— Стойте! Куда это?

Массивная спина замирает у лестницы и Север бросает через плечо жуткое:

— Ко мне. Потрахаемся и будешь свободна.

Я сейчас точно где-нибудь свалюсь от шока. Он хоть понимает что говорит? Ну, да. Авторитет. Но это не значит, что каждая девчонка готова прыгнуть на него. Я вообще таких властных и влиятельных людей боюсь и остерегаюсь. Десятой дорогой обхожу, но сегодня не фортануло. Все-таки стоило отдать поручение кому-то еще. Теперь мне все расхлебывать.

— Хорошо, — хриплю сама не понимая что делаю. Мужчина на мой ответ лишь усмехается, мол я и не спрашивал твоего разрешения. — Только позвольте мне закончить свою работу. Если не выполню задание, управляющая с меня три шкуры сдерет. Там в другой випке сидит…

— Как же ты много пиздишь, — вздыхает он.

Я тут же закрываю рот.

— Давай только быстро. Мои ребята тебя проводят.

Север кивает двум вышибалам, которые тут же приходят в движение. О, нет… Я ведь рассчитывала аккуратно смыться отсюда. Но теперь правда придется вручить подарок и… А дальше посмотрим.

Прислушавшись к дверям, я примерно понимаю за какой стенкой сейчас отмечают день рождение. Стучусь, захожу, а вышибала за дверью сторожат. Атмосфера в випке тоже не из легких, но тут хоть порядочные люди сидят, а не бандиты.

Быстро кладу бутылку на стол, который уже валится от еды и спиртного. Передаю слова хозяйки и выматываюсь, пока меня мысленно не раздели.

Все мужчины одинаковые.

— Нам туда, куколка, — толкает меня в плечо громила. Совсем чуть-чуть, но я едва не упала.

Спускаюсь вниз как на собственную казнь. Что же делать? У кого просить помощи?

— Мне это… Нужно предупредить управляющую.

— Не волнуйся, — фыркает мужик, ведя нас к выходу. — Северу еще никто не отказывал.

Эта фраза гвоздем вбивается в мое сердце.

Никто не отказывал…

И я не смогу?

На улице нас ждут ожидаемо чисто бандитские машины. Чёрные, огроменные, с тонировкой, они стоят в ряд, сверкая узнаваемыми госномерами.

Я от страха даже про куртку не вспомнила, а на улице уже сентябрь!

Нет, нет. Так нельзя. Не могу же взять и поехать с этими людьми. Они же меня потом того… на тот свет отправят после того, как изуродуют мое тело.

У меня вообще-то парень есть.

— Я… не могу поехать с вами, — мой голос звучит жалко, выдавая весь мой страх. Север, открывший было водительскую дверь, разворачивается, скептически поднимает одну бровь.

— В чем дело?

— Вы ошиблись, — судорожно облизываю губы. Тяжело говорить, когда на тебя угрожающе смотрит человек, который щелчком пальцев может сделать так, что тебя никогда и не существовало. — Я не шлюха.

Ледяной сентябрьский ветер рвет мои тонкие рукава, но я не чувствую холода, только жгучую волну адреналина, когда Север делает шаг ко мне. Его тенистые глаза сужаются, будто рассматривают добычу, которая внезапно заговорила.

— Не шлюха? — он произносит это медленно, растягивая слова, как будто пробует их на вкус. — Тогда почему согласилась?

Я сжимаю кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

— Потому что вы не оставили выбора! — голос дрожит, но не от страха, а уже от ярости.

Один из вышибал хватает меня за локоть. Железная хватка, от которой появится синяк. Но Север поднимает руку, и тот мгновенно отпускает.

— Я… не могу поехать с вами.

Мой голос звучит жалко, но Север даже не моргает. Его пальцы сжимают дверцу машины так, что белеют костяшки.

— Ты уже согласилась.

— Я передумала!

Он медленно закрывает дверь и поворачивается ко мне. В его глазах не злость, а холодное, расчетливое раздражение, будто я испортила ему какой-то план. Мужчина приближается, и я чувствую запах дорогого табака и чего-то опасного — металла, крови, власти.

— Знаешь, что я ненавижу больше всего? — его голос низкий, почти спокойный, но от этого еще страшнее. — Лживых людей.

Я делаю шаг назад, но один из его людей тут же блокирует путь.

— Я не вру!

— Ты сказала «хорошо». Теперь вдруг «не могу», — он стоит почти вплотную, и я чувствую, как запах его одеколона — дорогого, древесного смешивается с холодным осенним воздухом. — Значит, либо ты лгунья, либо дура, которая не понимает, с кем говорит.

— Я просто испугалась!

Север внезапно хватает меня за подбородок. Не больно, но так, что я не могу отвести взгляд.

— Вот видишь, а теперь говоришь правду.

Его пальцы горячие, почти обжигают кожу. Я пытаюсь вырваться, но он не отпускает.

— Вы не имеете права…

— Имею.

Он произносит это так просто, будто обсуждает погоду.

— Я — Владислав Морозов. В этом городе я решаю, что можно, а что — нет.

Мое сердце колотится так сильно, что, кажется, он это слышит.

— Но я… у меня парень…

Север усмехается.

— И что?

— Я не хочу его предавать!

На его лице мелькает что-то похожее на разочарование.

— Наивная.

Он отпускает мой подбородок и кивает вышибалам.

— В машину.

— Нет!

Я пытаюсь дернуться, но один из громил легко подхватывает меня на руки, как мешок.

— Пустите!

Север открывает дверь, и меня буквально заталкивают внутрь. Салон теплый, кожаные сиденья мягкие, но я вся дрожу.

Он садится рядом, хлопает дверью и поворачивается ко мне.

— Слушай внимательно, Влада.

Его голос теперь без эмоций — четкий, как приказ.

— Ты уже здесь. Ты уже сказала «да». И теперь ты поедешь со мной, потому что я так решил.

Я сжимаюсь в углу, но он не трогает меня, просто смотрит. Изучающе, оценивающе. Как что-то диковинное.

— Но знай, если ты действительно не шлюха…

Он делает паузу, его глаза темные, как небо за тонированными стеклами.

— … то у тебя есть ровно один шанс это доказать.

Машина трогается, и я понимаю — спастись уже невозможно.

Чёрный внедорожник резко скользит по ночным улицам, а я прижимаюсь к дверце, будто могу провалиться сквозь неё. Север достаёт сигарету, не спеша прикуривает, и в салоне пахнет дорогим табаком и угрозой.

Интересно, сколько сигар в день он выкуривает? Это же вредно для здоровья.

— Так кто же ты, Влада-не-шлюха? — дым стелется между нами, создавая дымчатую завесу.

Я сжимаю колени дрожащими пальцами.

— Я сказала правду. Официантка.

— Официантки не лезут в вип-ложу к бандитам. Для этого у вас там другие девочки, — он прищуривается. — Кто тебя подослал?

— Никто! То есть… Управляющая попросила передать подарок важному гостю в випке. Видимо, мне назвали неправильную дверь, вот я и… попала.

Север делает глубокую затяжку, выпускает дым колечком. Он мне не верит?

— Сколько тебе лет?

— Двадцать два.

— Лжёшь.

Я вздрагиваю.

— Двадцать один! В ноябре будет…

— Видишь, уже лучше. — его пальцы постукивают по подлокотнику. — Родители?

— Мама — учительница, отец… — я глотаю ком, — умер три года назад.

Север на секунду замирает, его взгляд становится пристальным.

— От чего?

— Инфаркт.

Он медленно кивает, будто сверяя с какой-то мысленной картотекой.

— Как зовут твоего парня? — внезапно бросает он. — Как познакомились?

Я моргаю от неожиданности.

— З-зачем вам это? Проверить говорю ли я правду?

Север вдруг усмехается, а у меня лёд пробегает по спине.

— Я проверяю всё, — он наклоняется ближе, и я вижу тень щетины на его резко очерченной челюсти. — Особенно когда мне врут.

Я отворачиваюсь к стеклу, за которым мелькают огни города. Мы уже отъехали от центра, но я понятия не имею куда меня везут и что со мной будет.

Безумная мысль приходит в голову, и я резко хватаюсь за дверную ручку. Та, к удивлению, поддается и дверь даже чуть приоткрывается.

— Больная что ли⁈ — рявкают на меня и хватают за шкирку. — Ты хоть осознаешь на какой скорости мы едем? Расшибешься как блин!

— Пустите меня!