Фанан поспешно активировал барьер, но даже защита Ихета не могла справиться с этим заклинанием ранее, с чего бы Фанан смог сделать её лучше без использования водного покрова? Остальные бросились врассыпную, прикрываясь собственными щитами, да только убежать далеко не успели.

Прогремел взрыв. Корн держал заклинание в полуготовом виде слишком долго, что дестабилизировало его, что, впрочем, было в планах Корна.

— Ты спятил⁈ — раздался из клубов пыли раздражённый голос Грэга. Целитель активировал свою магию против Корна. Тот просто отскочил в сторону от вырвавшихся из земли растений, срубив начинающие распускаться бутоны водяной плетью:

— Это ты спятил, раз решил, что какой-то лекарь сможет меня победить.

— Грэг! Куда лезешь⁈ — прорычал Регерт, развеивая пыль магией ветра. — Займись лечением Вэна! Его, — он перевёл злой взгляд на Корна, — оставь нам.

Регерту сегодня уже досталось, но он ничему так и не научился.

В сторону Корна полетели многочисленные воздушные заклинания. С удивлением он понял, что Регерту помогала Угида, что всегда до этого принимала сторону Корна. Вскоре к ним подключились и остальные. Не участвовала лишь Шейла, то ли ей досталось сильнее при взрыве, чем остальным, либо она всё ещё не хотела вмешиваться.

Уворачиваться и защищаться от такого количества заклинаний Корну приходилось впервые. Он вновь хотел убежать, но на его пути возникали воздушные барьеры или печати толчка, которые откидывали его внутрь периметра, по которому распределилась его дюжина.

— Тебе не уйти! — выкрикнул Регерт, выпуская в Корна огромное лезвие ветра, которым воздушник ещё и управлял с помощью трёхкольцовой печати. Кроме того, эта печать могла сформировать сразу три таких лезвия, чем не преминул воспользоваться Регерт.

Три управляемых заклинания с широкой площадью поражения, да ещё и непрерывные атаки остальных… Корну приходилось тяжко. Он укрывался за водными барьерами, но всё же они не могли сдержать все атаки и раз за разом разрушались. Мана быстро истощалась.

Демоны их забери! Как им не стыдно нападать всей толпой против одного? Но он не сдастся. Просто нужно придумать что-нибудь ещё…

Корн отбежал от нескольких взрывных атак Пита, затем в него устремились водные снаряды восстановившегося Ихета. Когда они пробили третий слой его щита, Корн пожалел, что пощадил водника. Он неожиданно быстро вернулся в строй, так же как и Регерт. Неудивительно, что в сражениях первым убивают лекаря…

Затем в него устремились воздушные резаки Угиды, Корн отошёл ещё немного. Он оказался в центре поляны, а со всех сторон выходили остальные члены дюжины.

Корн поджал губы. Его поймали. Это оказалось превосходным исполнением стратегии, которую недавно они разбирали на лекции. Они проделали всё настолько ладно, что Корн даже не понял этого, пока не оказалось слишком поздно.

Теперь со всех сторон на него нацелились заклинания. При этом, как назло, все использовали свою сильнейшую магию. Похоже, тем, что Корн показал свою силу, он добился лишь того, что его коллеги перестали сдерживаться. Если они ударят разом, Корн боялся, что он него может не остаться даже пепла.

— Ну и кто тут кому будет подчиняться? А, отброс Массвэлов? — с издёвкой спросил Регерт.

В сердце больно кольнуло.

— Насколько же должен ненавидеть своего ребёнка отец, чтобы выгнать его на улицу? — подлил масла в огонь Пит.

На Корна накатило удушающее чувство.

— Эм… вы… — с сомнением начал Грэг, но затем посмотрел на всё ещё лежащего без сознания Вэна и прервал себя. Казалось, он решил, что Корн заслужил такое обращение.

Остатки терпения выветрились из Корна, словно их и не было… От злости перед глазами поплыли разноцветные пятна. От тела распространилась лёгкая волна пламени — он всё ещё поддерживал огненный покров.

А затем перед его взором оказалось два моря: огненно-алое слева и сияющее синевой справа. На их поверхности искрилась тонкая белёсая паутина, жемчужного цвета пластинка отделяла два моря друг от друга. Похоже, сейчас именно так выглядела печать, которая ограничивала магию Корна.

Он потянулся к ней… Всплеск огненного моря сжёг паутину и перекинулся на пластинку. Водная стихия так же набросилась на неё и разрушила барьер из серебряных нитей. Жемчужная перегородка в мгновение истлела.

Корн сорвал печать. Более ничего его не сдерживало.

Он словно плыл в бесконечном потоке магии, она окружала его, она была его частью. Такое могущество, такая сила… его захватила эйфория. Казалось, сейчас ему море было по колено. Хотелось выплеснуть всю эту прорву магии. Гнев подначивал использовать её немедленно. Пальцы зудели от предвкушения.

— Сейчас! — испуганно воскликнул Ихет.

Корн смотрел на то, как со всех сторон в него устремились активированные заклинания его дюжины. Сияние было столь сильным, что сложно было не прикрыть глаза. Корн толкнул свою магию им навстречу. Просто сырую ману, без каких-либо заклинаний.

Оглушающий грохот сменился мёртвой тишиной. Глаза застлали пыль и дым. Корн закрутил водяной вихрь, чтобы помочь им рассеяться.

Большинство ребят лежали оглушённые, кто-то без сознания, кто-то неверяще смотрел на Корна. Ихет вертел головой, будто не понимал, что произошло. Рука Регерта подрагивала, но сам он был настолько бледным, что казался ожившим трупом.

Корн отстранённо, одного за другим рассматривал тех, кто решил на него напасть. Фанан лежал ближе всего к Корну, похоже, он прикрыл щитами остальных, но это не помогло ни им, ни тем более ему. Его травмы были видны даже невооружённым взглядом: его неслабо опалило огнём, водник был без сознания, а из его рта стекала капля крови.

Тут зашевелился Вэн, что лежал поодаль под заклинанием лечения Грэга и не участвовал в последнем нападении. Оглядев лежащие рядом тела, его глаза расширились и, посмотрев на Корна, он прошептал:

— Чудовище…

— Спасибо за комплимент, — улыбнулся Корн. — А тебе, похоже, не хватило? Добавить ещё? — он подкинул на руке огненный шар.

Только вот теперь он был размером не с кулак, что было пределом возможностей бывшего Корна, а в десять раз больше, представляя собой действительно пугающее проявление огненного элемента.

Магия полностью восстановилась, она омывала каналы Корна, будто приливные волны. Её было ещё так много. Как же хорошо… Теперь у него не возникало проблем с контролем стихий, они подчинялись ему безукоризненно. Корн подумал, что сейчас мог бы уложить даже пятикурсников, что уж говорить о Вэне.

Огневик нахмурился. Корн подошёл к нему:

— Значит, не хочешь добавки? Тогда тебе стоит извиниться, — улыбка Корна исчезла, он сузил глаза и сдавил огненный шар так, что тот сжался с небольшим хлопком, оставив после себя огненные всполохи, что закружились вокруг руки.

— Извиниться? За что? — скривил губы Вэн. Он хоть и смотрел на Корна снизу, умудрялся это делать презрительно. — За правду? Что я такого сказал? — улыбнулся он. — Разве я где-то соврал? С чего бы мне извиняться, если вины за собой я не чувствую.

Корн сухо ответил:

— Ясно. Тогда придётся из тебя его выбить, — он отправил огромный пламенный шар в Вэна, лишь слегка отклонив.

Вокруг огневика на миг вспыхнуло его собственное пламя, но только и смогло, что на секунду задержать шар. Он пронёсся мимо его лица, опалив кожу на щеке. Она сильно покраснела и даже местами пошла волдырями. Вэн зашипел, схватившись за обожжённое место.

— Говорят, магия своей стихии повреждает тело меньше… Проверим? Или, может быть, ты уже передумал и захотел извиниться? — вопросительно приподнял брови Корн.

— Иди ты к демонам!

— Такими темпами ты попадёшь к ним быстрее, — Корн использовал заклинание водяной тюрьмы.

Вэн изо всех сил пытался сопротивляться, но это было бесполезно. Вскоре вихри вокруг него сомкнулись, и он полностью оказался внутри водяного шара, Корн специально сделал воду максимально ледяной, что, помимо прочего, ещё и подавляло способности огневика. Вэн пытался разбить свою тюрьму, но Корн только влил больше магии.