Дальше всё шло по отработанному алгоритму. Они переводили эту криптовалюту в рубли, обналичивали средства и передавали живые деньги барыгам из закрытого чата.

Ну что ж… теперь исчезли белые пятна и пропали несостыковки. Все сложилась в единую, пусть и крайне мерзкую, но логичную схему.

Схема была действительно простая. Примитивная, как пять копеек. И именно в этом заключалась её сила.

Мне даже стало куда понятнее, почему пацан начал принимать всякую дурь. Вася делал это для того, чтобы удерживать форму. Чтобы сохранять концентрацию, скорость реакции и продолжать выигрывать турниры по своим играм.

Потому что если бы он перестал выигрывать, всё бы рухнуло. И тогда ему бы попросту открутили голову. Василий был был расходным инструментом, который обязан работать стабильно.

Ну что тут сказать. Всё гениальное действительно просто.

Судя по тому, что я уже успел понять про криптовалюту, государство вопрос толком не регулировало. Более того — по большому счёту даже и не могло регулировать. Слишком новое, расплывчатое и быстро меняющееся явление.

А значит, перед такими вот мошенниками и остальным криминалом раскинулось непаханое поле. Пространство, где можно крутить миллионы, не опасаясь контроля.

Чем дольше я об этом думал, тем отчётливее понимал, что выйти из этой истории живым куда сложнее, чем в неё войти.

Как бы то ни было, команда Василия перестала выигрывать игровые турниры и схема дала сбой. Барыги, которые через «призовые» выводили свои деньги, лишились рабочего канала.

А Вася, судя по всему, очень быстро понял простую и страшную вещь — чем для него это закончится. И вот тогда он, видимо, решил, что если уж умирать — то умирать с музыкой. Ну, в смысле, со всей суммой цифрового «общака» на кармане. Шаг отчаянного, загнанного в угол человека, которому больше некуда отступать.

Мда… конкретно так вляпался пацан в проблемы. По самые уши. Причём настолько глубоко, что уже почти захлёбывается.

Теперь кстати понятно, откуда взялась вся эта его давящая, тягучая грусть, с которой он ходил последние дни. Это было прямым следствием осознания того, в какие неприятности он угодил.

Я не мог не отметить ещё одну важную деталь. Те бабки, которые лежали на этом электронном кошельке, нигде не были задекларированы. Они не числились ни за кем. Не проходили ни по каким реестрам. По сути, формально они вообще никому не принадлежали.

И вот эта мысль неожиданно начала бурно работать у меня в голове.…

От автора:

Был шеф-поваром, а стал рыбаком с Системой. Они смеются? Пусть. Этот мир просто сложный рецепт. И я знаю, как его приготовить. https://author.today/reader/503344/4742795

Василий после своего признания заметно сдал. Он словно выдохся окончательно, сбросив с себя тяжёлую ношу. Пацан теперь просто ждал, что будет дальше.

Видя, что пацан совсем уж раскис, я подошёл ближе и похлопал его по плечу. Хотелось хоть как-то передать Василию простую мысль, что он здесь не один. Рядом есть поддержка, на которую он, в случае чего, вполне себе может опереться.

Да, ситуация оставалась крайне опасной, но опускать руки сейчас было самым худшим из возможных вариантов. Опускать руки в принципе никогда нельзя, это правило я знал назубок, исходя из всего того опыта, который тянулся за мной из прошлой жизни.

— Вася, не вешай нос. Рано ещё тебе его вешать, братец, — уверенно сказал я. — Кстати, теперь я, как понимаю, ты уже и сам кровно и вполне конкретно заинтересован в теме?

— Какой? — замялся Василий.

— Взять за жопу Анчоуса и всю ту банду, которая за этими делами стоит, — пояснил я.

— Так и есть, Владимир Петрович. Я в этом кровно заинтересован, — подтвердил он. — Вот только, к сожалению, одной моей заинтересованности будет мало. Я не выдумываю, когда говорю, что для того, чтобы выйти на барыг, мне нужно, чтобы кто-то вступил с Анчоусом в прямую переписку.

Василий прекрасно осознавал, насколько опасно то, о чём он говорит, и даже не пытался ничего приукрасить. Вот это правильный подход.

— Я это прекрасно помню, — сразу же ответил я, не давая ему углубляться в повторения. — Можешь не рассказывать по новой. А я повторю ещё раз: не вешай нос. И будь готов, что в любой момент мы можем начать работу в этом направлении. Потому что я постараюсь найти такого человека, который нам поможет. И постараюсь сделать это максимально быстро.

Василий внимательно посмотрел на меня. Во взгляде мелькнуло недоверие, смешанное с осторожной надеждой.

— А у вас уже сейчас есть кто-то на примете на эту роль? — спросил он. — Кто реально может согласиться на такое… непростое дело?

— А вот и посмотрим, — ответил я, — согласится ли этот кто-то или нет на такое предложение. Потому что, да, есть у меня на примете один человечек.

Я не стал скрывать свои мысли от Васи. Смысла в этом уже не было, да и ситуация перешла в фазу, где недомолвки только вредят. Пусть понимает, что план есть, хоть и не до конца оформленный.

Василий отреагировал сразу. Он ничего не сказал, но тяжело выдохнул. Пацан слишком хорошо понимал, что это может быть его единственный реальный шанс.

Я же со своей стороны решил, что тянуть дальше — плохая идея. В таких делах время почти всегда работает против тебя. Если уж мысль пришла в голову, значит, её нужно проверять сразу.

Звонок я решил сделать прямо сейчас. Отошёл чуть в сторону, чтобы наш разговор никто не слушал. Кстати, не потому, что им нельзя было знать, а потому что некоторые разговоры лучше вести без лишних ушей. Достал мобильник из кармана, быстро пролистал список контактов, нашёл нужное имя и нажал кнопку вызова.

Решение по поводу этой кандидатуры всплыло только сейчас. Хотя, если быть честным, оно выглядело вполне очевидным. Настолько очевидным, что я даже удивился, почему эта мысль не пришла мне в голову раньше. Видимо, всему своё время.

В трубке потянулись длинные гудки. Соединение установилось, а потом вызов приняли. На этот счет у меня, кстати, были определенные сомнения.

— Я тебя слушаю, Володя, — раздался голос из динамика.

В голосе чувствовалась настороженность. Мой собеседник прекрасно понимал, что этот звонок неспроста.

— Здорово, Тигран, — спокойно поприветствовал я его. — Звоню вот у тебя поинтересоваться. Ты помнишь о том слове, которое мне давал?

На том конце линии возникла короткая пауза. Потом Тигран ответил:

— Да. Я всё помню. Отлично помню, о чём мы с тобой договорились. Что ты можешь обратиться ко мне за помощью, если понадобится.

По голосу было прекрасно слышно, что разговор Тиграну совершенно не нравился. Тема была неприятной, тяжёлой, но трубку он не бросал.

— Так вот, Тигран, — продолжил я, — настало это самое время. И я хочу обратиться к тебе за помощью.

— Понял, Владимир. Вообще не вопрос. Говори, в чём просьба твоя ко мне заключается, — ответил Тигран.

— А вот это уже совершенно точно не телефонный разговор, — заверил я. — Для этого нам нужно встретиться и переговорить с глазу на глаз.

Я обозначил свою позицию предельно ясно.

— Ты, надеюсь, не против встречи? — добавил я, хотя прекрасно понимал, что вопрос скорее риторический.

— Конечно же, не против, — ответил Тигран. — Я готов поговорить лично. Завтра могу это сделать в любое время, которое ты мне назовёшь.

В этом «завтра» уже читалось желание мужика выиграть время. Да и у меня самого время прям конкретно поджимало.

— Думаю, нам не стоит откладывать это дело в долгий ящик, — ответил я, не принимая предложенную отсрочку. — Предлагаю, чтобы ты прямо сейчас подъехал ко мне. Где находится моя квартира, ты прекрасно знаешь. Ты в ней не так давно уже был.

— Это мне прям сегодня к тебе надо приехать? — уточнил Тигран. — Я просто уже, как бы, лёг спать, Владимир.

В голосе мужика не было возмущения, скорее осторожная попытка прощупать «границы» срочности. Проверка — насколько это действительно «прямо сейчас», а насколько можно отложить.