Но ровно такие же фото всплывают в одном блоге, на который я подписалась.
Вроде как Аделина выложила их в одной из соцсетей.
И подпись:
“Спасибо любимому мужчине за поддержку и страсть”.
Сука.
Неожиданно ловлю себя на мысли, что совсем не ревную Артёма в этот момент.
Не ревную, потому что верю ему.
Всё это ее выступление — фото, улыбки, белье напоказ, подпись, это как агония.
Она пытается доказать мне, что у нее связь с Артёмом, что она есть, она продолжается. И это так…
Так глупо!
Так по-детски.
Аделина заигралась.
И это ей будет дорого стоить.
Надежда давно ушла, Игорёк спит, Лерочка тоже засыпает, обняв новую игрушку лабубу, которую всё-таки выпросила у папы.
Я слышу звук замка в двери.
Иду встречать любимого.
В новом белье — да, да, том самом. Если мужчина покупает женщине белье, значит, хочет его увидеть? Еще на мне шелковый леопардовый халат с перьями. Заказала на маркетплейсе, не удержалась.
Смотрю в зеркало — что за тигрица эта львица! Смешно, конечно, но…
Сегодня хочу быть хищницей.
— Вау…
— Это всё, что ты можешь сказать?
— Нет…
Он набрасывается на меня прямо в коридоре, целует жадно, ласкает, горячий такой и ненасытный. Это как яркая вспышка, после которой мы оба немножко оглушены.
— Я хотел тебе сказать…
— Что любишь меня?
— Да… Очень сильно люблю. Очень.
— А я тебя.
— Аделина была в офисе.
— А я знаю.
Он удивлен, я показываю фото.
— Вот сука…
— Это агония. Она уже не знает, чем меня достать, пытается кусаться, плеваться ядом.
— Она меня шантажировать начала. Вернее… предложила выкупить какую-то ценную информацию.
— А ты…
— А я ее послал.
— Правильно. Ничего такого ценного она нам не скажет. И вообще… пошла она…
— Пошла, да… какая ты вкусная…
— Ты просто голодный.
— До тебя, да… проголодался… Слушай…
— Что?
У Артёма такой вид, я даже не представляю, что он может сказать.
— А давай еще кого-нибудь родим?
Глава 33
— А давай еще кого-нибудь родим?
Замираю, услышав эту фразу. Захлебываюсь чувствами.
Сколько же в ней много всего. Она так много значит.
Это предложение не просто родить еще одного ребенка.
Это предложение будущего. Нашего будущего.
Снова быть вместе, снова навсегда, возродить нашу семью.
— Да… да… давай… — отчаянно шепчу.
Чувствую, как внутри щемит сердце, а грудь распирает от эмоций.
Я так хочу ими поделиться. Отдать себя. Подарить Артёму.
И взять от него всё то, что он хочет мне дать.
И пусть даже забеременею, прямо сейчас, я буду только рада.
Как же я этого хочу. Безумно. Дико. Хочу своего мужа. Быть с ним.
Чувствую себя немного сумасшедшей, а может, и не немного.
У Артёма глаза лихорадочно горят, а лицо такое…
Он будто и боготворить меня хочет, и в то же время страстно, жестко… взять.
И любить, любить, любить…
Так в чем же дело? Я хочу того же самого. И немедленно.
Сейчас!
— Снежка, моя снежка, королева моя… — Артём хрипит, сграбастывая меня в охапку. Его руки жесткие, но в то же время нежные, ласковые. Он сминает меня в объятиях, губы захватывают мои губы. Целует меня неудержимо, а я отвечаю, льну к нему. Стараясь слиться, стать единым целым.
И мне мало. Так мало!
Мне нужно больше, чем эти поцелуи. Мне нужно всё.
Чтобы кожа к коже, чтобы дышать одним воздухом, чтобы сердца бились в унисон.
Между нами искрит, по коже бежит дрожь, Артём обдает меня жарким дыханием и, чуть наклонившись, подхватывает. Я, тихо ойкнув, вцепляюсь ему в плечи.
И мой мужчина несет меня в спальню. Довольный, как хищник, поймавший давно желанную, вкусную добычу. Он горячий, сильный. Твердое тело под моими пальцами.
Я хочу почувствовать каждую мышцу, каждый сантиметр кожи.
И от предвкушения и восторга у меня внутри всё звенит. Дыхание перехватывает.
А Артём смотрит. Ест меня глазами, пожирает и будто заново изучает.
Так, словно видит впервые. Мы словно заново знакомимся сегодня.
И это так волшебно, так красиво, что я готова расплакаться от восторга и любви.
Всхлипнув, притягиваю к себе голову Артёма, мы снова сливаемся в жарком поцелуе. Под нами кровать. Шелковые простыни. Шорох ткани звучит так же чувственно, как наше дыхание, которое вырывается из груди толчками.
Нам мало воздуха, но мы всё равно не перестаем целоваться, не отпускаем друг друга. Рвемся навстречу, сталкиваемся, между нами ураган, настоящий шквал.
Одежда растворяется, словно по волшебству. Куда-то исчезает.
Мы сплетаемся телами. Между нами нет даже миллиметра. Тесно, близко.
Так горячо, так сладко, так правильно.
— Артём… Артём… — зову его как одержимая, мне просто надо произносить это имя, чтобы лучше осознавать эту реальность.
Чтобы понимать — это не сон. Это по-настоящему.
До меня доносится его жаркое дыхание. И стон.
— Снежа…
Артём обхватывает мое лицо ладонями. Его касания обжигают.
Смотрит так, что у меня кружится голова. В полумраке спальни его глаза блестят.
Он как пьяный. Да и я не в себе тоже.
Мы оба сошли с ума, потерялись друг в друге, забыли обо всем белом свете.
Ничего не существует за пределами нашей вселенной.
— Люблю тебя, Снежка… так люблю…
— И я… и я… пожалуйста, Артём, не могу больше… я… я сейчас умру…
— Знаю, любимая, знаю…
А потом он начинает меня ласкать. Жадно, пылко. Горячие руки везде.
Поцелуи оставляют отметины на коже. Каждое касание вызывает стон.
Артём не торопится, он словно смакует меня, нашу близость.
А мне нужно всё и сразу.
Я так устала ждать, соскучилась, и я требовательно тяну любимого мужчину на себя.
Но он хрипло смеется и продолжает умело подводить меня к краю.
Ожидание — пытка. Болезненная пульсация внизу живота нарастает.
Ждать больше невозможно. С протяжным стоном Артём берет меня.
Мы сливаемся в одно, задерживая дыхание. Давая друг другу привыкнуть.
Почувствовать. Осязать эту остроту. Мы на пике.
Я громко ахаю, а он утыкаемся мне в шею.
По щеке скатывается горячая слеза, и Артём слизывает ее языком.
Всё так порочно. Чувственно. И в то же время так нежно, так волшебно.
Не просто страсть, а самая настоящая любовь, которая сейчас ощущается каждой клеточкой. Оно внутри. Извне. Вокруг нас. Окружает нас, проникает.
Мы делимся ею друг с другом, пока плывем на волнах нашей страсти.
Хорошо, очень хорошо, до невозможности прекрасно.
Так, как может быть только с ним и ни с каким другим.
Я приняла, я простила, и я ни о чем не жалею.
Понимаю это именно сейчас, когда Артём возносит меня на небеса…
Потом мы лежим. Ленивые, расслабленные, наши руки и ноги переплетены.
Блаженство. Нега. Любовь, которая ощущается в воздухе.
И понимание, что мы наконец вместе и всё плохое позади, наполняет душу радостью.
— Это… это… — Артём пытается подобрать слова, его грудь вибрирует под моими пальцами от хрипловатого смеха.
Я тоже хихикаю, как девчонка, и смотрю на него сверху-вниз лукаво.
— Ну? Как это было?
— Ты знаешь. С тобой всё идеально. Всегда было и будет. Я дурак, что отпустил тебя, надо было еще настойчивее бороться.
В его голосе слышится сожаление, но я не люблю эти истории с “надо было сделать так-то”. Никогда не любила. Былого не воротишь. Что сделано, то сделано. В тот момент мы не могли сделать иначе. Ни он, ни я. Я не готова была прощать, разговаривать, вникать. Нет. Мне нужно было это время. Но сейчас я не хочу объяснять ничего, не хочу портить момент и проваливаться в тяжелое прошлое. Такое освобождение внутри, что кажется, будто за спиной выросли крылья.
— Артём, не надо, — мотаю головой, выдыхая, а потом подтягиваюсь к нему повыше, чтобы поцеловать в губы. — Главное, что сейчас всё наладилось.
