Я бросил отчаянный взгляд на Сойку.

Удивительно, но она едва заметно кивнула мне, будто разрешая себя убить. Мол, давай, сделай это, я на тебя не обижусь, потому что если не ты, то кто-то другой сделает это.

И тут, будто вторя моим мыслям, из шеренги внезапно шагнул Морган.

— Я могу убить аборигена, учитель! — объявил он. И добавил не без гордости отличника учёбы: — Причём с одного удара!..

В тот момент я возненавидел Моргана всей душой.

Чёрт бы побрал этого усердного говнюка!

Однако учитель Зевс неожиданно ответил ему:

— Хорошо, Морган. Убей аборигена. А Терехов сделал свой выбор.

— Ещё не сделал!!! — рявкнул я так, что Морган вздрогнул. — Две минуты пока не вышли!

— Тогда решай! Морган подождёт! — так же громко объявил Зевс.

Пока он это говорил, я метнул кинжал в одну из деревянных стенок от ящика, а сам бросился к учебному Малышу. Он как раз стоял неподалёку, готовый к загрузке с открытым люком в затылке. Его баки были полны эхо-крови, а по телу зеленели силовые кристаллы.

До этого я загружался в Малыша только на сеансе симуляции, однако у меня имелись знания из свитков, а за три дня я начитался их немало, даже с перебором.

Игнорируя подъёмник, я вскарабкался по броне Малыша напрямик к его голове. На это ушло буквально секунд пять.

В открытый люк моё тело влетело ещё быстрее, в пару движений. А там я сразу оказался в капсуле с тёплым раствором и биологическим ядром. Его называли первичным сердцем титана.

Погрузившись в раствор по самую макушку, я тут же открыл глаза и вдохнул. Без опасений и страха.

Мне было не до этого.

В уме я продолжал считать секунды и время, отведённое Зевсом. И что бы я сейчас ни делал, он даст мне это время — в этом не было сомнений. Зевс очень хотел увидеть моё отношение к аборигенам, так что придётся ему показать.

На сцепление с нейроинтерфейсом Малыша у меня ушло ещё секунд десять.

Тонкие нити, растущие из биологического ядра и оплетающие капсулу изнутри, мгновенно потянулись к моему телу: к шее, вискам, позвоночнику, ступням, ладоням, к каждому пальцу.

И вот уже через десять секунд сцепление с Малышом наконец случилось. Я почувствовал это всем естеством. Это было невероятно! Ощущения совсем иные, нежели в симуляции.

Десятиметровый гибрид шевельнулся.

Заработал круговой обзор, биомаркеры показали норму по всем параметрам вплоть до вязкости раствора, стабильности обменных процессов в остео-каркасе, мышцах и в дыхании.

— Ну давай, дружище, — прошептал я.

Малыш дёрнулся, будто вздрогнул от моего волевого и ментального импульса. Я дал ему приказ подойти к клетке.

В уме тем временем продолжался отчёт.

Заканчивалась первая минута, и если я не успею, то Морган убьёт Сойку, даже не моргнув глазом. И, возможно, получит пятёрку. Или что там они получают за отличную учёбу?..

Малыш сделал шаг левой ногой и… начал крениться вниз, мордой в пол!

Точно так же, как у меня уже было на симуляции.

— Да ну нахрен! — прорычал я прямо в растворе, а заодно вспомнил все советы Саваж по управлению титаном — их мне удалось опробовать ещё на уроке у учителя Патель.

Я тут же поставил правую ногу на колено и пригнул корпус Малыша к земле.

Сработало!

Малыш удержал равновесие, ну а я быстро поднялся на обе ноги, выпрямился и уже уверенно зашагал к клетке. У меня оставалось полминуты. Всего тридцать секунд, чтобы что-то сделать.

Студенты наблюдали за мной, открыв рты.

С высоты десяти метров и при таком обзоре я отлично мог видеть всех без исключения. Все их реакции.

А реакция была одна — испуг и шок.

Морган вообще стоял, как контуженный. Он уставился на Малыша в ужасе, будто я нарушил все гласные и негласные правила отличников учёбы во Вселенной.

А вот учитель Зевс даже глазом не моргнул. Он продолжал за мной наблюдать, будто проводил научный эксперимент.

Я заставил Малыша склониться над клеткой и посмотрел на Сойку через линзу единственного титанического глаза. Стоя на коленях и задрав голову, девушка уставилась на меня. Она не понимала, что происходит.

Вообще никто не понимал.

И пока все пребывали в оторопи, у меня оставалось всего пятнадцать секунд. Я не стал медлить и отдал Малышу ментальный приказ. Его длинные цепкие руки ухватились за прутья клетки и с усилием разогнули их.

Вот теперь всех охватила паника.

— Ты что творишь, Терехов⁈ — заорал Морган.

Он бросился к кинжалу на полу, но учитель вдруг гаркнул:

— Всем стоять на месте!!!

Парень замер, в ужасе уставившись теперь ещё и на Зевса. Ну а тот не сводил глаз с меня.

Я же разогнул прутья клетки и обратился к Сойке через микрофон:

— Вылезай.

Она часто заморгала. Непослушная чёлка упала ей на один глаз.

— Вылезай! — громче сказал я.

У меня оставалось буквально несколько секунд.

— Учитель! Что происходит⁈ — запаниковали студенты ещё больше.

— Что он творит? Он её отпускает⁈

Учитель будто их не услышал. Он лишь поднял руку, приказывая всем заткнуться. Однако вокруг его пояса всё же вспыхнул белый лимб — так, на всякий случай. Да и группа альф рядом с клеткой приготовились атаковать, тоже активируя лимбы.

— Вылезай оттуда, мать твою!!! — рявкнул я на Сойку.

Не вставая с колен, девчонка подползла к краю клетки, выбралась из неё и встала передо мной на ноги, выпрямившись во весь свой небольшой рост. Затем опять завела руки за спину и посмотрела на меня большими фасеточными глазами.

Сейчас её жизнь висела на волоске.

Впрочем, как и моя.

Если что-то пойдёт не так, выжить мне вряд ли удастся — меня прикончит Зевс, я даже пикнуть не успею. Но мне нужно было доделать дело до конца, поэтому я тоже выпрямился во весь десятиметровый рост Малыша, выставил правую руку с пушкой на наруче, целясь прямо в Сойку, и опять обратился к ней:

— А теперь атакуй меня! Я не смогу убить того, кто мне не угрожает!

Она уставилась на меня своими огромными нечеловеческими глазами, а потом молча покачала головой. Не знаю почему, но я был уверен, что она откажется. Это мне и было нужно. Пусть все увидят, что бывает по-другому, что можно заниматься спасением не только убивая друг друга.

— Атакуй, я сказал!!! — рявкнул я, делая к ней шаг.

Сойка отступила к клетке и опять мотнула головой.

— АТАКУЙ! — Мой голос, пропущенный через динамики, прогремел на весь ангар. — Я твой враг! Убей меня!

Эксперты, что работали по всему огромному залу с титанами, повернулись в мою сторону в недоумении. Мой призыв атаковать сложно было не услышать даже в самых дальних уголках ангара.

И тут Сойка внезапно выкрикнула:

— Я не убийца! У меня даже циклопа нет! Но вы всё равно скоро погибнете! Все вы! Вместе с той планетой, откуда приходите!

Неожиданно вмешался Морган:

— Две минуты закончились…

— Молча-а-ать!!! — гаркнул на него учитель.

Не убирая лимба, он подошёл к Сойке.

— Что ты сказала? Повтори. Что ты сейчас сказала?

Сойка посмотрела ему в глаза и заговорила более спокойно и ёмко:

— Когда-то мы верили, что нельзя спасти свой народ ценой убийства другого народа. Но однажды явились люди и поменяли правила. Вы начали спасать себя, уничтожая других. Теперь мы ответим вам тем же. Мы будем спасать себя.

— Что вы задумали? — Зевс заговорил на удивление сдержанно, хотя мог бы схватить Сойку за грудки и встряхнуть её, требуя ответа.

Но её не надо было заставлять, она всё сказала сама:

— Всепожирающее Эхо уничтожит вашу планету.

Побледневший Зевс сразу её понял.

— Ты про Неотроп говоришь? Новая волна Неотропа будет такой силы, что уничтожит Землю? Но откуда ты знаешь? И когда это случится?

— Я не знаю, когда это случится, — ответила Сойка. — Знаю только, что удар Всепожирающего Эхо будет такой силы, что вы его не переживёте. Больше я ничего не знаю. Моё племя давно от меня отреклось, а эриды приютили. Я больше ничего тебе не скажу, воинственный скорбящий старик, потому что мне ничего не известно.