Горячие слёзы скатываются из отёкших глаз, и даже это больно. Они обжигают моё избитое лицо, а я даже встать не могу. Что мне делать? Я не готов… снова меня выебут? Снова всё это? Я не могу… не могу… больше так. Не могу. С этими мыслями я снова теряю сознание.

Кто-то пинает меня, и я распахиваю глаза, по которым бьёт слабый свет.

— Эй, ты в порядке? — Грязное и старое лицо какого-то бездомного слоняется надо мной. — Вызвать полицию?

— Нет… я… в порядке, — оглядываясь, хриплю я. Уже день. Я пропустил работу. Где я? Блять, как же больно.

— Ладно. Ты чей? Под кем ходишь?

— Что? — непонимающе смотрю на старика, плюющего рядом со мной.

— Говорю, ты откуда? Кто у тебя крыша?

— Я… Роко… Лопес, — хриплю я.

Не знаю, почему я вспоминаю о нём. Не знаю, но это первое имя, которое я могу вспомнить сейчас.

— Вот пиздец, парень. Ты уже вызвал его?

— Я… нет… мои вещи… где я?

— В заднице. Тебе нужно позвать свою крышу, сейчас сюда придут наши, и тебе пиздец. Так что тебе бы валить отсюда, с Лопесом никто не хочет иметь дело. И я… хм, сколько он даст за тебя? Ну, если я помогу тебе?

Я моргаю, не понимая, о чём этот старик говорит. У меня жутко болит голова. Настолько жутко, что я даже не могу держать глаза открытыми.

— Я Дрон… Дрон… я…

Кислота скапливается у меня во рту, и меня рвёт. Падаю на землю, облёвывая всё вокруг, и себя тоже. Я не в силах подняться. У меня ничего не шевелится. Блять, я сдохну? Вот так, словно белое дерьмо?

— Пиздец. Ты нужен Роко?

— Он… хотел меня… я… вызови…

Кажется, прошу его вызывать скорую. Хотя бы кого-то. Надеюсь, что попросил, потому что тьма снова сгущается в моей голове, и я проваливаюсь в неё.

— Эй. Просыпайся. Давай, сейчас за тобой приедут, — меня бьют по щекам, и я стону от боли.

Открываю глаза, а они пульсируют. Всё тело гудит. Кто-то прикладывает к моим губам воду, и я пью её. Мне немного лучше. Хоть перед глазами всё плывёт, но я вижу двух стариков, стоящих напротив меня.

— Сейчас за тобой приедут. Жди, — говорит один из них. — Херово он выглядит. Сдохнет, мы денег не получим.

— Эй, ты, живи. Немного осталось, — снова похлопывают меня по щекам.

Приоткрываю глаза, на меня снова что-то капает. Как же мне плохо. Я даже ничего не помню. Где я?

— Ох, блять. Это он, да? Он же не кончит нас, да?

— Мистер Лопес, вот… вот, он сказал, что нужен вам, — лепечет кто-то.

— Дрон?

Слышу знакомый голос. Я помню его.

Снова с трудом приоткрываю глаза и вижу тёмные глаза напротив.

— Роко… Роко Лопес, — шепчу я. — Помню тебя… я… умираю, кажется. Я…

Меня снова рвёт. Я заваливаюсь набок, но меня кто-то удерживает.

— Блять. Где он был? Кто это сделал?

— Не знаем. Мы его таким уже нашли. Вещей не было.

— Дрон, давай пошли.

Меня поднимают на ноги, но они болят. Я сразу же падаю, утыкаясь в тёплую грудь. Так приятно пахнет.

— А наши деньги?

— Вот. Найдёте информацию, кто это сделал, и кто привёз его сюда, заплачу больше.

— Мы узнаем!

— Робертс… меня… больно, — хриплю я.

— Вот же сукина мразь. Ничего. Дрон, будь в сознании, идёт? Давай ты не сдохнешь в моей машине, окей? Я как бы педант. И эта новая тачка. Да и я типа не хочу, чтобы ты сдох здесь.

Пытаюсь улыбнуться, мне кажется это смешным, но так больно. Я снова проваливаюсь в темноту.

Когда моё сознание возвращается полностью, я открываю глаза и нахожу себя в незнакомой комнате, выполненной в чёрных тонах. Сухость в горле причиняет боль, а тело кажется мне ватным.

— Очнулся?

Поворачиваю голову и нахожу того самого мужчину, Роко Лопеса. Он сидит в кресле с планшетом в руках. Чёрная футболка туго обхватывает его бицепсы, на которых выделяются вены. Я сглатываю и пытаюсь что-то сказать, но мне больно.

Роко встаёт, берёт стаканчик с трубочкой и подносит к моим губам, и я пью, не сводя с него взгляда. Что случилось? Я не особо помню. Кажется, что я побывал в аду.

— Лучше? — с улыбкой на лице спрашивает он, возвращаясь в кресло.

— Да… да. Что я… как? — хмурюсь, пытаясь сесть, но боль в рёбрах заставляет меня упасть обратно на мягкие подушки.

— Ну, у тебя был неприятный опыт, скажем так. Помнишь что-нибудь? К примеру, о Робертсе?

В моей голове сразу же вспыхивают воспоминания того, как меня били, и почему я, вообще, нахожусь здесь. Вот же, блять.

Прикрываю глаза, осознавая, что теперь я попался. Кажется, я должен Роко Лопесу. Почему я вспомнил именно о нём? Чёрт. Мне бы покурить, и я буду в порядке.

— Рассказывай. По твоему лицу вижу, что ты всё вспомнил. Давай. Дай мне повод.

— Что? — поворачиваю голову, пытаясь нахмурится. Но это больно, оказывается. Моё лицо пульсирует.

— Как ты оказался в дерьме, Дрон? — спрашивает Роко.

— Спасибо, — выпаливаю я.

Роко приподнимает тёмные брови. В его взгляде столько удивления.

— Прости?

— Спасибо… за всё, что сделал для меня. Я… будут деньги, я оплачу затраты. Мне жаль, — бормочу, испытывая жуткий стыд за то, что втянул его в своё дерьмо.

— Ты, пиздец какой, странный, — бормочет Роко, потирая переносицу. — Просто пиздец. Так что там с Робертсом? Расскажешь мне?

— Я… у меня должен был состояться бой. Я пришёл. Оплатил взнос наличными. У меня… в моей сумке… чёрт, там было всё. Моя одежда, телефон и деньги, немного… сумки не было, да?

Роко отрицательно качает головой.

— Я пришёл, и меня схватили. Он говорил мне какую-то ерунду о том, что я его подставил. Потом они набросились на меня и избили. Это всё, что я помню.

— Класс, — улыбаясь, радостно произносит Роко. Он больной? Что в этом классного? — Круто, Дрон, ты порадовал меня. Просто охуенно круто.

Он, правда, болен. Почему он так счастлив?

— Ладно. Мне нужно по делам. Вернусь вечером. Выживешь?

— Да… но… где я?

— А это, — Роко окидывает взглядом спальню, — одна из наших квартир. Я сдаю её бойцам. Точнее, раньше здесь жил один бывший боец, какая ирония.

Он смеётся, причём очень долго, прежде чем продолжить.

— В общем, можешь пока побыть здесь. Она пустует. И ещё раз советую подумать о том, чтобы стать моим, Дрон. Кажется, тебе это нужно. Ну и типа это будет круто, так отплатишь мне за то, что я помыл тебя, — улыбается Роко.

Он дурак? Ну просто у меня другого вопроса нет в голове. Я таращусь на него, как на идиота.

— Ладно, отдыхай. В холодильнике что-то есть, Рэй привезла или нет. Она должна приехать, чтобы приглядеть за тобой, но я бы не надеялся. Она напала на след, и это её, пиздец как, увлекает, так что жди меня или не жди, но лучше жди. Ты как бы не в состоянии даже срать сам.

— Я… я не могу, — испуганно шепчу. Чёрт, я же забыл о долге. Отец убьёт меня. Просто убьёт меня. От своих чувств я даже сажусь, наплевав на боль во всём теле. — Я должен уйти. Мне нужно… домой.

— Дрон, я бы не советовал.

— Да срал я на это, — фыркаю и откидываю одеяло. Блять, я голый. Я сразу же укрываюсь. — Ты раздел меня?

— Вариантов не было. Твоя одежда была обосрана, обоссана и облёвана. Твои предложения?

Поджимаю губы, чувствуя, как их стягивает от ран.

— Спасибо, но мне нужна… у тебя есть другая одежда? Я верну.

— Ну, только та, что на мне. Отдать? — Роко подхватывает край своей футболки, оголяя рельефный, накаченный живот. Я сглатываю.

— Нет!

— Можно было и не так драматично, — смеётся он. — Слушай, я вернусь через пару часов и привезу тебе что-нибудь, ладно? Мне реально нужно идти. Захочешь уйти, уйдёшь. Нет, оставайся. Пару часов подожди.

Роко выходит из спальни, не оставляя мне выбора. Не пойду же я голым, а ещё я весь в бинтах и синяках. Роко это сделал для меня? Да кто он, мать его, такой? Что за супергерой?

Отец убьёт меня. Расплата за моё отсутствие будет жестокой. И мне уже страшно. Я знаю, что со мной сделают. Мне нужно где-то достать деньги. Очень нужно.