Говорить о том, что некие люди проникли в ассоциацию и хотели устроить тут погромы и диверсии… можно, но не стоит. Хотя бы потому, что напрочь непонятно кто за всем этим стоит. Да, догадаться то можно! Учитывая… совпадения по времени, но доказательств то нет! Никаких! И свидетелей теперь тоже, нет никаких. Все концы… ушли в «воду» час назад, вместе со смертью последнего пленного.

Не говорить? Можно! Никто ничего и не знает и знать не должен! А все, кто будут задавать вопросы, сами себя вскроют, ведь знать подобное они не должны и… можно будет работать. Это же самое и касается событий у замка детей, вопрос о котором пока лучше не поднимать самому, наблюдая, и отслеживая всех тех, кто эти вопросы сами первыми задаст. И от того, с какого ракурса они будут поданы, решать, как действовать дальше, и судить о возможных планах и ходах «неприятеля».

Понятно, что совсем отмолчатся и затаится не выйдет! Но в тоже время — говорить что-то конкретное сейчас точно рано! Тем более учитывая прошедший слух о, хех, очередной, гибели самих детей, и тот факт, что в их замке уже потерялся не один десяток визитёров, желающих пощупать собственность, оставленную без хозяев. И этим тоже стоит пользоваться — пусть лезут туда, а не сюда! И теряются там… пачками, дав хоть миг передышки.

Для тех, кто хоть немного умеет думать, будет ясно и так, что у деток все так же все в ажуре. И эти дети, которых уже хоронят не в первый раз, живы, здравствуют, и не имеют никакого отношения к тем двум трупикам в кусках брезента, что увезли охотники на машинках в здание ассоциации из замка.

Для тех же, кто с головою не в ладах… можно говорить им все что угодно, а все равно будет неубедительно! И когда пирог столь манит… они все равно попробуют попробовать откусить, веря больше в лож, чем в правду.

А вот по части пленения партийца промолчать точно не выйдет, и придется идти в сознанку и самому начинать с разговора об этом. Опора, точка ответного обвинения на заявления об незаконном захвате тут вполне уверенная — публичное оскорбление! Но вот дальше… дальше начинается настоящая головная боль, и то, что рушит все уже составленные планы на речь, перечеркивая все прочие доводы сразу на два раза.

Партийца нет, он труп. Вернее, даже — стал просто лужицей непонятной массы, и собранные словно по тревоге ученые умы, разводят руками глядя на эту субстанцию, да берут анализы и ведут исследования, пытаясь хоть как-то понять, что это такое. И как человек, с костями и органами, превратился… в что-то похожее на жидкий клей. Словно бы… сварился заживо, но только без варки.

А раз нет тела, то даже и сказать, что его убили в камере сторонние вторженцы не получится. А в историю об растекающихся лужицей людях никто не поверит. Не дадут поверить, несмотря на наличие записей с камер видеонаблюдения и контроля.

Свалить все-всё на свторженцев? Сказать, что это они, похитили или кислотой облили бедного? В теории можно, и звучит убедительней правды и не выглядит отмазкой как правда! Да и доказательства наличия вторжения полно и валом, благодаря детям и их заботы об системах наблюдения, но… этот путь ведет явно куда-то не туда.

Тела нападавших, имеют все признаки принадлежности к Шурелге. У них, можно сказать, на всех чипах написана страна производства! А если поковыряться глубже, то можно будет понять и конкретные анклавы, пославших этих людей на этот конкретный штурм.

Вот только… не сходится это все! Вернее — слишком гладко сходится! И даже сам факт не подтёртых надписей и такое открытое применение всех полусекретных и секретных разработок этой страной против соседа, выглядит… как красная тряпка и знак того, что это какая-то лютая подстава.

Жители гор конечно те еще уроды без чести и совести, но все же не дураки! И так бы по глупости никогда бы не подставились. Или бы наоборот — шли бы в бой с гордо поднятой головой, и нашивками армии, а не так вот… с клеймами на чипах! Что понятна принадлежность только после вскрытия.

Шутка ли, за последние полвека никому так и не удалось безоговорочно связать какой-нибудь налет или грабеж с Шурелго! Хотя все прекрасно знают, что это были они — деньги то у них в итоге всплыли! Но… даже когда кого-то из налётчиков на очередной банк брали в плен, толку не было — их просто наняли! И сказали, что делать и как.

Даже когда кого убивали — тела без опознавательных знаков, с оружием и снаряжением «из магазина» и распространенное повсеместно, с гражданством разных стран, или и вовсе — неизвестные с винегретом!

А уж в каком-то таком разбое, как нападение на ассоциацию охотников, эти ребята с гор точно никогда не светились. Или еще лучше прячутся, или и вовсе, не считают целесообразным дергать тигра за усы, и класть голову ему в пасть. Боятся ответки!

И дело вовсе не в охотниках! Ведь в отличии от банков, которые к ним всё равно никто не придет грабить — нечего там брать! Фантики! Устроить революцию в каком-нибудь анклаве соседи в отместку за террор вполне могли бы, и не делают скорее из жалости.

Властители этих городов государств очень трясутся за свой трон! И по сути держат всех своих же людей в заложниках. И если с ними что-то случится — случится что-то и с населением! Так что… там все трясутся над своими правителями как над последним кусочком хлеба, не желая умирать следом.

А все эти правители просто страсть как боятся предательств и измен! Все они сами пришли к власти, придав своё же собственное единое правительство, установив там наследную династию. А потому не хотят давать лишнего повода кому-то сделать тоже самое. держа все под контролем, в железном кулаке, и стараются… не переходить определенную черту в отношениях с соседями.

Банки, грабежи, налеты на приграничные города — это все фигня! Ведь по-настоящему сильных врагов в иерархии своих соседей правители Шурелги никогда не трогают. И охотники, в числе сильных. За них, и свои могут вступится.

Но все же сейчас… с гор доносится что-то несвежее. Там… идут какие-то нездоровые шевеления, очередные, в связи с потерей ими куска карты. Но вряд ли это может иметь хоть какую-то связь со столь дерзким нападением. И кончится все скорее всего очередным бряцаньем оружия на границе и перестрелкой через «непроходимую ленточку» докуда долетит снаряд.

Впрочем, могут и новый передел власти меж собой учинить, а могут и проще — свои же низы династии пощупать старших за вымя со всеми вытекающими от сюда последствиями.

— Эх…

Но все же главный вопрос вызывает эта точная стыковка по времени, синхронизация с началом «разложения» партийца. Точность — слишком велика! И таких совпадений просто не бывает. И от сюда вывод — или партия работает на них, или они на партию. Никаких электронных чипов в теле партийца точно не было, а иных устройств в Шурелге и не выпускают.

А еще дети. «Карманные пятёрки» как и за глаза самих детей, и уже в глаза Павлу все стали называть. Его карманные пятерки! И непонятно, то ли их хвалить, и гладить по головке как этот Лари свою сестру у него там в кабинете, или же… не хвалить.

Ведь все началось из-за их глупой шутки! Что поставило на уши полгорода разом. Из-за… недопонимания! И очень однозначно сформулированного письма, в иносказательность которого как-то и не верится. И… они вроде сознались в своей ошибки, повинились, извинились, и даже, условно, компенсировали потери, но… всё из-за них!

И в тоже время — без них ассоциация сейчас бы лишилась всего. Сервера были бы взломаны, системы наблюдения перехвачены и данные оттуда скорее всего утекли бы «куда нужно», и даже альтернативные виды записей с резервных хранилищ, были бы… уничтожены и не подлежали бы восстановлению.

И все это… возможно прошло бы тихо и без шума! Без пожаров, взрывов, прочего, и как следствие — даже без внятной огласки. И людей бы погибло тоже, больше, и сильно, вплоть до полного устранения всего командного звена ассоциации, а то и немалой части простых охотников первых двух ступеней силы.

И пока люди Павла тряслись бы над телом растекающегося в лужу человека, ассоциацию… просто размазали бы в тонкий блин, как минимум с юридической стороны вопроса. Ну а проблемы с партией и её мертвым членом, только усугубили бы суть проблемы, и грянувшею со спины беду.