— Давайте проясним для себя всё возможное. Дмитрий Анатольевич, вы ведь не против продолжать со мной работать?

На мой вопрос Медведев усмехается:

— Нет, конечно. Мне нравится.

— И формальная должность — дело второстепенное? — снова получаю согласие. — Какой оклад вас устроит? Только учтите, я довольно-таки прижимистый работодатель.

Слегка поторговались. Меня спасает то, что Медведев, как бывший президент, будет получать соответствующую пенсию. На данный момент порядка восьмисот тысяч. Так что согласился на прибавку в тысячу лунных рублей в месяц. Ну а что? Суммарно больше миллиона выйдет в российских рублях.

— Теперь технические детали, — окидываю мужчин взглядом. — Мне нужны ваши столичные контакты.

— Ого! — хозяин усадьбы рассмеялся от души. — Мальчик вырос, на ходу подмётки рвёт.

К их общему смеху присоединяюсь лишь вежливой улыбкой.

— Владимир Владимирович, вы свои связи в могилу не унесёте. Дмитрия Анатольевича делать наследником нет смысла. Был бы он лет на двадцать моложе, тогда я и тему не поднимал бы.

Да, хочу статус наследного принца. А чо такого?

— Владимир Владимирович, прикажите позаботиться о моём водителе, — мы явно задержимся, а о своих людях, даже временно нанятых, нельзя забывать.

Кивает.

— А о девушках не волнуешься? А-я-я-й! — ВВП укоризненно качает головой.

— Его девушкам ничего, кроме электрической розетки не надо! — Медведев начинает откровенно ржать, глядя на недоумение своего патрона. — И то раз в сутки.

Надо же! Оказывается, он не знал. Отстаёт от жизни помаленьку.

29 сентября, суббота, время 18:15.

Москва, «Башня Федерация-Запад», банк «ВТБ Капитал», переговорная.

— Скока-скока? — гляжу на импозантного мужчину лет пятидесяти с откровенной насмешкой.

Не только на него, реакция остальных мне тоже любопытна. Однако мой интерес остался неудовлетворённым. Опытный и тёртый народ собрался. Ядро пресловутого кооператива «Озеро», генералы промышленно-финансовой группы, подпиравшей предыдущего президента. Поэтому по лицам ничего не прочтёшь, только у одного, самого молодого, что-то мелькнуло в глазах.

— А что вы хотите, Виктор Александрович? — Ковалёв стряхнул с рукава дорогого костюма невидимую мне пылинку. — Элитный жилой комплекс, двести пятьдесят роскошных квартир со всей инфраструктурой. Нормальная цена. Москва — дорогой город, неужто новость для вас?

Вменяемую цену, вот что я хочу. Триста восемьдесят миллиардов рублей — это явный перебор. С подобными аппетитами эти бравые ребята даже лунную казну до дна махом выберут. Это будет трудно, но я в них верю.

— Это какую же вы прибыль себе заложили, Николай Фёдорович? Процентов восемьсот? — не отвожу от него пристального взгляда и вижу, вижу, как что-то на долю секунду колыхнулось на дне его карих глаз.

— Через край хватанули, Виктор Александрович. Мы больше двухсот миллиардов потратили.

Покерфейс прочно прописался на лицах всех присутствующих, но кто-то негромко хмыкает. Я тоже это сделал.

— Понимаю, что вы — человек небедный, но таких денег у вас просто нет. Поэтому и не могли вы их потратить. Вы забываете, с кем разговариваете. Я совершенно не на пустом месте стал кандидатом физико-математических наук. Поэтому с числами управляюсь легко.

Далее объясняю буквально на пальцах. При средней площади квартир в полторы сотни квадратов при озвученных затратах в двести лярдов получается, что себестоимость квадратного метра лежит в пределах от пяти до шести миллионов рублей. В моём родном Синегорске за такие деньги можно полноценную квартиру купить. Двухкомнатную точно, пусть и не в центре.

— Даже если вы паркет сделали из столетнего морёного дуба, а водопроводные трубы позолотили, у вас всё равно такой себестоимости быть не может. Или вы стены цветным мрамором облицевали? Этого тоже мало.

Молчит. Молчит и в глаза не смотрит.

Стоило только попросить мне организовать резиденцию Лунной республики, что-то вроде посольства, тут же получил встречное предложение. Жилой комплекс «Лазурный» у них завис. И правильно — где они найдут в Москве лишнюю пару сотен миллиардеров? Они даже в столице стадами не ходят.

— Давайте договоримся, Николай Фёдорович. Установим предварительную цену в сто двадцать. Это верхняя планка, которая может только опуститься. Потому что мои специалисты — экономисты и строители — внимательно проверят ваши расходы на возведение комплекса. Я спокойно соглашусь на рентабельность процентов в двадцать пять, но не выше. И если мои люди обнаружат в ваших зданиях полипропиленовые трубы или биметаллические радиаторы, эту тему мы закроем. Сами выпутывайтесь с вашим комплексом.

— Нет у нас таких труб. И радиаторы из нержавейки, — бурчит Ковалёв.

— То есть бюджетные у вас радиаторы, — возобновляю ехидство. — У нас на Байконуре в обычных квартирах для рабочего персонала бронзовые радиаторы и латунные трубы.

Со времён модернизации жилфонда на Байконуре помню, что бронзовая сантехника в четыре раза дороже, чем из нержавейки.

Всё как всегда. Когда приходит новое начальство или просто новый человек в сложившееся сообщество, его пытаются развести. Повышение зарплаты или более высокую должность выпросить, элементарно денег взаймы. Старожилы в курсе, что долг не отдадут, а с новеньким может и прокатить. Могут свалить самые неприятные обязанности. Короче, на новом месте, с новыми людьми надо держать ухо востро.

— Насчёт вашего запроса, Виктор Александрович, — вступает в беседу мужчина с лицом, ассоциирующимся с гранитным валуном. — Я слышал разговоры, что американского посла хотят лишить его резиденции. Спасо-Хаус — очень неплохое место.

— Спасибо за наводку, Игорь Аркадьевич. Сейчас гляну…

Влезаю в сеть через планшет, смотрю. Дюжина собравшихся гостей тихо переговаривается. Долго меня ждать не приходится:

— Склоняюсь к тому, чтобы отказаться. Место замечательное, однако, есть целый ряд но. Памятник архитектуры и культуры, там особо не порезвишься. Для торжественных мероприятий лучше не придумаешь, но работать там не очень удобно. Охрану даже не представляю, как и где разместить. Реконструировать ничего нельзя, насколько понимаю.

Короче, мне нужно такую же, но с перламутровыми пуговицами. «Будем искать», — сказали мужчины.

— Нельзя ли принести хоть какие-то бутерброды, Алексей Андреевич? — обращаюсь к Хованскому.

Для меня почти новость, что ВТБ входит в пул экс-президента.

— Лучше в ресторан спуститься, — тонко улыбается хозяин этого места.

Ресторан так ресторан. Для нас выделили отдельный зальчик, так что никто не мешал. Порхают улыбчивые официантки, с ловкостью фокусников расставляя блюда. Без стука. Заказал креветок, капустный салат с селёдкой и томатный сок. Ужин должен быть лёгким. За всех заплатил щедрый хозяин.

— Мы нуждаемся в больших проектах, Виктор Александрович, — Игорь Аркадьевич незаметно берёт на себя роль представителя всей группы. — Что вы нам можете предложить?

Он занимает место напротив меня. Рядом со мной никто сесть не может. У меня по бокам два парня из админотдела Агентства. Напрямую работать с этими людьми будут они.

Пришлось долго думать над ответом. Секунд тридцать.

— Как вы понимаете, самой Лунной республике ничего грандиозного ненужно. Что-то строим в Гуантанамо, но тот заказ уже отдан. Можно подумать над строительством метро в Омске, но тут мне надо с экономическим отделом советоваться. Если финансировать будем мы, то проект должен быть окупаемым. Принадлежать-то он будет нам.

Добиваю салат и продолжаю:

— Тому же Омску думаем выделить деньги на приведение дорог в порядок. Это станет чисто спонсорской помощью. Мы хотим взять этот город как бы под свой патронаж. Но это тоже мелковато для вас…

Не все согласились с моей оценкой масштабов. Ну да, строительство дорог — финансово выгодное дело.