— Иногда, когда вы охотитесь, вы можете найти добычу. Но порой эта добыча злая и кусается. Волки, хорьки, кролики — отпор пытаются дать все. Даже крысы, если их загнать в угол.
— Да! Меня как-то за пятку укусила крыса! — согласился один.
— А меня какая-то зубастая мохнатость цапнула за рисинку мою бедную… Я её убил, уровень получил, но было очень больно! — добавил второй.
— Отросла? — уточнил я на всякий случай.
— Да! Даже больше предыдущей! — довольно произнёс он.
— Что, даже больше, чем у Болта? — удивился один из охотников Шрама.
— Нет… До него мне ещё далеко. Может, повторить, вождь?
— Не советую. Вдруг во второй раз не отрастёт? — постарался отговорить я гоблина от идиотской затеи.
— То есть один раз всё нормально будет⁈ — заинтересовались другие члены племени.
Не желая дальше подогревать их интерес к подобному экстриму, я продолжил лекцию о природном мире. О хищниках и травоядных. И о размножении животных. Я точно видел более молодых зверей и птичьи гнёзда.
Рассказал, что если держать яйца в тепле, то из них вылупятся птицы или другие звери. Гоблины синхронно опустили в головы и начали заглядывать под повязки. Объяснил им, что речь идёт о других яйцах, стараясь сохранять суровый вид наставника, хотя внутри меня всего колотило от смеха.
Лекция продолжалась: если кормить зверей, они вырастут. Если взять с собой беззащитных котят или волчат, выкормить их, они могут стать добрыми друзьями и помощниками. Будут жить рядом с нами и помогать. Кто-то станет защитником, кто-то начнёт охотиться на крыс, что попытаются съесть нашу еду, когда поселение разрастётся. А другие могут, как коровы или козы, просто давать молоко, из которого можно делать сметану, творог, сыр и масло. Ещё рассказал им про коней и всадников.
В общем, объяснил все плюсы приручения животных. И то, что далеко не всех можно приручить. Поэтому нужно быть внимательными и осторожными, всегда наблюдать и быть заботливыми. И уточнил, что лучше приручать стайных или стадных животных. А вот одиночек вроде медведей не надо. Они к приручению не годятся по сути своей. Пользы особой не принесут.
Вроде бы меня поняли. Охотники Шрама так точно, особенно когда я им сказал, что всякие лесные куропатки могут жить в специальной лачуге и каждое утро сносить яйца, из которых потом либо цыплята вылупятся, либо омлет появится.
Эффект от моей лекции был прямо-таки поразительным. Дважды охотники и племя словили вдохновение. И оба раза, когда я им объяснял, сколько вкуснях можно получить, если животные будут не добываться и убиваться, а приручаться и жить рядом с нами, делясь с нами своими дарами.
Мои слова о том, что баранов можно стричь и из их шерсти делать одежду, не особо впечатлили. Ещё бы… Они понятия не имеют, что такое холодная зима.
[Племя испытывает озарение! Прогресс изучения технологии «Одомашнивание животных» вырос на 5%.]
Я полюбовался вторым кряду уведомлением и закрыл его. Одомашнивание — самая сложная и долгая технология первого этапа. Десять процентов сэкономили нам шесть часов исследования на полной скорости.
Ладно, тут я сделал всё, что мог. Потом ещё надо не забыть научить их копать землю, косточки да зёрна сеять. Может, повезёт, и научимся хлеб делать. А там и до гренок с пивом недалеко. Или до картошечки… Сейчас бы драников со сметанкой навернуть, м-м-м…
Упиваясь слюной, я оставил в покое гоблинов и направился к своему дому вождя. Хотелось немного отдохнуть после сегодняшнего дня. Может, книгу почитаю. А может, Дионис наконец-то явит свой божественный лик…
Не успел я дойти, как сбылась моя мечта. Явилось пьянющее тело, криво прикрываемое розовым облачком в районе хозяйства.
— Дима! Димасик! — заорал Дионис радостно. — Я такое узнал! Ты не поверишь! Пшли за мной!
Схватил кучерявый меня за руку и потащил к дому вождя. Я попытался вырваться.
— Дионис, подожди! Мне нужно…
— Некогда! Важное дело! Срочное!
Втащил он меня внутрь и захлопнул за собой вход шкурой.
Я огляделся. Ударил себя ладонью по лбу и замер.
В углу на циновке лежала связанная девушка. Совершенно чистая и — голая…
— А чего она голая? — уточнил я у Миори, что сидела чуть в сторонке.
— Так была команда раздеть, — пожала она плечами. — Одевать никто не говорил. Её, кстати, Тали зовут. Больше я ничего не выяснила.
Тали увидела нас, расширила глаза и попыталась отползти в угол.
Дионис уставился на неё, потом на меня. Лицо расплылось в ещё более идиотской улыбке.
— О-о-о! — протянул он восхищённо. — Димасик!.. Ты уже начал готовить мне подарки?
Я открыл рот, чтобы возразить, но он продолжил:
— А почему она вся в синяках? Ты что, с ней играл уже? Нехорошо, Дима… Делиться надо! — Он подошёл ближе, внимательно разглядывая Тали. — А, подожжи… А это не та ассасинша, — повернулся ко мне кучерявый и ткнул мне пальцем в грудь, — что на тебя охотилась, ик?
— Значит, ты в курсе… И ты молчал⁈ — разозлился я.
— Да я сам час назад узнал! Но… Чё она здесь ваще забыла? Её же Гера…
Значит, всё-таки с Герой развлекался, ловелас хренов…
— Ай, ладно… Но ты хорош! Даже не знал, а уже поймал и связал! Я тебе только шепнуть хотел, что за тобой следят, а ты её уже… это… того! — он сделал непристойный жест. — Молодца, Димасик! Быстро работаешь!
— Дионис, ты о чём вообще?..
— А теперь… — он развернул меня к выходу, — выйдите оба! Мне с ней поговорить нужно. Срочно! Наедине!
— Что?..
— Выйдите, говорю! — начал он втолкать меня к выходу. — Важный разговор будет. Божественный. Не для смертных ушей.
— Дионис, она убийца, она пыталась…
— Знаю-знаю! Именно поэтому мне и надо с ней поговорить! А ну, марш отсюда!
Он вытолкнул сперва меня, а затем и Миори наружу, успев перед этим, стоя спиной к пленнице, показать свой огромный, толстый… сборник контрактов.
— Она будет пищать от ужаса, но либо подпишет его, либо выбывает из испытания. Понятно?
— Понятно… — вздохнув, кивнул я, и пухлое лицо Диониса скрылось за тканью входа.
Следом мою резиденцию вождя затянуло мерцающей пеленой. Серебристой, полупрозрачной. Я коснулся её и тут отдёрнул руку: меня словно током шибануло.
Изнутри доносился голос Диониса, приглушённый магией. Мой покровитель говорил, что у Тали мало времени и много работы. Так что лучше ей приступать прямо сейчас и со всем усердием.
Потом раздался женский крик. Голос Тали звучал так, словно к ней не бог заявился, а дикий зверь.
— Нет! Не надо! Что это за ужас⁈ Я и так всё расскажу! Убери его! Почему он такой большой⁈
Миори рядом застыла и густо покраснела. И я тоже застыл…
— Что там происходит⁈ — поинтересовалась девушка, и я лишь пожал плечами.
Крики продолжались ещё несколько секунд. Потом резко стихли, будто кто-то выключил звук. Видимо, Дионис и выключил.
Рядом послышались тяжёлые шаги. Я присел и столкнулся взглядом с Орочи. Тот подходил, прихрамывая, с любопытством глядя на мерцающую завесу.
— Это кто был? — спросил он, указывая на дом.
Я и Миори переглянулись. Она ответила за нас обоих:
— Дионис.
Орочи присвистнул.
— Вот это он крутой! — восхищённо произнёс орк. — Такую магию творит! Страшный до одури. Сразу видно крутого мужика с квадратными шарами. Я правильно сделал, что пришёл к вам!
Я не знал, что ответить, но был в корне с ним не согласен…
Через десять минут всё закончилось. Видимо, девушка сдалась и всё подписала.
Орочи сидел на земле и массировал больную ногу. Атари суетилась вокруг него, что-то ворча на оркском.
Гоблины поглядывали на нас с любопытством, но приближаться не решались. Чувствовали, что происходит что-то важное.
Наконец, пелена замерцала и исчезла. Дионис вышел из дома, поправляя облако. Выглядел он довольным собой и счастливо ухмылялся.
— Ну вот! — сказал он внутрь дома. — А ты боялась. И вообще, чтоб ты знала: не такой он и большой! Считай, стандартный! Тридцать три нимфы-выпускницы его составляли, так что среднестатистический!
