— Пойдёмте, миледи, — кучер поклонился Мелиссе и с сожалением подумал о том, что если господин всё же женится на леди, с которой он провёл столько ночей, то обитателям замка придётся очень и очень несладко. Мелисса села в карету, заметила, что вся челядь высыпала её провожать. Девушка попросила передать наилучшие пожелания герцогу Аберкромби и поблагодарила его за гостеприимство.

Через несколько минут кучер остановился, пригладил вихры и сунул Мелиссе пироги.

— Простите нас, миледи, мы люди маленькие и подневольные. Нелл вон передала Вам пирогов, а здесь кувшин с водой. Вы же даже позавтракать не успели, Вас выгнали, как собаку шелудивую.

— Ничего, Арнольд, — улыбнулась Мелисса, — надеюсь, Вы не отправите меня в бордель.

— Да как Вы могли подумать такое, миледи? — перекрестился кучер, — в бордель я бы отправил кое-кого другого, хоть и грешно так говорить. Я отвезу вас в одно место. Когда вернётся герцог, он наверняка захочет Вас вернуть, я тогда и скажу ему, где Вы. Там, куда мы едем, довольно сурово, однако у вас будет кров над головой и пища, и никто не посмеет Вас обидеть. Волоска с Вашей головы не упадет.

Мелисса поблагодарила кучера и все её мысли вновь устремились к маленькому Александру. Она верила в то, что слуга действительно действительно отвезёт её туда, где она сможет найти приют.

Сидя в карете, Мелисса ждала, пока кучер с кем-то поговорит, потом девушка услышала, как Арнольд возвращается к карете и выглянула в окошко.

— Миледи Мелисса, — сказал слуга, — всё устроилось самым наилучшим образом. У Вас будет приют, и о вас смогут позаботиться. Я буду спокоен за Вашу судьбу, зная, что Вы не попадете в чужие руки. Герцог, когда вернётся, обязательно вас заберёт.

Мелисса тепло попрощалась с кучером и подошла к огромным дубовым воротам. У ворот девушку ждала женщина, одетая в чёрную рясу и с чёрным платком на голове. Женщина одобрительно оглядела Мелиссу и промолвила.

— Добро пожаловать в обитель святой Берты, дитя мое. Мы даём приют заблудшим душам, но тебе придётся поработать во славу Господа.

— Я не боюсь работы, матушка, — ответила девушка.

Мелисса улыбнулась, сейчас, таким вот причудливым образом сбылось её желание оказаться в монастыре. Она шла за монахиней мимо огородика и сараюшек с живностью, прошла и в здание монастыря — женщин ждали тускло освещённые коридоры. Девушка и её сопровождающая прошли и мимо большого зала, где монахини, послушницы, женщины в обычной скромной одежде — видимо, и им дали приют, подумала Мелисса — склонились над вышиванием и шитьем.

— Как мне обращаться к Вам, матушка? — спросила девушка монахиню.

— Я сестра Агнесса, дитя, — ответила монахиня. — Сейчас я проведу тебя в твою келью. У тебя будет соседка. Я очень надеюсь, что вы найдёте опору друг в друге.

Монахиня привела Мелиссу в скромную каморку, где стояли две кровати, накрытые колючим шерстяным одеялом, добротный комод и два стула.

— Располагайся, дитя мое, я жду тебя на трапезу. Потом я познакомлю тебя с твоей соседкой, с другими обитательницами нашей обители. Мы решим, чем ты можешь помочь Господу.

— Матушка, подала голос Мелисса, — возможно ли мне будет позаботиться о детях? Когда-то папенька, чтобы привить мне послушание, — Мелисса запнулась, — отправил меня в монастырь святой Катарины. Там, при детском приюте, сёстры научили меня обращаться с детьми, я была бы рада найти применение своему опыту и здесь.

Монахиня расплылась в довольной улыбке.

— Неисповедимы пути Господни, — воскликнула сестра Агнесса, — нам не хватает рук заботиться о юных душах. Располагайся, дитя.

— Зовите меня Мелисса, матушка.

— Ты можешь звать меня сестра Агнесса. Как разместишься, приходи на трапезу и потом мы с тобой отправимся в приют.

Мелисса подумала, что сестра Агнесса права — пути Господни действительно неисповедимы. Мелисса не знала, вернется ли за ней Палач, ведь матушка отправляла ее в Вайсеншлосс с тайной надеждой, что Мелисса составит счастье герцогу Аберкромби. Только вот Сэмюэл уже выбрал себе пару — громогласную и роскошную миледи Дегре. У Мелиссы осталась память о Сальваторе и о маленьком Александре. А сейчас она постарается согреть те души, которые нуждаются в ней.

В трапезной монастыря стояла тишина. Мелисса вглядывалась в новые лица — светлые и отрешённые лица монахинь, Божьи сестры поприветствовали её улыбкой. В их глазах девушка видела сердечность. Она заметила и пару дев, высокомерно смеривших её презрительными взглядами. Потом взгляд Мелиссы оказался прикован к другим женщинам — худым, уставшим, в огромных мешковатых платьях не по плечу. Эти женщины ответили девушке затравленными взглядами и прижали к себе болезненных детей.

— Наша обитель даёт приют всем нуждающимся, — подала голос сестра Агнесса. — Я хотела представить тебе твою соседку, только эта заблудшая душа опять спряталась в саду.

А что до разных женщин, которых ты видишь за этим столом… если бы не регулярные пожертвования близких наших подопечных, мы не смогли бы принимать всех.

Многим нужна помощь лекарей, травы не всегда помогают излечиться от хворей. Дети наших подопечных с четырех лет работали в шахтах, вместо ездовых животных или чистили камины. Мы стараемся облегчить их страдания, — добавила сестра Агнесса, — но и мы далеко не всесильны.

Подали крапивный суп. Все присутствующие в столовой приступили к благодарственной молитве. Мелисса повторяла слова, которые запомнила ещё с детства, однако девушка не могла отрешиться — она не переставала думать о маленьком Александре, наверняка Сюзанна опять посадит его в клетку и будет кормить рисовым молоком.

Мелиссе хотелось верить, что отец маленького Николаса Александра все же прислушался к ней, и позаботится о нужда ребенка, она надеялась, что герцог Аберкромби постепенно научится дарить своё тепло ребёнку, ведь детям как никогда нужна забота родителя.

Сестра Агнесса прервала мысли Мелиссы, тихонько тронув её за плечо. — Если ты уверена в том, что хочешь заботиться о недавно рождённых душах, я отведу тебя в приют.

И вновь Мелисса последовала за сестрой Агнессой по тёмным гулким коридорам — девушка и монахиня пришли в большую залу, где Мелисса увидела множество колыбелей, между которыми, будто юркий корабль, сновала еще одна монахиня.

— Мелисса, это сестра Эстер.

— Эстер, это Мелисса, она с радостью поможет тебе. Я оставлю тебя и постараюсь отыскать твою соседку, ей нужно учиться смирению.

Сестра Эстер подвела Мелиссу к столу, где кипятились глиняные бутылочки с резиновыми сосками и попросила девушку заняться кормлением. Мелисса порадовалась тому, что сестра Эстер не верила популярным советам миссис Битон, считавшей, что бактериям надо давать размножаться. Наоборот, монахиня видела, что плохо промытые бутылочки приводили к детским болезням или утере младенца. Мелисса отвлекалась на простые мысли и продолжала помогать монахине. В детской появилась ещё одна девушка, почему-то чем-то похожая на маленького Александра.

— Ты пришла, я рада тебя видеть, дитя моё, — обратилась к пришелице монахиня, — сможешь ли ты помочь нам?

— Нет, нет, пожалуйста, — голубоглазая светловолосая незнакомка жалобно смотрела на сестру Эстер, — я не выношу детского крика и грязи.

Мелисса увидела выражение ужаса на лице девушки и она поняла, что кучер Арнольд привёз её в монастырь, где находилась бывшая жена Сэмюэла. Чтобы подтвердить свои подозрения, Мелисса обратилась к сестре Эстер с вопросом.

— Это Мэриан Хэвишем?

— Да, это бывшая герцогиня Аберкромби, — грустно ответила монахиня.

— Дитя моё, — обратилась сестра Эстер к Мэриан, — постирай пелёнки, пожалуйста. У фонтана мыло и стиральная доска.

На лице Мэриан отразилось облегчение, бывшая жена Сэмюэла подхватила пелёнки и отправилась к фонтану, а сердце Мелиссы перехватило от невыразимой жалости. Она поняла, что что Мэриан Хэвишем страдала от душевного нездоровья. Мэриан Хэвишем просто не выносила маленьких детей.