Для меня лучшего момента могло и не представиться:

— Элиза, у меня к вам огромная просьба. К несчастью я столкнулась с этим вашим хорошим знакомым, и он принял меня за одну из ваших девочек. Мне такое внимание ни к чему, и я буду признательна, если вы сможете уладить это недоразумение, — я почти дословно пересказала ей встречу с Мартерийским. — При сложившихся обстоятельствах самым разумным будет отправиться в Цветень, загляну и там в ваш Дом, конечно, я не целитель, но мало ли, а оттуда сразу в Зелень — у них чуть меньше шести дней. Время поджимает.

— Ну, со знакомым-то я разберусь, подберу куколку, похожую на тебя, и все дела. Молодец, что так подробно всё рассказала, это упростит дело. Уверена, что стоит ехать так скоро?

Утвердительно кивнула. Промедление смерти подобно, при чём в буквальном смысле этих слов.

— Будь по-твоему. Сама не смогу поехать, дел слишком много, а вот Тара с вами отправлю. Не спорь! — сразу пресекла она готовые сорваться с моих уст возражения. — Вестник я сейчас отправлю, чтоб встретили в Цветене, как положено, да и письма с указаниями и тебе и Тару дам. Нечего двум девицам самим по дорогам шастать. И Тару накажу двух охранников в Цветене из Дома взять в сопровождение. В Хмельск порталом пойдёте, оттуда почти двое суток пути до Зеленя, ехать долго, селенья разбросаны, да и дороги не столь надёжны.

— Ладно, будь по-вашему. — я только рукой махнула. С Элизой действительно проще согласиться, чем спорить. Да и чего спорить, если с охраной и в самом деле надёжнее и безопаснее. Вытащила из сумки один из договоров и передела ей: — Оплата на ваше усмотрение, я знаю, сколько стоят «Исцеляющие слёзы».

— Не дури, Рия, все расходы беру на себя, на оплату это никак не повлияет. Но мне нравится твой деловой подход, — довольно подмигнула мне Элиза.

Такой деловой подход был обусловлен исключительно необходимостью оплаты жилья и покупки тёплых вещей к приближающимся холодам, но уточнять об этом я не стала.

— Тогда здесь меня больше ничего не держит, — я решительно поднялась со своего места, желание отправиться в дорогу стало просто непреодолимым.

— Всё-таки придётся немного задержаться, мне нужно время, чтобы уладить все дела, — осадила Элиза резво вскочившую меня.

— Если возможно, постарайтесь закончить, как можно быстрее, — со всей возможной искренностью попросила я Элизу.

Матушка Сиртинь действительно справилась с письмами в короткие сроки, и менее чем через час мы уже выезжали за ворота в сторону городского портала. За мою работу она расплатилась более, чем достойно, я пыталась было поспорить по этому поводу, но она даже не стала слушать. Привыкшая, что её слушают беспрекословно, Элиза и сейчас отмела все мои возражения, как несущественные.

Ещё нам был выдан увесистый кошель на путевые расходы, который был передан Тару, и он же был назначен временным старшим нашего отряда. Дир так и не появился, и это меня беспокоило, я повторила Элизе свои опасения по поводу его печати, но не думаю, что она восприняла всерьёз мои слова.

Я была рада покинуть этот город, а ещё больше я радовалась успешно выполненной работе. Чувство, что ты способен помогать людям, спасать их, грело изнутри и загоралось ярким пламенем желания делать больше, узнавать и открывать новые границы своих возможностей. Ласково пробежалась пальцами по дракончику, снова безвольной вещью угнездившегося на поясе, посылая ему волну признательности. Какой же он всё-таки умница, мне будет его очень не хватать, когда ему придёт время возвращаться в Драконью Империю. За столь короткий срок я успела искренне к нему привязаться. Лина о чём-то увлечённо болтала с Таром, и эти двое были настолько заняты друг другом, что и вовсе не обращали внимания ни на что вокруг. Я же с удовольствием крутила головой, наслаждаясь бурной жизнью города. Всеобщий Тракт был совсем рядом, и от этой близости Славск всегда напоминал муравейник: купцы, наёмники, путешественники, уличные торговцы, попрошайки, стража — разнообразие лиц и красок создавало непередаваемый калейдоскоп жизни, присущий только крупным городам. Люди спешили по своим делам, где-то раздавался громкий смех, где-то торговый спор переходил на новый уровень выяснения отношений, а где-то уже раздавались крики и призыв стражников. Аккуратно правя лошадью, стараясь никого не задеть и случайно не перегородить путь, мне лишь чудом удалось избежать столкновения со всадником, движущимся навстречу. Ладно, причиной было не чудо, а моя внимательность, та самая, которой не хватало всаднику. Пусть он также шёл неспешным ходом, но его внимание было сосредоточено на толпе, словно он искал кого-то, и мне пришлось резко увести лошадь в сторону, дабы избежать столкновения, да ещё постараться не задеть никого этим внезапным манёвром.

— Уважаемый, внимательнее, — я даже не попыталась скрыть своего раздражения. — Смотрите, куда правите!

Вынырнув из своих мыслей, всадник развернулся ко мне, и я стушевалась под его внимательным взглядом. Мимолётом отметила, что он довольно хорош собой: тёмно-русые волосы забраны в хвост и, как и весь потрёпанный дорожный костюм, слегка припылены, словно их обладатель был довольно долго в пути без остановок, глаза цвета молодой листвы смотрели пронзительно и колко, высокий лоб, прямой нос и упрямый подбородок. Даже небольшой шрам, начинающийся на щеке и уходящий на шею, не портил его вид, и который я почему-то успела рассмотреть, а вносил лёгкий флёр опасности и таинственности. Кажется, я забыла, как дышать, пока рассматривала внешность незнакомца, потому как мой вырвавшийся вздох был настолько шумный, что вызвал понимающую едкую улыбку у этого красавчика. Это было неприятно, словно тебя поймали за чем-то предосудительным и, даже если ты не делала ничего такого, всё равно возникает это чувство неловкости и стеснения.

Пробежалась быстрым взглядом по всей фигуре всадника и теперь уже вздохнула завистливо — определённо хорош, даже великолепен, обманчиво худощавое телосложение при каждом движении выдавало плавность и расчётливость бывалого воина, и такая обманчивость была опасна вдвойне. Да и клинок на потёртой перевязи прямо намекал на его род занятий — наёмник, чтоб мне силы лишиться, если это не так. Безумно притягательный и обаятельный наёмник, который равнозначно выйдет победителем и на ратном поле, и на любовной ниве. В первом случае оставив после себя трупы врагов, а во втором — разбитые сердца влюблённых женщин.

— Извини, красавица, на тебя засмотрелся, — совершенно бесцеремонно соврал зеленоглазый незнакомец… и голос у него под стать, низкий, бархатный, цепляющий что-то глубоко внутри, что-то очень важное.

Ну да, ну да… Интересно и часто этот приёмчик срабатывает? Судя по довольной и самоуверенной ухмылке — постоянно.

— Будьте осторожнее, уважаемый, красавиц много — вы один, смотрите, шею не сверните, — повеял холодом мой голос… но, то ли холода было маловато, то ли некоторые самоуверенные личности были нечувствительны к такому погодному явлению.

— Волнуешься за меня? — блеснули игривой зеленью глаза всадника.

— Само собой, — незамедлительно согласилась с ним, — женский род будет рыдать без перерыва, оплакивая скоропостижную и нелепую смерть такого красавчика от свёрнутой шеи.

— Ты считаешь меня красивым, — победно улыбнулся он на мои слова, услышав из них только одно слово. Удивительно непрошибаемая личность.

— Глупо спорить с очевидным, уверена, вы не раз видели своё отражение, — легко пожала плечами на его слова.

— Госпожа, всё хорошо? — голос Тара, вклинившегося между нами, разорвал и зрительный контакт, и непонятную атмосферу, возникшую во время случайного разговора.

— Да, конечно, едем, — дёрнув поводья, бросила зеленоглазому красавцу на прощанье: — Удачи, наёмник, берегите себя и свою шею.

— И ты себя, красавица. Ещё увидимся, льдинка, — многообещающе протянул он, и наши пути разошлись.

Пару минут я ещё чувствовала его взгляд на себе, но потом он пропал, как и сам наёмник, растворившийся в суете торговых рядов.