— Тебе нравится? — Спрашивает Уинтер неуверенным тоном.

Отрывая взгляд от драгоценного подарка, я смотрю в её зелёные глаза.

— Нет, не просто нравится. Мне очень, очень нравится. — Подняв её подбородок пальцем, я целую её, согревая её холодные губы своими.

Хотя мне больше всего на свете хочется прямо сейчас затащить её в постель, я не могу оставить её в неведении, что она получит в подарок. Отстранившись, я провожу большим пальцем по её пухлым губам, а затем опускаю руку.

— У меня тоже есть кое-что для тебя, — объясняю я и поворачиваюсь к прикроватной тумбочке. Затем я колеблюсь. — Я, э-э, не упаковал его, — извиняющимся тоном говорю я, поворачиваясь к ней.

На её губах появляется дразнящая улыбка.

— Если бы ты это сделал, я бы только заподозрила неладное. К тому же у тебя всё равно нет стопки упаковочной бумаги, — добавляет она, многозначительно оглядывая комнату.

Я смеюсь.

— Полагаю, ты права. — Сжав в ладонях маленькую фигурку, которую я вырезал для неё, я сооружаю импровизированную обёртку, полностью закрывающую её, и поворачиваюсь к ней.

Она хихикает.

— С такими руками, как у тебя, тебе, похоже, и упаковочная бумага не нужна. — Развернув мои ладони, она медленно раздвигает их, как страницы книги, пока маленькая фигурка не оказывается у меня на ладонях.

Она тихо вздыхает и осторожно берет маленького льва из моих рук.

— Это ты сделал? — Спрашивает она с благоговением, не сводя глаз с животного размером с бейсбольный мяч.

— Вырезал из красного клёна, который нашёл у ручья, куда я тебя однажды водил. Я чертовски долго искал что-то, что можно было бы использовать там, внизу, но мне хотелось, чтобы подарок был для нас чем-то значимым.

— Он прекрасен, — выдохнула она, проводя большим пальцем по гладкой поверхности.

В её глазах блеснули слёзы, и моё сердце невольно сжалось.

— Я знаю, что это немного, — говорю я, внезапно испугавшись, что этого недостаточно, что она разочарована.

— Нет, он идеален. — Она хихикает. — Он напоминает мне тебя, потому что ты вечно крадёшься, как гигантская кошка, и набрасываешься на меня при любой возможности.

Мы оба смеёмся, и когда наши взгляды встречаются, я думаю, что её слёзы могут означать, что она так же тронута моим подарком, как и я её. Моя грудь наполняется надеждой при мысли о том, что ей действительно может понравиться такая простая жизнь, и она может обрести счастье со мной.

— Счастливого Рождества, — говорю я.

Уинтер аккуратно откладывает свой подарок, подходит ко мне, садится верхом на мои колени и обхватывает моё лицо нежными руками.

— Счастливого Рождества, Гейб.

Затем она одаривает меня страстным поцелуем.

УИНТЕР

Эта нежная сторона Габриэля очаровывает меня. Хотя меня невероятно возбуждает его грубое, собственническое доминирование и жёсткий секс, я почему-то нахожу эту его более мягкую сторону такой же притягательной. Я чувствую это в воздухе вокруг нас, его чувства ко мне. Это одновременно ошеломляет и пугает, но я почему-то не могу устоять перед тем, насколько прекрасна его уязвимость.

Я вижу по каждому его жесту, что он сожалеет о том, что причинил мне боль после того, как всё пошло наперекосяк из-за поджога. Однако, что ещё важнее, хотя мы по-прежнему трахаемся так, будто это последний день нашей жизни, эта новая нежность придаёт всему происходящему ещё больше смысла. Он сам сказал это в тот день, когда мы говорили о наших планах на будущее. Он старается. Он хочет меня и всеми возможными способами показывает, что его может быть достаточно.

Подарок в виде льва только усиливает это послание, потому что он показывает, что он часто думал обо мне, когда был не рядом. Он нашёл время, чтобы сделать что-то для меня, и это значит для меня больше, чем любой другой грандиозный подарок, который я когда-либо получала от своей семьи. Не мои модные платья или дорогие украшения, даже не моя машина. Его резьба по дереву заняла больше места в сердце, чем любой другой подарок когда-либо в моей жизни.

И когда я сажусь на него верхом, запуская пальцы в его густые черные волосы, я пытаюсь выразить, как много это значит для меня, своими губами, которые жадно впиваются в его губы. Я не готова дать ему всё, что он хочет. Я не могу обещать ему, что хочу такой жизни, которую он мне предлагает. Но я никогда ещё не была так близка к тому, чтобы полностью отдаться этому мужчине. Я не могу отрицать, что он мне дороже всех на свете. Он страстный, заботливый и невероятно преданный. И он любит меня. Я уверена в этом, даже если он этого не говорил. Возможно, это не совсем нормальная, здоровая любовь, которую можно было бы ожидать от человека, выросшего в любящей семье, но по-своему Габриэль любит меня с умопомрачительной силой.

Его сильные руки обхватывают мою талию, притягивая меня к его груди и прижимая к его быстро растущей эрекции. Потянув его за волосы, я запрокидываю его голову и игриво прикусываю мягкую мочку его уха, и он рычит, и этот рык вибрацией исходит из его груди.

Целуя его шею, я стягиваю с себя куртку и бросаю её на пол, а затем принимаюсь за куртку Габриэля. Натягивая её на плечи Габриэля, я с силой тяну её вниз по его сильным бицепсам, пока он пытается высвободить руки. Не останавливаясь, я принимаюсь за его рубашку, стягивая её с его рук и головы.

Грубые руки касаются моей кожи, когда он отвечает мне взаимностью, стягивая с меня футболку, и я поднимаю руки, чтобы ему было легче. Как только она падает на пол, он крепко сжимает мою грудь одной рукой, накрывая её поверх бюстгальтера, а другой рукой возится с застёжкой у меня на спине.

Его ухоженная щетина щекочет мою грудь, когда он целует меня там, и я трусь своей киской о его затвердевший член, отчего он стонет и освобождает меня от бюстгальтера. Затем его губы смыкаются на моём соске, уже затвердевшем от ощущения его рта, дразнящего нежную кожу над местом, где был бюстгальтер. Это так чертовски приятно — ощущать прикосновение его тёплых губ, то, как он слегка пощипывает нежную кожу зубами, как скользит его язык по чувствительному кончику. И я задыхаюсь, выгибаясь навстречу его губам и прижимаясь к нему более намеренно.

Его рука снова обвивается вокруг моей талии, а затем он укладывает меня на спину, перемещая моё тело так, чтобы ему было удобнее расстёгивать пуговицу на моих джинсах. Не теряя терпения, он расстёгивает молнию и стягивает их с моих бёдер. Затем он делает то же самое со своими штанами, и они кучей падают на пол, а его член высвобождается, твёрдый, длинный и пульсирующий от желания.

Обхватив его внушительный ствол, я беру его в рот, провожу языком по кончику и ощущаю солёный привкус предэякулята.

— Вот так, моя девочка. Пососи этот член. Я знаю, ты хочешь, — рычит он, запуская пальцы мне в волосы.

Мне нравится, когда он говорит мне непристойности. Что-то в его хриплом голосе задевает меня за живое, и я чувствую, как моя киска увлажняется от его слов. Но вместо того, чтобы трахнуть меня в рот, как он делал раньше, Габриэль позволяет мне пососать его член всего несколько секунд, а потом хватает меня за локти и поднимает на ноги. Затем он ложится на кровать и укладывает меня на себя так, что я смотрю на его член, а моя киска находится прямо перед его лицом.

— Отсоси у меня, принцесса, — хрипит он, но прежде чем я успеваю подчиниться, его язык раздвигает мои складочки, и он начинает ласкать меня.

Я стону, обхватив его член губами, и невольно выгибаю спину, подставляя ему свой клитор, едва ли могу сосредоточиться на его эрекции, потому что мне чертовски приятно ощущать, как его язык ласкает мой клитор, скользит по моей щелке и даже проникает в мою попку. Но я изо всех сил стараюсь отплатить ему тем же, заглатывая его член до самого основания. Под таким углом мне гораздо легче взять его целиком в рот, и я снова поражаюсь тому, насколько глубоко он входит.