Он сделал короткую паузу и уже тише добавил:

— А иногда и хуже. Есть риск, что в ответ полезут к тебе. Попробуют взломать, деанонимизировать. И тогда уже твои личные данные окажутся в чужих руках — если кому-то это понадобится.

На самом деле логика была абсолютно здравая. И даже правильная. Любая система, которая не защищает своих пользователей, долго не живёт. Это раньше, в другой эпохе, всё было проще и грубее. В Союзе — адресные столы. В старых американских фильмах — телефонные справочники толщиной с кирпич, где по одной фамилии можно было найти и адрес, и номер, и иногда ещё и профессию.

Сейчас мир стал другой. Закрытый. Фрагментированный. И если хочешь что-то узнать — действовать приходится не напрямую…

Я ещё раз посмотрел на экран телефона, где по-прежнему висел безликий ник «анчоус».

Я видел, как Василий напрягся ещё до того, как я договорил фразу. Он словно внутренне сжался, будто понял, куда именно я веду разговор, и это направление ему совсем не нравилось.

Он бросил быстрый, нервный взгляд на пацанов за столом. Те, впрочем, сидели спокойно, без ухмылок и не проявляли лишнего любопытства. Однако сам факт того, что разговор пошёл туда, куда мне нужно, чувствовалось кожей.

— Ты можешь не переживать, — сказал я ровно. — Это наши люди. Надёжные. Отсюда ни одно слово дальше кухни не уйдёт.

Вася сглотнул. Причём так громко, что это услышали все. Несколько секунд он молчал, глядя в стол, решая для себя — где проходит граница, за которую он готов зайти, а где уже нет.

— Теоретически… — начал пацан, подчёркивая это слово так, будто ставил перед ним жирную красную линию, — да. Любой аккаунт можно скомпрометировать. В теории.

Он поднял глаза и посмотрел на меня так, будто проверял — понимаю ли я разницу между «можно» и «нужно».

— Но это не кнопка «взломать», — продолжил он. — И не один приём… Есть разные способы, Владимир.

— Вот это уже совсем другой разговор, — ответил я. — Тогда давай без кругов. Скажи мне прямо, что нужно сделать, чтобы мы могли воспользоваться этими способами и узнать то, что нам интересно?

Вася задумчиво поскрёб макушку, опустил взгляд на экран телефона. Я его не торопил. Пусть думает.

Сам же я в этот момент окончательно убедился, что мысль, пришедшая мне в голову ещё у подъезда после слов Марины, была не фантазией. Она была рабочей. Рискованной — да. Но вполне реализуемой.

Если получится вытянуть личные данные хотя бы одного человека из этой мерзкой группы — желательно администратора, то ситуация сразу перевернётся с ног на голову. Пока они прячутся за никами и аватарками, они смелые. Пока они «анчоусы» и «тени» — они чувствуют себя богами.

Но как только за ником появляется реальное имя — это уже совсем другой разговор. И именно это, по-хорошему, меняло правила игры полностью.

— Теоретически… — наконец снова заговорил Вася. — Я бы, наверное, смог это сделать. Ну… или хотя бы попробовать. Но для этого, Владимир, мне понадобятся две вещи.

— Говори, что тебе для этого нужно. Что-нибудь обязательно придумаем, — подмигнул я.

— Во-первых, мне нужен мой компьютер, — пояснил Вася. — Ты сам, Владимир, знаешь, где он сейчас находится.

Он не стал уточнять — и так было понятно, о чём речь.

— А во-вторых… Нужно, чтобы кто-то вступил в переписку с этим контактом. И не просто написал пару сообщений, а вёл общение достаточно долго. Так, чтобы у меня появился материал для работы.

Я уже открыл рот, собираясь ответить, но Вася поднял указательный палец, останавливая меня.

— Тут есть важный момент, — продолжил он. — Этот человек будет общаться только в одном случае. Если решит, что по ту сторону экрана не просто болтун. Нужно, чтобы кто-то начал с ним «работать» по-настоящему. Так, как тогда работал я… когда вы меня поймали.

Мне не понадобилось много времени, чтобы сложить всё в голове. Картина была предельно ясной и от этого — неприятной.

Первая необходимая вещь, о которой говорил Василий, выглядела более-менее понятной и, что важно, решаемой. Его компьютер находился в известном мне месте. А в моих планах и без того значилась встреча с теми ушлыми ребятами — когда-то друзьями Васи. Этот узел рано или поздно всё равно пришлось бы распутывать. Так что здесь вопрос был скорее во времени, а не в принципиальной невозможности.

А вот со второй вещью всё обстояло куда сложнее. Чтобы администратор не оборвал контакт, нужен был не выдуманный персонаж, а реальный участник процесса.

А значит, сразу возникал тот самый нюанс, который нельзя было игнорировать ни при каких обстоятельствах. Какими бы благими намерениями мы ни руководствовались, как бы правильно всё это ни выглядело в нашей голове… С точки зрения закона подобная игра не делала скидок на мотивацию. Если в этот момент в ситуацию вмешается полиция — никакие объяснения про «борьбу за светлое будущее» не помогут. Там всё просто: факт — есть, статья — найдётся.

Я медленно выдохнул, глядя на Василия.

Пацан это понимал и я это понимал. И все за столом — тоже.

Подставлять под подобные манипуляции кого-то из своей команды я не мог себе позволить ни при каких условиях. Ни пацанов, ни Марину, ни самого Василия. Даже мысль об этом была неправильной. Не потому что мне не хватило бы решимости, а потому что цена ошибки здесь была слишком высокой.

Реальный срок, самый что ни на есть настоящий. Я это прекрасно понимал.

Именно поэтому сейчас мне было не по себе. Ситуация требовала решения, но не лобового и не импульсивного. Нужно было найти выход, при котором никто из своих не окажется под ударом. Ну а у Василия на руках в итоге окажутся обе необходимые вещи, чтобы он мог начать действовать.

Моя непосредственная задача в этот момент сводилась к одному. Мне следовало понять, как выпутаться из этой ситуации так, чтобы не загнать себя и остальных в глубокую яму.

Пока что, если быть до конца честным с самим собой, решения второго вопроса у меня не было. Была только проблема — большая, неудобная и требующая внимания прямо сейчас.

Но я давно усвоил одну простую истину: за любую сложную задачу нельзя браться сразу целиком. Она просто раздавит. Начинать всегда нужно с малого — с самых простых и очевидных шагов, даже если они пока не дают ответа на главный вопрос.

Как говорится, дорогу осилит идущий.

А чтобы пройти длинный путь, сначала нужно просто сделать первый шаг в правильном направлении.

Первый шаг вырисовывался сам собой. Нужно было вернуть Василию его компьютер — тот самый ноутбук, без которого весь дальнейший разговор о каких-то действиях оставался бы пустой теорией.

Компьютер в данный момент находился у его бывших друзей во «временном пользовании».

— Так, Вась, думаю, начнём мы с тобой вот с чего.

Я пододвинул к нему свой мобильный телефон.

— Прямо сейчас ты набираешь своим бывшим дружкам, — продолжил я. — И договариваешься с ними о встрече. Нам с тобой эта встреча нужна в самое ближайшее время. Очень ближайшее, Вася.

Вася растерялся, аж машинально сжал кулаки. Ему эта идея не понравилась. Не просто не понравилась — она его пугала.

— А… а что я им скажу? — промямлил пацан.

Я лишь коротко пожал плечами.

— Да ровно то и скажешь. Что захотел повидаться со старыми друзьями. Не знаю, соскучился. И что тебе нужно вернуть твой ноутбук. Я же не думаю, что твои корешки вдруг возьмут и откажут старому другу в такой невинной просьбе?

Василий молчал, переваривая услышанное. Он явно прокручивал в голове все возможные варианты — от неприятных до откровенно плохих. Но выбора, по большому счёту, у него не было. Если он хотел выбраться из той ямы, в которой оказался, придётся снова сделать шаг вперёд. Даже если этот шаг ведёт туда, куда идти совсем не хочется.

— Владимир, мне кажется, что это далеко не самая лучшая идея из возможных, — вмешалась Марина.

Девчонка смотрела на брата и в ее взгляде перемешались тревога, страх, и вина со злостью одновременно.