И как-то только и не ясно из учебников истории, даже с точки зрения «стройной официальной версии», кто и когда её в действительности разрушил. Вот только — в случае с Павлом, что уже жил на этом свете, когда это произошло, все несколько не так, как в случае с иными людьми, родившимися после этого события. Или даже теми, кто был тогда совсем-совсем маленькими.

И от моих слов, и явного задевания за больное, он нахмурился пуще прежнего, а я продолжил свою речь:

— Так что люди, умеющие мыслить, вполне поняли уровень боеготовности этой провинциальной столицы, оценили и уровень подготовки охотников и их сплоченность, и… наверняка представили себе то, что было бы, будь все тоже самое не тут, а у них, там! И не поверили в исход, который встретил Ван, так что… — развел я руками, пожимая плечами, типо «думайте сами, к чему это приведёт».

И Павел всерьёз задумался над моими словами, хотя что-то как-то не думаю, что он, не думал о подобном до этого, просто решил еще разок обдумать такой вот вариант развития событий, с потоком беженцев, в обратную сторону.

— К тому же, через полгода, максимум год, хотя скорее даже раньше, ситуация с порталами стабилизируется, и во всем мире все станет так же, как и было до.

— Везде, кроме Вана! — добавила свой Юнь сестренка, натянув на лицо загадочную улыбку.

— Кроме Вана. — подтвердил её слова и я, дополнив слова кивком головы, — тут порталов не будет. Вообще. Мы уж постараемся.

Павел, озадаченно на меня посмотрел. Сначала на меня. потом на мою сестру. Вновь на меня.

— Наш замок. — намекнула сестричка, вернув внимание на себя. — Мы же обещали.

— Так… — раскрыл рот наш собеседник, но не договорил, будучи перебитым все той же девчонкой.

— Мы его доделаем, и никаких порталов во всем городе более никогда не будет! — заулыбалась она вовсе зубы, а Иф, вновь ушел в глубокие думы.

— И это так-то тоже проблема. — пришел он к некому выводы, произнеся эти слова глядя на меня, и я пожал плечами в ответ.

— Да. Охотники живут с подземелий. Не будет подземелий — на че им жить? И нынешняя ситуация наглядно демонстрирует эту проблему. Но в тоже время — сейчас всё в одной лодке, и привыкнут путешествовать.

— Или сбегут.

— Или сбегут. — согласился я с суровым Павлом, — Но в любом случае — где-то же нужна тихая гавань? Даже для охотников! Даже нам, — приложил я руку к груди, и сестра повторила мой жест, — она нужна! Даже у нас есть те, кого стоит защищать, и кому неплохо было бы жить там, где нет угрозы прорыва монстров.

Павел, вновь задумался над моими словами, обдумывая уже эту новую мысль, новый взгляд, на эту вполне известную проблему. Работа нужна всем, иначе не прожить, и чем ближе к дому — тем лучше! Но в тоже время — работа не должна приходить домой! Тем более — без спросу! И не один охотник не пожелает того, чтобы пока он в командировке, работает на зачистке портала высокого уровня, его семью вырежет какая-то мелочь из прозеванного портала единички! А ведь такое вот, этому подобное, не просто бывает, а часть жизни!

Маленькие порталы, трудно обнаружить, и прорывы у них из-за этого регулярны и норма жизни. Высокоуровневые порталы довольно редки, и охотнику с большим количеством звезд в любом случае придется ездить по стране или даже иногда миру, чтобы чистить подземелья себе под стать, не маясь фигняй в мелко уровневом мусоре, не приносящим толком ни денег, ни трофеев.

Можно конечно и мелочь вычищать, если она реально открылась рядом с домом. Можно конечно и реально никуда не выезжать! И все время сидеть рядом с родными, трясясь как квочка и охраняя как цербер. Но — не все согласны на такое! При этом сложно найти охотника, что не думал бы о безопасности своих неодаренных близких. Разве что у сюзерена такое можно встретить, ведь у них там, как я уже успел узнать от Павла, и за людей то не считают! Но в Залихе даже думать о подобном что-то неприемлемое.

— Да, на этом можно неплохо сыграть, — кивнул сам себе председатель ассоциации, придя к каким-то своим мыслям, — Но вы уверены, что подземелий не будет? — внимательно посмотрел он на нас двоих.

— Да. — кивнул я.

— Пока стоит наш замок! — стукнула кулачком себя в грудь сестричка, вновь улыбаясь во весь рот.

— Пока стоит замо… — словно бы попробовал на вкус эти слова Павел. — А если…

— Не волнуйтесь, — проворковала сестренка, все так же лыбясь, — наш замок не так просто разрушить!

А я подумал о том, что удар термоядерной боеголовки под основание замка вполне в состоянии его пусть не уничтожить, но вывести из строя до уровня, когда проще новый собрать, чем руины починить. Моя старая привычка сыграла против меня! И основная защита замка — сверху! А снизу у него «мягкое брюшко» и уязвимое нутро.

Все же… под замок термоядерную боеголовку мне еще не подкладывали! Да и сейчас… я сам построил замок прямо на ней! Да еще и «наступил» на неё в процессе постройке. И эта, некая, утонувшая там, в болоте, на запредельной глубине, и как видно очень древняя ракета, из-за магии свай, и моих изыскании по её поиску и осмотру, стала оживать. Стала… вновь активной! И… я даже не знаю, сколько там осталось до ахтунга!

Как и не знаю, будет ли взрыв вообще, или может всё обойдется, и остатки неразложившегося сердечника, ядерного инициирующего заряда, что перешли в активность под действием магии, просто разложатся со временем без детонации? Без лавинообразного распада?

Нет, в это верить как-то не приходится. И радует только то, что семьдесят метров вязкого грунта до замка, при взрыве, чуть-чуть смягчат удар. И по расчетом, максимальный урон, что получит замок в итоге — раскол на две неравные дольки. И мать в башне наверху никак точно не заденет.

И я уже отправил наших «приблудышей» туда же, временно переселив их из надвратной башни в главную, так — безопаснее! Там — сейчас самое безопасное место замка, где точно ничто их не достанет и им не угрожает.

А еще… в случае большого взрыва в грунте под замком, потеря всех свай неминуема — их перебьёт и переломает ударной волной, сваи не рассчитаны на подобную нагрузку. И той мощи, что там сейчас, как понимаю. Лежит-покоится на дне болота, как понимаю хватит не только на работу камнедробилкой по каменным колоннам, но и даже и полного уничтожения некоторых из них! Вплоть до испарения.

Магия, не любит нагрева! И от шара плазмы термоядерного взрыва, магически насыщенный гранит «ножек» замка, потеряет львиную долю своих свойств и станет… обычным! И… испарится.

— Да и переезжать мы пока никуда не планируем. — улыбнулся и я, отбросив мрачные мысли, привлекая внимание председателя к себе, — Нам здесь нравится, и пока что — всё устраивает.

А бомбу надо в любом случае деактивировать! Ведь она… нанесет уж больно много вреда городу пре взрыве. Будут разрушения, жертвы… сотни обратившихся в руины домов! Ведь тут, хоть и знаю о взрывах и тварях много, и арматуры в бетон не жалеют! Но вот расчеты на землетрясения, и ударную волну термоядерной бомбы, всё равно не ведут.

А не для того мы тут спасаем жизни людей и строим им жильё, что бы эта вот хня… все в итоге покерила. Чтобы люди… умерли в собственных же домов! Под обломками! Чтобы…

— Значит… считаете, что стоит… поставить все на возможном росте цены? — намекнул Павел на, как видно, цены на землю и недвижимость города, и мы синхронно закивали в ответ.

— Думаю, тенденция и сейчас уже наблюдается. И после падения, сейчас идет рост.

Павле задумался, и утвердительно кивнул, пусть и пояснил то, почему он не предавал этому особого значения раньше:

— Аналитики прогнозирует дальнейшее падение после роста, связанно это с невозможностью дальнейшей реализации купленного. Нуждающихся в жилье и прочем, готовом, много, но у них тупо нет денег это купить, примерно тоже самое и с землей — кому она нужна, если строить некому? Когда в регионе даже с цементом имеется немалый дефицит? Цементный завод был разрушен монстрами, ну и… эх, в общем — всё плохо и по части возможной застройки пустырей и руин, а держать землю как актив вот просто так готовы немногие. Тем более после начала падения цен на эту самую землю.