— Днем и ночью тренируйся управлять этими силами, пока не будет получаться с полумысли, без контроля, по одному желанию. Практикуйся постоянно: ешь, читаешь, идешь, тренируешься — без разницы, всегда часть внимания уделяй этому. Усиливай то одну, то другую, а лучше обе вместе. Хотя, конечно, можно ограничиться и простыми тренировками, но я же тогда поседею. От хандры!

— Ты уходишь?

— Хватит с тебя на сегодня моего великолепного общества. А, еще… Если ты и в следующий раз не придумаешь что-нибудь веселое, я тебя над пропастью покатаю… Вот будет зрелище! — рассмеялся он.

В моей голове пронесся ветер, и я остался один.

Я усердно качал два потока, как и велел дэв, днем и ночью: на лекциях, во время еды, чтения, пробовал во время тренировок, но после того, как почти получил в лоб магией, прекратил. Две силы ощущались все лучше. Требовалось всего несколько секунд, чтобы почувствовать их. Количество моей внутренней энергии сильно увеличилось, просто немыслимый прирост за неделю!

Но только этого все еще недостаточно, чтобы остаться в Академии. А до экзамена, тем временем, лишь неделя. Я несколько раз связывался с Хару после нашей тренировки, но он всегда ссылался на мою недостаточную подготовку и исчезал. Оставалось только практиковаться, но я нервничал все сильнее. Успею ли?

Я предъявил браслет дежурному на аренах и занял одну из свободных. Сел на прохладный хелироп и вознес мысленную молитву к богу дэвов или кто у них вместо него: «Пожалуйста, на этот раз не исчезай! И скажи уже, как открыть стихию!»

«Хару!» — позвал я.

— Да что ты так орешь, я ж оглохну! — немедленно возмутился голос.

Я почувствовал легкость и радость — постоянных спутников Хару. Когда устанавливал контакт, они ощущались своеобразным фоном, и так я понимал, что дэв здесь.

— Приветики, — мысленно заставил расползтись мою улыбку до невероятных размеров. Теперь я научился сопровождать свои слова ощущениями, которые дэвы воспринимают гораздо лучше.

— Ой-ой, ты чего это от меня хочешь? — засуетился Хару. — Ведь точно хочешь или бы не был таким милым…

— О чем ты, мой дорогой дух, я всегда такой, — ощущение восторга и радости затопило мои мысли, стало смешно.

Да, это побочный эффект такого двухуровневого общения: приходилось испытывать то, что передавал.

— Хо, а ты здорово наловчился транслировать эмоции. Так зачем звал? — я почувствовал его любопытство.

— Ты прикалываешься? Хару! Да я тебя уже неделю зову за одним и тем же: учи меня дальше! — возмутился я.

— Ай-яй, разговаривать-то научился, а умом пользоваться — нет, — если бы он был передо мной в человеческом образе, он бы точно поморщился. — Зачем ты так орешь? А если я?

Пронеслась волна то ли визга, то ли дрожи, причем абсолютно точно не звуковая. Голова заболела, меня словно ударили по макушке со всей силы обухом топора, через несколько секунд противное ощущение пропало.

— Понравилось? — ехидно спросил Хару.

Я оттранслировал, как поворачиваюсь к нему спиной и ухожу прочь.

— А что звал-то тогда? — опешил дух. — Учиться передумал уже?

Я обратил все свое внимание на Хару: мол, весь — одно большое ухо.

— Ладно, ты достаточно освоил базовые навыки, перейдем к тренировке стихий.

— Да! Ура, наконец-то, — недовольно пробормотал я, надувшись, будто обиделся.

«Э, плотный контакт с этим парнем не доведет до добра, уже веду себя, как ребенок. Почему-то его эмоции и поведение распространяются и на меня. А стоит ли заключать контракт именно с ним? Я вообще буду вменяемым? С таким-то дэвом?»

— Вокруг тебя проходят потоки стихий, они пересекают твое тело в разных направлениях. Люди-маги обычно улавливают лишь один их вид, тебе нужно уловить потоки воздуха.

— Обычно? — я зацепился за слово. — Ты можешь научить меня контролировать несколько стихий?

— Возможно. Это не так сложно, как принято считать у людей, но сейчас сосредоточься на ветре.

Хару даже не стал предупреждать, когда нагло полез в мое тело. Пробежала щекотка, и создалось ощущение, будто меня окружило пушистое одеяло. Теперь я чувствовал его более отчетливо, как будто Хару стал частью моего сознания.

— Вот так и сходят с ума.

— Не сходят. Так во всяком случае, — парировал он. — Я покажу, что нужно ощутить.

Вокруг меня струились потоки воздуха, мне они казались серыми рыбками. Их танец ускорился, пока они не завертелись вихрем, который набирал все большую силу и скорость. Он легонько коснулся тела, и я почувствовал, как в меня вливается незнакомая сила.

Прикрыл глаза. Потоки ветра ласкали кожу и гармонично сливались с внутренней энергией. Это было великолепно: будто я — огромный великан, и мне под силу смять гору, как бумагу!

Энергия собиралась в районе солнечного сплетения в серый шар, который неторопливо вращался вокруг своей оси.

— Фффух! — Хару возник передо мной в его пространстве в мальчишеском облике, демонстративно стер со лба несуществующий пот. Его присутствие исчезло из тела.

— Перетрудился? — сыронизировал я.

— Ага. Это тяжело. Для другого дэва было бы и вовсе невозможно, но я смог, — он лучезарно улыбнулся, будто опять не заметил никакого подтекста.

— Значит, ты — особенный? — ухмыльнулся я.

— Конечно! Я же уже говорил, — он приосанился и задрал подбородок вверх. В моих мыслях мелькнуло: «Поза победителя». — Теперь сам попробуй, ведь…

— Что ощутил, тем и управлять сможешь, да?

— Точно! Ты запомнил суть, — он кивнул, будто это была его заслуга.

Я открыл глаза, но пространство Хару продолжало существовать на краю моего сознания.

Значит, нужно почувствовать потоки ветра? Видимо, тогда и откроется стихия? Но что-то тут, кажется, не сходится…

— Хару, почему маги открывают стихию в боях, а не таким способом, который ты показал?

— В стрессовых ситуациях организм людей активирует все силы, в том числе генетическую память, — дух сложил руки за спиной и перевернулся вниз головой, да так и завис. Волосы у него, как и положено, упали вниз, а вот одежда не двинулась, напоминая, что весь его вид — не более, чем маскарад. — Есть вероятность, что откроется стихия, которую использовал один из предков. Но это глупо! — он крутанулся вокруг своей оси. — Потому что так человек уже не сможет ощутить другие стихии — заякорится на одну единственную, да и ее не сможет использовать полностью. Все! Считай, калека… — он пожал плечами.

Если бы то, что сказал Хару, стало известно, это изменило бы весь мир магии. Одна открытая стихия — калека? У нас только Массвэлы могут владеть двумя, максимум тремя. И они — уникумы!

Все это, конечно, очень интересно, но можно и потом разузнать подробнее, а сейчас у меня есть проблема поважнее — тренировка. Я сосредоточился на окружающем пространстве, закрыл глаза. Ветер… Вспомнил недавние ощущения, приоткрытые мне дэвом, попытался их воспроизвести, но что-то не выходило… Вернее, что-то едва заметное все же было, на грани порога восприятия, но как этим управлять? Да я и почувствовать толком не могу!

«Мне нужно больше времени!»

— Да-а-а, извини, Кайри, но ты оказался неожиданно туповат в этом плане, я таких еще не встречал, — подсыпал мне соли на рану бестактный дэв.

— Чего? Почему это я тупой? — я опешил от его наглости, раньше он не обзывался.

— Ну как тебе объяснить… А, вот, нашел подходящее сравнение: возьмем Корна — он как бабочка, аккуратно, с ювелирной точностью управляет магией, а ты — как голем! Нет, у него силы много, ты… ты — камень, маленький, но неповоротливый! Вот! — этот гаденыш улыбнулся, будто нашел метафору века.

— Тупой и неповоротливый? Да? — повторил я. — Поведай мне, о мой великий и неповторимый учитель, как духи умирают?

— Зачем тебе? — насторожился он. Даже перевернулся обратно, ногами вниз.

— Ну разве я не могу встретить вражеских дэвов? — я приторно улыбнулся.