Сэмюэл вздохнул и поклонился Мэриан.

— Милая Мэриан, мне жаль, что я не смог понять Вас в своё время и я виноват в том, что ваша участь оказалась столь печальна. Я постараюсь это исправить, если Вы мне позволите вам помочь. Леди, прощайтесь с сестрой Агнессой, мы возвращаемся в Вайсеншлосс.

Мелисса благодарно коснулась руки Сэмюэла и расцвела улыбкой. Сэм, покинув дворик, наткнулся на монахиню, которая слышала все объяснения герцога. Сестра Агнесса также с улыбкой приняла объяснения Сэмюэла.

— Обитель святой Берты — не место для Мэриан Хэвишем, — заметила сестра Агнесса, — хотя жаль, что с её отъездом в монастырь лишится части необходимой денежной помощи.

— Обитель не лишится помощи, — заметил Сэм.— Я всегда буду вам благодарен за то, что вы дали приют Мэриан и Мелиссе.

Девушки вышли — в руках у Мелиссы был всего лишь один её маленький чемоданчик. Сэм пошёл вперёд, а девушки последовали за ним к карете.

Арнольд хотел было поприветствовать маркизу, но слова застряли у него в горле, когда он увидел Мэриан. Однако, кучер нашёлся и радостно поприветствовал дам. Мэриан стала оглядывать карету и сняла с себя ветошь, привязанную к поясу. Мелисса сделала кучеру круглые глаза и Арнольд понял, что надо подыграть бывшей герцогине.

— Скажите мне, Арнольд, Вы же как следует мыли карету перед приездом сюда?

— Именно так, миледи, — кивнул Арнольд — и мыл, и скоблил, и чистил. Да и сейчас не извольте беспокоиться, карета была приведена в порядок.

— А пыль? Вы вытерли пыль? — спросила Мэриан.

— И пыль он тоже убрал, — добавил Сэмюэл, наблюдая за открывшимся перед его глазами представлением. Он с опозданием понял, что его бывшая жена страдала душевным недугом, который он сам не сумел распознать, и что монастырь ухудшил её состояние. Сэм спишется с помощником и попросит того подыскать лучших лекарей и лучший приют для бедной заблудшей души, Мэриан действительно была необходима помощь. А сам Сэм уже нашёл прекрасную девушку, которая способна его отогреть и которую он ни за что на свете не отпустит.

В карете Мэриан во сне крепко прильнула к Мелиссе. Сэм смотрел на девушку и не мог понять, откуда в ней столько милосердия. Он, к стыду своему, не смог разобраться в том, что высокомерие и придирки бывшей супруги имели имели под собой другую, более горькую сторону. Сэмюэлу казалось, что Мэриан просто жестока, он думал, что монастырь собьёт с неё спесь, думал, что возможно, родители заберут дочь и отправят её куда-нибудь в загородное поместье.

А оказалось, Мэриан больна, больна душевно, и родителям она не нужна. Мелисса заметила, что Сэмюэл посмурнел и спросила:

— Что омрачает вас?

Сэмюэл, глядя на спящую женщину рядом с Мелиссой, грустно заметил:

— Теперь Вы наверняка думаете, что мое прозвище Палача оправдано, что я упёк бывшую душевнобольную жену в монастырь. А я просто не знал, ничего не знал. Я не знал, что она больна, думал, что у нее дурной характер, и был страшно зол на Мэриан из-за жестокого обращения с сыном.

— Мы привыкли считать монастырь убежищем для заблудших душ, поэтому неудивительно, что вы решили участь Мэриан таким образом. Я сама когда-то получила в монастыре ценный опыт и нашла покой, когда-то я даже хотела уйти в обитель и отрешиться от всего мирского. Но Мэриан, Мэриан нужна помощь лекарей, и монастырские стены не обеспечат нужного ей покоя. Самое главное, вы поняли это сейчас.

— Я могу пообещать вам, Мелисса, что Мэриан получит лучшую помощь. Я немедленно напишу помощнику, напишу матушке, они подскажут, в какую клинику лучше поместить Мэриан. Только не бросайте меня, — вырвалось у Сэмюэла. — И моему сыну тоже, как никогда нужно ваше тепло.

В ответ Мелисса ласково улыбнулась Сэму, а тот почувствовал, что ком, подступивший к его груди, начал таять.

Герцог выглянул из кареты и заметил, что они уже подъезжают к Вайсеншлоссу. Карета миновала заставу стражи, подъехала к самому замку. Мелисса и Мэриан вышли из кареты. Мелисса увидела, как их высыпали встречать все слуги, девушка обратила внимание и на то, как вытянулись лица челяди, когда они заметили Мэриан.

— Баронесса Хэвишем побудет несколько дней в поместье, до отъезда, — заявил Сэмюэл, — когда леди будут готовы, подавайте ужин.

Мелисса улыбнулась, поприветствовала слуг и прошла в замок, который стал ей домом. Мэриан вцепилась в ее руку и безучастно смотрела на челядь.

Вечером, за ужином Мэриан почти не не дотронулась до куриного куриного крем-супа, обошла своим вниманием и холодный мясной пирог. Сэм, после закусок, отдал должное говяжьему жаркому с овощами и грибами, за которым последовало овощное рагу и пудинг с сухофруктами. А ещё Сэм не мог оторвать глаз от Мелиссы, которая окружила Мэриан заботой и вниманием.

После ужина девушки встали, и Мэриан сказала:

— Мне нужна ветошь, мне нужна чистая ветошь. — Во время ужина Мэриан несколько раз меняли чашу для омовения рук. Мелисса сняла с пояса Мэриан тряпку и протянула ей ветошь, а потом Мэриан попросила Мелиссу повернуться.

— Повернись, пожалуйста, у тебя остались волосинки на плечах. — Мэриан собрала волосы с плеч Мелиссы и стала протирать стулья, говоря о том, как же всё грязно. Мелисса позволяла ей это делать некоторое время, потом мягко сказала:

— Мэриан, пойдём, я помогу тебе подготовиться ко сну, а слуги довершат начатое. Ты не волнуйся, они устроят генеральную уборку, правда, Сэмюэл?

Сэм, шокированный видом жены, ошеломлённо кивнул и выдавил из себя, что отдаст все необходимые распоряжения. Мелисса увела Мэриан, ласково обнимая леди Хэвишем за плечи.

Сама Мелисса предполагала, что Мэриан, возможно, разволнуется, оказавшись в среде, не принесшей ей радости. Мэриан же демонстрировала безразличие, оживая только тогда, когда видела воображаемую грязь. Сэм отправился в кабинет, написал покаянное письмо матушке, а также отправил просьбу помощнику. Как только они сообщат адрес клиники, он примет решение и отправится туда вместе с Мэриан — только в этот раз он лично, тщательно всё проверит. А пока Сэм пойдет навестить сына.

Сэмюэл направился в детскую, и увидел как Нелл укачивает его сына и поёт старую ирландскую песню: “Однажды к нам приплыли три корабля, и на корабле приплыли три девушки. Одна умела петь, а другая танцевать, а третья могла свистеть так, как не свистел никто другой”. У кухарки задорная ирландская песня получилась как колыбельная — напевная, протяжная. Сэм видел, как его малыш тихо закрывает глаза. Сэмюэл не стал тревожить Нелл и вышел из детской.

Выходя из детской, Сэм столкнулся с Мелиссой, он сразу обратил внимание, как девушка девушка почему-то едва сдерживает слёзы. Сэмюэл аккуратно взял Мелиссу за руку.

— Мелисса, мне нужно с вами поговорить

Мелисса и Сэм прошли в кабинет Сэма.

— Как Мэриан?

— Она заснула, я не могу сказать, что с ней всё хорошо, но я ожидала худшей реакции. Сэм, Мэриан видела ребёнка.

— И что? — взволнованно спросил герцог.

— Она расплакалась и сказала, что ничего не чувствует, а потом…— тут Мелисса сглотнула ком в горле, — Мэриан промолвила, что отдает ребёнка мне. Она попросила быть для него матерью.

По щекам Мелиссы текли слёзы.

— Вы не чувствуете, что готовы к такой ответственности?

— Сэмюэл, я прикипела душой к маленькому Александру, ему как никогда нужны тепло и забота. Ему нужно наладить режим питания и сна. Только вот, герцог…

— Вы же звали меня Сэмом!

— Только вот, Сэмюэл, я не могу вечно быть вашей гостьей. Как только я удостоверюсь, что с Мэриан всё в порядке, что у Николаса Александра всё замечательно и о нем можно не беспокоиться, я напишу матушке и попрошу, чтобы они забрали меня домой. Если мои родители откажутся принять меня, я отправлюсь в обитель святой Берты, там всегда нужны рабочие руки.

Привязавшись к ребенку, Мелисса поняла, что начинает привязываться и к Сэмюэлу, девушка думала, что герцог не отвечает на ее чувства.