Я опустилась на колени и обняла ее в ответ. Ее невинность и искренняя радость были словно бальзам на мою израненную душу.
— Ваше высочество, — прозвучал за моей спиной строгий голос мисс Доусон, — невесте кронпринца не подобает…
— Конечно, принцесса, — улыбнулась я, перебив вечно недовольную мной женщину. — Во что будем играть?
Элис на мгновение задумалась, а затем указала на деревянную лошадку.
— Давай устроим скачки! Ты будешь мой конем!
Я рассмеялась.
— Твоим конем? Что ж, это большая честь!
Ее маленькие ручки крепко обхватили мою шею, а щечка прижалась к моей. В этот момент я почувствовала невероятную волну тепла, словно эта маленькая девочка была способна защитить меня от окружающего зла.
Под пристальными взглядами Доусон, в которых читалось нескрываемое презрение, и с трудом сдерживающей улыбку Эми, я последовала за принцессой. Ее маленькая ладошка доверчиво лежала в моей руке.
Мы прошли к беседке и, подняв голову, я Заметила принца, у выхода из дворца.
Он стоял неподвижно, словно статуя, вглядываясь в нас. Под глазами залегли темные тени, лицо побледнело, а в глазах плескалась усталость, такая глубокая и всеобъемлющая, что мне стало не по себе. Он выглядел изможденным, словно на его плечи свалилась непомерная ноша.
Должно быть, ему тяжело нести бремя власти, пока король болен. Несмотря на его отчужденность, я никак не могла откинуть волнение за него. Так уж получилось…
Я смотрела на него, и в сердце разрасталось щемящее чувство жалости. Он казался таким одиноким, несмотря на всю свою власть и положение. Что-то во мне откликалось на его боль, на его бремя. И это было опасно. Потому что в этой игре не должно быть места эмоциям. Лишь холодный расчет и неуклонное стремление к цели. И я быстро отвела взгляд, сосредоточившись на Элис и на той роли, которую мне предстояло сыграть до конца. Как можно более убедительно.
*****
Я проснулась резко, словно меня выдернули из глубокого сна ледяной водой. Сознание, еще затуманенное остатками грез, не успело осознать происходящее, как мне грубо и властно зажали рот ладонью, перекрывая доступ к воздуху.
В полумраке комнаты, проникавшем сквозь плотные шторы, я едва различала очертания фигуры, нависшей надо мной. Инстинкт самосохранения взревел, выбрасывая в кровь адреналин. Мозг, наконец, заработал, анализируя ситуацию с бешеной скоростью.
В одно молниеносное движение я обернула руку вокруг запястья нападавшего, резко дернув ее вниз и в сторону. Неизвестный охнул от неожиданности и боли, но не ослабил хватки. Свободной рукой я ухватилась за его плечо, используя его тело как опору, и ловко перекатилась, оказавшись у него за спиной.
В следующее мгновение лезвие кинжала, что всегда мирно ожидало своего часа под подушкой, прижалось к его горлу. Сталь, словно продолжение моих нервов, чувствовала каждую пульсацию его сонной артерии. Кожа под лезвием напряглась, готовясь к неминуемому порезу.
— Не двигайся, — прошептала я, стараясь унять дрожь, — иначе я перережу тебе глотку.
— В чем я ни капли не сомневаюсь, — услышала я в ответ знакомый голос.
Я замерла, словно громом пораженная.
— Да вы в своем уме? — прошипела я, стараясь говорить как можно тише, но злость в голосе все равно звучала отчетливо. - Я ведь действительно могла ранить вас, Эйдан! Да и вообще… как вы оказались здесь?!
— Тише, Лирана, спокойнее, — прошептал он, протягивая руку ко мне. — Я пришел помочь. Только ночью я мог незаметно пробраться сюда. Нам необходимо бежать.
— Бежать? Куда? — прошептала я в ответ, чувствуя, как паника начинает подкрадываться ко мне.
— Нет времени объяснять, собирайся. Этой ночью мы покинем дворец. Тебе нельзя здесь оставаться.
— Как мы незаметно покинем дворец? Мы ведь не можем открыть портал в Лирию, вот так вот просто. И Ронда … Вы нашли Ронду? Она ждет нас за пределами дворца?
Даже в этом полумраке, я заметила мимолетное колебание в его глазах.
— Мистер Барлоу? — тихо произнесла я, вглядываясь в его глаза.
— В Лирии пока тоже небезопасно …
— Почему? — спросила я, понимая, что все мои догадки оказались верны.
Барлоу не спешил с ответом, да и всё было весьма очевидно и без его объяснений.
— Вас отправили избавиться от меня, — тихо констатировала я, глядя прямо в глаза Эйдану. Голос звучал спокойно, но внутри все клокотало от ярости и обиды.
Я уставилась на Эйдана, пытаясь разгадать его намерения. Его лицо оставалось непроницаемым, лишь легкое напряжение выдавало его внутреннюю борьбу.
— Я здесь, чтобы помочь тебе, — произнёс он, глядя прямо в мои глаза.
— С чего мне верить тебе? Вполне вероятно, что таким способом, ты пытаешься выманить меня и разделаться со мной без свидетелей. В лесу, скажем…
— Не важно, во что ты веришь, — отрезал он. — Важно то, что у нас нет времени для споров. Если ты хочешь выжить, ты последуешь за мной.
— Ты не стал бы так рисковать ради нас. Не строй из себя рыцаря в сияющих доспехах. У тебя явно есть свои мотивы. Ведь так?
Я видела, как его челюсти напряглись. Он явно не привык к таким допросам.
— Выбор за тобой, Лирана. Доверяешь ты мне или нет. Но поверь, времени на раздумья у нас нет.
— Ронда? — спросила я, затаив дыхание.
— К сожалению, её поймали. Она совершила ошибку, и в скором времени, с ней… — Он запнулся, словно искал наиболее безболезненный способ сообщить ужасную правду. — … Это все не важно, мы тратим время на бесполезные разговоры!
— Не важно?! Что с ней произойдет в скором времени?! Отвечай!
Эйдан, в миг оказавшийся рядом, зажал мне рот рукой.
— Не глупи, Лирана, — прошипел он, отходя назад. — Все кончено, ты ей не поможешь.
Страх ледяными пальцами сжал мое сердце, а земля ушла из-под ног, лишая меня твердой опоры.
— Не правда, я… я помогу ей. Никто не тронет её, мы вместе выберемся отсюда.
— Не будь наивной, Лирана! — повысил он голос, хватая меня за плечи. — Хватит тешить себя беспочвенными надеждами и потворствовать иллюзиям! Подобная самонадеянность граничит с откровенным безумием! Пойми же, наконец, что от твоих бессмысленных действий никому не станет лучше. Ты ничем ей не поможешь, а лишь создашь дополнительные проблемы, подставляя себя под удар.
— Если ты и правда хочешь мне помочь, позволь мне ее отыскать… Дай мне время, прошу.
Эйдан на мгновение замолчал, сверля меня взглядом. В его глазах читалась тяжелая смесь сожаления и беспокойства.
— Тебя ведь не переубедить… — наконец произнес он, отпуская мои плечи. В его голосе плескалась горечь поражения.
— Ты понимаешь, на что идешь? — спросил он тихо, не глядя мне в глаза.
— Да, — прошептала я, чувствуя, как комок подступает к горлу. Я понимала. Понимала то, что я в окружении врагов… Теперь мне неоткуда ждать защиты.
— Что ж… будь по твоему, — выдавил он. — Позволь кое что тебе рассказать, прежде чем я уйду.
Он отвел взгляд, и я заметила, как напряглись желваки на его скулах.
— Много лет назад, когда я только появился в Гринлоуд, я встретил одного отважного, несгибаемого бойца, главу Мир’анд. Твоего отца, Лирана. Он был настоящим лидером, примером для многих из нас.
Я кивнула, глотая ком в горле. Отец был легендой. Человеком, о котором шептали с благоговением и страхом.
— Опущу многие детали, — продолжил Эйдан. — Перейду сразу к важному. Твоего отца отправили на операцию под кодовым названием «Териус». Официально, это была разведывательная миссия, поиск новых ресурсов. Но в реальности… все было гораздо мрачнее.
Эйдан затих, словно подбирая слова.
— «Териус» заключалась в поиске одного древнего артефакта. Артефакта, который, как гласят легенды, способен перемещать души.
Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Артефакт смещения душ? Я слышала о нем лишь в старых сказках, которые тетя рассказывала мне в детстве.
