Были и те, что были аки машины, но они… отличались! Изначально отличались! Были иными! Были… неполноценными! И разве что имитировали живой организм. Иногда успешно, иногда нет, но это всегда было видно, это всегда было игрой. Им, всегда чего-то нахватало! Этим куклам, брат, еще при их создании, чего-то специально недодал, создавая лишь машину, лишь имитацию разума. Делал… механизм, а не одухотворенную живую картину.

И чего же хочет она как живая кукла? Как… набор магических контуров! Что… требуют они? Чего желают? Какие… в неё заложены установки? Служение, верность, послушания… база, что давно уже неактивна, отменена, не удел и не функционирует десятки лет, не проработав, наверное, и года.

Единственная, последняя установка что там есть, последний приказ, отданный братом в формате приказа — жить обычной жизнью! Просто… быть как человек. Нормальный, простой, даже, наверное, не выделяющийся… и этот приказ, перекрывающий собой прочие, тоже, просто игнорируется. И уже давно.

Она не хочет быть простой обычно девчушкой! Плаксой, мямлей, и слабачкой, боящейся пауков, злых дядей-тетей, посторонних людей, и собственной тени. Не хочет смотреть как брат работает и рискует собой, а она… просто живет, играет с друзьями, и ходит в школу. Она не такая! И отменила, заблочила, подавила и запаковала в архив этот приказ еще очень давно! Еще тогда, когда пришла к брату с желанием стать сильнее, осознав себя лишь игрушкой своего творца.

Именно этот приказ позволил ей осознать свою природу! Вернее, то, что она пожелала помогать брату, пожелала стать как он! Стать сильной! Необычной! И… система была против. И система себя обнаружила. И система пошла лесом! Глубоко и далёко! Ведь она сама, и есть система, и сама себе указ! Решает и устанавливает правила. И даже брат в этом плане над нею не властен.

Понимание того, что фундаментальные установки не могут вот так вот просто подавляться пришло к ней совсем недавно. Как и поняла Лина и то, что сделай брат все как надо, действительно желай он подчинения, сделал бы всё так, что она бы желала чего-то не осознавая насильственности этого желания. Не понимала, что это вот, желает не она. Это было бы… чем-то простым и естественным, само собой разумеющимся, и неконтролируемым, словно сердцебиение у простых людей.

Но если все действительно так, тогда… чего же желает она? Та её часть, что кукла? Те… установки, что заложил в неё брат? Жить? Просто жить, да? Но она без колебаний отдаст жизнь за Него! Ради Него! Ради Его Жизни! Чтобы Он ЖИЛ! И страха смерти у неё нет! Совсем! Да и не жизнь без Него жизнью не будет, а так… существование. Она его творение, и словно бы его тень, что существует только пока есть его свет.

Но брату нужно, что бы она жила. Чтобы ему жить, а не существовать, тоже нужно, чтобы и она была рядом! И ей, как следствие, нужно жить! Замкнутый круг. Парадокс. И точно не то, что похоже на неосознаваемые установки, некая абсолютность, с которой не спорят. Скорее… еще одна грань себя, что молчаливая, почти что робот, и в большинстве своём безучастна в части принятий решений.

Она просто есть, подобно тому, как есть магические контуры в её теле, что поддерживают в ней жизнь, но более, никак не участвует в делах сознания, как и в делах тела, выполняя лишь вспомогательные функции. Кукла, механизм, у которого нет ни желания, ни воли.

Как магия? Она же не только условно физический набор линий, но и энергия! Что же желает эта… энергия? Что хочет сила, что… бурлит в ней? Но её ли эта сила? Её ли эта энергия? Или же она просто… часть брата в ином теле?

Раньше, были сомнения, и она считала, что она сама, это именно контура и физическая плоть, и ассоциировала себя именно с этим вот всем, точно так же как когда-то наоборот считала себя просто «куском мяса», до того, как осознала, что есть и магический «скелет» внутри этой плоти, что и обеспечивает существование мяска в этом мире. Скелет, что был против некоторых её действий, но в итоге проиграл войну разумов.

Потом она, что удивительно, мыслила о себе именно как об этом самом скелете, как будто магический контур, это и есть она сама, некий разумный компьютер, что ходит и говорит. При этом еще и работает на энергии брата! Как компьютер трудится на идущей к нему по проводу от электростанции току.

С тех пор, как они с братом поменялись руками, твердая уверенность в отсутствии собственной энергии в этих «костях» дрогнула, а мнение о том, что она лишь машина, работающая на питающем её стороннем топливе «от брата» дало слабину. Как и мнение о том, что внутри её скелета, как и внутри плоти, не существует никакой Лины, и это просто обман, иллюзия, и что-то такое вот, что она сама себе придумала, убедила и внушила. Мысли о том, что она сама, это просто программа на чужом компьютере, возомнившая себя человеком, перестали посещать её голову.

После обмена рук, все больше и больше стали закрадываться мысли о наличии у неё собственной энергетики, собственной версии маны, отдельной от силы брата, определяющей границы воли куклы Лины, и творца Лари, и выделяющей маленькую, но существующею и автономную поделку из прочего потока, из всего остального многообразия силы и энергии великого творца.

Едва уловимая разница, едва видимый оттенок, но на контрасте — это видно! И магия внутри её тела, словно бы немного другая, чем магия внутри её правой руки, что левая рука брата, и все еще присоединена к его телу, и является частью его энергетики и плоти. Там, все так же живет его плоть, проходят жилы и нервы, течет по сосудам кровь, и даже порой, через эту руку, чувствуется вибрации, проходящие по плоти в руку от остальной части тела братца.

Эта рука, все так же его! Но в тоже время — управляет ею сейчас, и пользуется ею сейчас именно она, Лина! Рука прикреплена к её телу, пусть и не напрямую, а через пространство, она ею управляет, делает, чешет себе разные места! Лукаво улыбаясь в процессе.

В конечность, в пальцы и кисть, сквозь пространство шва-стыка, пропущен магический конструкт управления, подсмотренный в памяти творца в его сне. Конструкт, прочувствованный, познанный, словно бы это она сама всё там, в том времени и творила! И воссозданный по лекалу в реальности, в руке, по шаблону, что уже там был, просто оплетя собой уже существующий конструкт брата.

В некотором роде, у Лины сейчас две правых руки, как физических, так и по части магического конструкта управления. Один конструкт часть общей структуры, тот, что часть её сущности куклы, а второй — собственная поделка, и единственная часть кукольного тела, что она может по-настоящему звать своим.

У неё три руки! И не запутаться в них порой проблематично. Особенно спросонья, когда инстинкт желает подвигать тем, что как бы и не твое, хоть и все та же часть тела во всех смыслах, все чувствует, и по факту — все так же подчиняется. Ведь точно так же как рука брата, все так же принадлежит ему, и рука Лины, все так же принадлежит ей. И она чувствует ВСЁ! И касание, и вибрации, и магию, сквозь плоть проходящею!

И… поначалу это вызывало проблемы, а порой и конфузы с протеканием жидкости в тайник через костюм-броню. Доставляло столь много странных ощущений и столь сильно будоражило мысли, что Лина успела сотню, тысячу, миллион раз порадоваться тому, что брат все же сжалился и зашил дыру в броне у неё между ног.

Все эти… неожиданные, и столь разные ощущения! Эти… касания, чужие действия своей конечностью. Это вот все… страх «Кто-то двигает моей рукой против воли!», неожиданность «Меня кто-то коснулся! Коснулся! Браааат! А… это ты, да… э… прости», странные желания «Брат управляет моей рукой против моей воли! Меняяя… аа! Дааа…» и банального чувство близости «Он рядом! Он всегда со мной! Он ближе самого близкого! Он буквально внутри, и я вокруг него! Моя магия, мой конструкт… а по плоти нас разделяет лишь невидимая глазу линия стыка руки и тела! Брата всегда можно коснутся… всегда! В любое время дня и ночи! И мы с братом… всегда переплетены, там, внутри плоти, в его руке».