Ещё нужно было уделить внимание зданиям, обязательно проверить целостность кровли стен и окон, дать повеления плотникам и кузнецам. Отдельного внимания требовали и породы овец.

Управляющий предлагал Сэму закупить не только на овец линкольнширской породы, чья шерсть отлично подходила для производства прочных тканей, но и приобрести шропширских овец, из шерсти которых получали тонкие и мягкие ткани. Сэм написал соответствующие распоряжения, и спросил мнение управляющего о покупке мериносов, стоило ли вкладываться в дорогостоящую породу, изначально выведенную в Испании. Сэмюэл не церемонился, и всегда задавал вопросы, если в чем-то сомневался. Мнению управляющего, старого полкового товарища, Сэм доверял. Особенно сейчас, когда его мир фактически сузился до пределов Вайсеншлосса. Герцогу Аберкромби потребовалось время, чтобы привести дела замка в порядок, твердой рукой Сэмюэл навел порядок и в близлежащих деревнях. Палача, хоть и бывшего, продолжали бояться, а потому никто не смел нарушать его распоряжений.

Матушке тоже не мешало бы отписать, почему-то она пригласила к нему очень странную гостью. Перед глазами Аберкромби возникло худенькое личико маркизы Грейсток, и та непонятная нежность, с которой девушка держала его ребенка, столь ненавидимого родной матерью, Мэриан.

Сэму послышался раздражённый голос Мелиссы, доносящийся из парка.

— Да как вы смеете выгуливать ребенка в клетке? Как, по Вашему, сын Его Светлости будет познавать окружающий мир?

А вот и маркиза Грейсток, легка на помине, подумал Сэм и отправился разбираться.

Сэмюэл быстрым шагом отправился в парк, где заметил, как маркиза Грейсток в своём нелепом траурном одеянии о чём-то ругалась с нянькой. В детской вознице сидел его ребёнок.

— Что за шум? Разве такое поведение достойно благонравных дам? — раздражённо спросил Сэмюэл.

— Маркиза Грейсток недовольна тем, что мы с юным герцогом отправились на прогулку, — скрестив руки на груди, буркнула нянька.

— Сюзанна, вы выгуливаете ребёнка в клетке! Скажите на милость, как малыш будет познавать мир, как он сможет прикоснуться к тому, что его окружает — из клетки? — маркиза Грейсток почти кричала.

— По-моему, детские возницы — привычная практика, — отрезал Сэмюэл. — Я не вижу необходимости что-то менять.

— То есть, по-Вашему, для обеспечения комфорта человека, который ухаживает за ребёнком, можно посадить малыша в клетку? Достаточно просто сделать удобную коляску с перегородкой! Как вы думаете, как будет развиваться ребёнок? И ещё, Ваша светлость, — Мелисса кинула недовольный взгляд на няньку, — юного герцога кормят только мёдом и рисовым молоком.

— Также кормят всех, не только герцогских детей, — подала голос нянька, — никто никогда не жаловался.

— Александру Николасу уже минуло полтора года, можно постепенно давать протёртые овощи и фрукты, иначе как юный герцог сможет знакомиться с новой пищей, как он привыкнет к разнообразной пище? Во фруктах содержатся полезные вещества для гармоничного развития организма, об этом говорят лекари.

Нянька неодобрительно поджала губы, ожидая вердикта Сэмюэла. Сэм вдруг вспомнил, как та же нянька молча смотрела, когда Мэриан хлопала маленького ребёнка по щекам, и решил встать на сторону Мелиссы. Девчонка раздражала его, раздражала неимоверно, но в её словах был несомненный резон.

— Как там тебя? — спросил Сэмюэл, обращаясь к служанке. Он не мог припомнить имени этой женщины.

— Я Сюзанна, ваша светлость. Я служу Вам по рекомендации вашей матушки и всё делаю так, как мне было велено.

— А теперь, Сюзанна, — сказал Сэмюэл, — прислушайтесь к рекомендациям маркизы и делайте всё, как она велит.

— Тогда, с Вашего позволения, я дам распоряжение кухарке и плотнику, чтобы сделали удобную коляску и внесли изменения в меню, — вмешалась Мелисса.

— Сюзанна, исполняйте все в точности, как велит маркиза, и завершайте Ваш моцион, — отрезал Сэмюэл, а сам схватил Мелиссу за руку, и глядя ей в глаза, проговорил:

— Маркиза, должен признаться, Вы раздражаете меня и отвлекаете меня от работы, но я вынужден признать вашу правоту. Я жду Вас на ужин и жду, что вы мне расскажете, откуда у вас такой богатый опыт по уходу за детьми. А самое главное, почему Вы так отстаиваете совершенно чужого Вам ребёнка.

Мелисса хотела было сказать, что малыш Сэмюэла, как никто другой, нуждался в любви и заботе и прежде всего, во внимании собственного отца, и что она точно так же заботилась бы о любом другом ребёнке. Мелисса хотела сказать, что приходится выдерживать целые баталии с Сюзанной, просто чтобы побыть с малышом.

Герцог Аберкромби уже развернулся и девушке только и оставалось, что лицезреть его широкую спину. От неё ускользнуло злобное выражение лица няньки. Мелисса, желая обеспечить комфорт малыша, нажила себе врага.

Сэмюэл

Сэмюэл обратил внимание, что маркиза Грейсток всё же пришла на ужин, без компаньонки. Сэм подумал, что здесь, в краю, граничащем с двумя королевствами, в cуровом Белом замке, можно было и отойти от условностей — сам Сэмюэл не будет кидать тень на репутацию гостьи, и никто из слуг тоже не будет порочить маркизу. На девушке по-прежнему был один из её траурных нарядов, который делал её лицо ещё более бледным. Сэмюэл отдал должное кухарке — густой суп с мясным соусом и портвейном приятно согревал желудок, Мелисса же отщипывала кусочки от пирога с голубиным мясом. А вот к баранине девушка почти не притронулась, лишь немного поклевала картофель.

Мелисса сморщилась, видя, как Сэмюэл вгрызается во внутренности ракообразного.

— Не любите лангустов? — задал вопрос герцог, желая начать беседу.

— Мне больше по душе рыба, — ответила Мелисса.

Сэмюэл обмакнул руки в миску с лимонной водой и заметил:

— Если желаете, я велю приготовить форель. Это блюдо у кухарки получается просто чудно.

— Не стоит, благодарю Вас.

— Маркиза Грейсток, утолите мое любопытство…

— Мелисса, просто Мелисса.

— Скажите мне, просто Мелисса, почему Вы защищаете чужого ребёнка? Откуда у Вас такой опыт? Насколько мне известно, замужем Вы не были, в порочащих связях не замечены.

Сэмюэл по-прежнему вёл переписку с со своим бывшим помощником. Сэмюэл навел справки о Мелиссе еще несколько месяцев назад, когда матушка изъявила желание пригласить гостью. Юная маркиза удивила его не только необычайно сердечным отношением к ребенку, но и тем, что и она решила пренебречь условностями.

— Наверняка Вас уведомили и о том, почему я в трауре, — констатировала Мелисса.

— Да, а еще я заметил, что Вы не снимаете ваши чёрные балахоны, которые вам совершенно не идут. Да и компаньонка Ваша тоже не явилась на ужин.

— Мистрис Кларк получила от меня вознаграждение и уже уехала к супругу. Чета помышляет об открытии маслобойни, вознаграждение, которое причиталось мистрис Кларк за мое сопровождение, поможет им. А репутация — это то, что меня волнует меньше всего.

— Вам нечего беспокоиться из-за репутации, слуги умеют держать язык за зубами. Раз Вы позволили называть себя по имени, Мелисса, то Вы можете называть меня Сэмюэл, — с непривычной для себя мягкостью сказал Сэм. Я буду рад, если Вы поделитесь тем, что у Вас на сердце, и обещаю, что Ваши слова не выйдут за пределы обеденной залы.

— Из-за глупой вражды наших семей, — тихо начала свой рассказ Мелисса, — я потеряла человека, которого любила больше жизни, потеряла надежду на счастье. Если бы не мои родители и необходимость подчиняться их воле, я бы давно уехала в монастырь и стала невестой Христовой. Что же касается юного герцога, не знаю, дозволите ли Вы мне откровенность...

Сэмюэл отметил, как лицо девушки озарила нежность при упоминании его ребёнка.

— Отец, желая разлучить меня с любимым, желая наказать меня и смирить мой дух, отправил меня в монастырь. Волею судьбы и сестры-настоятельницы я попала в детский приют, монахини посвятили меня в премудрости ухода за новорожденными и я смогла набраться опыта. Знаете, Сэмюэл, дети, как никто другой, нуждаются в любви и они же как никто другой способны отплатить за эту любовь сторицей.