у института, ее поташнивало, чуть-чуть, но мир уже не казался отвратительно неустойчивым и громким.

— Дарья Степановна, зайдите ко мне, пожалуйста. Сейчас.

Она чуть не выронила бумажный стаканчик с кофе. Мимо автомата прошествовал земдекана, приветливо кивая Даше.

Пришлось глотать обжигающий кофе на бегу, ибо отказаться от второй порции не представлялось возможным.

— Что-то случилось, Давид Гермогенович?

Даша прикрыла за собой дверь, так и не придумав, по какому поводу ее вызвали.

— А могло? — загадочно ответил вопросом на вопрос замдекана.

— Э-э-э… Ведомости я подписала, только что.

— Вот что, Дарья Степановна. Не буду ходить вокруг да около. Вы присаживайтесь, присаживайтесь. Кофе, чай?

— Н-нет, спасибо, — отказалась она.

Организм как-то странно реагировал на кофе из автомата: к щекам прилила кровь, сердце зачастило. Вроде бы некрепкий был напиток… Или это он волнения?

— Вы, конечно, слышали о Сергее Дмитриевиче Белове?

Даша покопалась в памяти, но безрезультатно.

— Нет. А должна? — осторожно поинтересовалась она.

Замдекана осуждающе покачал головой.

— Хотя, да… Вы же медицинский не заканчивали, — вздохнул он. — Лингвистический?

— Филологический, — машинально поправила его Даша.

— Так вот, Сергей Дмитриевич — известный хирург, светило, профессор.

«И-и?» — чуть было не спросила Даша, но вовремя прикусила язык.

Замдекана сделал патетическую паузу и продолжил, так и не дождавшись никакой реакции:

— В вашей группе есть студент. Ярослав Сергеевич Белов.

Опять пауза. Даша никак не могла уловить, чего от нее хотят. И при чем тут этот наглец Ярослав… Сергеевич Белов?!

— Он его сын? — догадалась Даша.

Так вот почему он так нагло себя ведет! Неужели нажаловался, гад?!

— Именно, — просиял замдекана. — И я хотел бы вас попросить… Но только между нами…

«Началось… — тоскливо подумала Даша. — Везде свой блат».

— Латынь — это такой предмет…

— Сложный, — подсказала она.

— Нет…

— Нужный любому врачу.

— Ну-у… Сейчас не выписывают рецептов на латыни. И диагнозы не ставят. Это, скорее, дань традиции…

Блять! Даша чуть не выругалась вслух.

— Вы о чем-то хотели меня попросить, — напомнила она. — Естественно, между нами.